Мостовые, каменные, у нас таких уже и нет.
Экипажи.
Мужчины в строгих костюмах и дамы в не менее строгих нарядах.
И — дворец.
В нашем мире Кремль выглядел совсем не так. А здесь…
Белокаменное кружевное чудо, иначе и не скажешь. Золотые купола, белые стены, устремленные ввысь… черт! Почему я ничего не знаю про архитектуру Москвы?
Как-то из головы вон!
Почему-то отложилось в голове, что столицей при царях был Петербург — вот и пробросило мимо темы. А здесь-то Петруша Первый и не рождался, и Нарышкины — всего лишь один из дворянских родов, хотя и входящие в юрт, и никаких Романовых не было.
И детей никто не убивал, чтобы сесть на трон.
Видимо, при ком-то из Рюриковичей Кремль и перестроили. Но когда это было?
И ведь это не европейские стили, видела я их и не раз. Это — свое, не слизанное по-обезьяньи с Европы. И никаких горгулий, а вот львы, сирины, русалки есть.
Но все это так вписано…
Князь тихонько рассмеялся.
— Сколько раз приезжаю во дворец, столько и восхищаюсь. А на рассвете он еще прекраснее.
— Как бы мне хотелось побывать здесь на рассвете — непроизвольно вырвалось у меня. — Здесь должно быть феерически красиво!
Белый мрамор — и розовые лучи рассвета, разве это не прекрасно?
Момент человечности кончился.
Князь нахмурился.
— Мария, я рассчитываю на твое примерное поведение. Ты поняла? Одна выходка — и ты отправишься в лечебницу для душевнобольных.
— Да, папенька, — вежливо ответила я.
Вот кто бы сомневался?
Интересно, почему я не испытываю никакой дочерней любви? Даже не уровне остаточных рефлексов?
Лестница тоже была произведением искусства.
Белый мрамор разных сортов был так искусно выложен, что оттенки перетекали друг в друга без малейшего разрыва.
Очень часто люди уродуют камень излишним украшательством, но здесь не было ни лишней позолоты, ни финтифлюшек, названий которых я не знала.
Просто, строго, с большим вкусом.
Мраморные львы, соколы, птицы с человеческими головами…
Красиво.
Лакеи встречали нас у подножия лестницы и сопровождали наверх, к распахнутым дверям. Делали они это так искусно, что мы двигались с интервалом в несколько минут с другими гостями, и только потом я поняла, зачем.
Наверху стоял мажордом, который бил во что-то вроде гонга и громко объявлял следующих гостей.