Я касаюсь книги в простом переплете. Тяжеленькая…
— Что это?
— Государев родословец. Последнее издание.
Я открываю первую же страничку.
Князья Агеровы.
Оп-па!
Родословное древо, ныне здравствующие потомки.
Князья Адашевы…
То же самое.
— Переиздается раз в десять лет, уточняется, дополняется…
— Благодарю от всей души!
— Откройте на букву 'Д', княжна.
Я послушно зашелестела страницами. Книга явно не новая, читанная, ну и пусть! Важно не оформление, а информация.
Итак?
— Демидовы?
— Да.
Я смотрю на родословное древо Демидовых. И…
— Ежь твою рожь!
— Лучше и не скажешь. И ведь все на виду…
Мы с ротмистром видим одно и то же.
Основатель рода — одна штука. Дети — трое.
Внуки — восемь штук обоего пола.
Правнуки — уже девятнадцать.
Прапра — тридцать четыре, я не поленилась, сосчитала. Черт с ними, с именами, тут число интереснее.
Прапрапра должно, по идее, быть еще больше. Ан нет?
Всего двадцать два.
Седьмое поколение еще уменьшается, и там четырнадцать человек. Хотя должно быть иначе, они же замуж выходили, женились… даже если по одному ребенку на нос, все равно сохраняется рост прироста. А тут — наоборот, сокращение численности.
Восьмое поколение, девятое…
И везде уменьшение.
Умер, не замужем, умер, ушла в монастырь…