Деньги.
Самое волшебное заклинание всех миров и времен. Скажешь человеку о его выгоде — и он готов на многое, если не на все. Я развела руками.
— А папенька вам не объяснил? Тогда простите. Не могу…
— Я с ним сама поговорю.
Прозвучало достаточно угрожающе. Я пожала плечами.
— Поговорите для начала со слугами. А то вконец распустились, папенька это точно не одобрит. Это ж надо, к княжне, как в кабак ломиться!
Маменька грохнула дверью.
Я пожала плечами и решила почитать дневничок. Итак, Маша, радость наша…
Чтение продвигалось небыстро.
Маша придерживалась мнения, что писать надо красиво, вычурно и с завитушками. Еще и на полях рисовала.
Хорошо, что смесь французского с нижегородским тут была не в моде, а то словарь бы понадобился, но и так…
Моя предшественница, как оказалось, была совершенно несчастным существом. Из категории тоскующих-страдающих-горюющих-рыдающих.
Есть такие. Ипохондрики, и даже хуже.
Мария была именно такой.
Она страдала, плакала, она ненавидела отца за предательство памяти матери, сестер — за отнятую любовь отца, мачеху — в принципе…
Разумеется, ее никто не любил, все оскорбляли, унижали, обижали, и свои обиды, вплоть до того, кто и как посмотрел, она обильно выплескивала на странички дневника.
Я читала с интересом.
Подруги, прислуга, родные… и — ОН!
Разумеется, куда ж без мужика?
Познакомила Марию с этим ОНОМ подруга. Лучшая и любимая, княжна Зизи Михайлова. И Мария влюбилась по уши.
Опять описания.
Слез, соплей, слюней, конечно, розовых…
Он посмотрел, он сказал, он подарил…
Для верности я выписывала все ее метания на отдельный лист. И мрачнела с каждым разом.
Парень, кстати, не безымянный, а с красивым романтическим именем Милонег Олегович, просто вываживал княжну, как рыбку.
То засыпал цветами, то становился холоден, то опять шатался в другую крайность. Как хотите — неспроста.
Мне было это видно, но девчонке в неполные семнадцать? Когда в голове ветер, а под подолом ураган? Какой уж тут анализ?
И — да.
Артефакт малолетней балбеске достал именно он. Достал, дал, показал, как пользоваться. И — ввел в заблуждение. В его интерпретации, артефакт служил, чтобы жених неотвратимо охладел к невесте. Продемонстрировано было на собаках.
Где встречались?