— А если нет? — решила уточнить девушка, даже не пытаясь возмущаться против такого положения вещей. Она прекрасно понимала, что спорить сейчас с настолько враждебно настроенным по отношению к ней мужчиной может быть попросту опасно.
— А если беременность не подтвердится, то как бы не неприятно мне было, боюсь, что я буду вынужден нанести еще один визит в вашу спальню в надежде, что вы все же понесете, — к концу фразы мужчина едва заметно поморщился, но принцесса, с детства приученная замечать такие вещи, мимолетную эмоцию заметила.
— Я поняла вас, нар, — спокойно, насколько это вообще было возможно в данной ситуации, произнесла Малика, внутренне закипая от гнева, — а теперь, не могли бы вы покинуть мою комнату — я не горю желанием находиться с вами в одном помещении дольше необходимого.
— С превеликим удовольствием, нарэ, — протянул Советник, выплюнув положенное по этикету обращение, будто оно жгло ему язык, и, взявшись за ручку двери, добавил, — в этом наши желания абсолютно совпадают.
Мужчина, не прощаясь, вышел, а Малика, медленно сосчитав от одного до десяти и обратно, швырнула в дверь хрустальную вазу, которая до этого момента украшала собой небольшой туалетный столик, после чего обессилено опустилась на кровать.
Боги, как же ее раздражает этот темный!
Глава 7
Император, уютно устроившись в любимом кресле за рабочим столом, под треск пылающего в камине огня неспешно разбирал скопившуюся за пару дней корреспонденцию. Давно можно было поручить это секретарю, но мужчине нравилось разворачивать плотные чуть желтоватые скрепленные воском листы, слышать тихий шелест бумаги и чувствовать легкий запах чернил. Странное увлечение для правителя, но кого, собственно, волнует чужое мнение?
Занятый чтением, мужчина даже не сразу заметил, как дверь бесшумно открылась, и на пороге во всем своем аристократическом блеске появился Тайншар. Он всегда заходил в кабинет друга без стука, считая это своим исключительным правом. А так как смельчака, который бы решился объяснить Советнику, что это неприемлемо, во всем дворце не нашлось, Императору пришлось научиться сдерживать свои смертоубийственные порывы в отношении входящего.
Тяжелые шторы сегодня были подняты, и яркий утренний свет сквозь достаточно большое арочное окно падал, расчерчивая пол и стоящую в комнате мебель длинными светлыми полосами.
— Снова сам разбираешь бумаги? — недовольно поморщился Тай, разглядев, когда глаза привыкли к более яркому, чем в полутемном коридоре, освещению, чем именно занимается друг, — не пойму, за что в таком случае ты платишь секретарю?
— Может быть за то, что он разбирает твои отчеты? — Император поднял глаза от письма, которое просматривал в этот момент, — между прочим, очень занимательное чтение. Вот, например, король Нердии, выяснивший, наконец, куда же все-таки исчезли его дочери, извиняется за то, что их не сопровождали должным образом.
— И ведь ни слова о том, что его дочери сбежали, а он бы так и продолжал их искать, если бы не вернувшееся вовремя сопровождение принцесс, — ухмыльнулся Советник, в очередной раз удивляясь про себя человеческой изворотливости.
— Политика, — не отрываясь от чтения, фыркнул Император, сопровождая слова легким пожатием плеч, — кто же будет признаваться в собственных ошибках?
— Кстати о принцессах, — Тайншар моментально стал серьезным, — твою супругу дважды пытались отравить. Мои ребята уже ищут виновных и, думаю, найдут в ближайшее время.
Ни один мускул не дрогнул на лице Императора, но если бы Советник смотрел ему в глаза, то смог бы заметить мелькнувший там страх за девушку, сменившийся холодной расчетливой яростью. Лиалин слишком понравилась Ксайштару, чтобы он мог позволить себе потерять ее из-за тупости собственных придворных.
— Отличная работа, — усилием воли справившись с неожиданно нахлынувшими эмоциями, кивнул Император, — как и всегда. Что скажешь о своей жене?
— Честно говоря, я был приятно удивлен ее выдержкой, — опершись о косяк, мужчина увлеченно полировал ногти, всем видом показывая, что предмет разговора его совершенно не интересует, — любая другая на месте принцессы ударилась бы в истерику, выслушав все, что я ей высказал, а эта даже не поморщилась, будто ей все равно.
— Может, стоило поговорить с ней немного мягче? — Император, точно знавший, что слова Тайншара все же смогли расстроить девушку, с укоризной посмотрел на друга, — юная особа королевской крови вряд ли привыкла к подобному обращению…
— Мне не нужна была жена, и ты прекрасно об этом знаешь. — зло отчеканил Советник, выпрямляясь и молниеносным движением пряча ненужную уже пилочку в карман, — Но, раз уж она у меня есть, благодаря, заметь, твоим усилиям, то определенно я не собираюсь терпеть рядом с собой какую-то слабачку, впадающую в истерику от простых слов. Эта хотя бы выслушать меня может без слез. Пусть привыкает, менять ради нее свой характер я не намерен.
— Хорошо, я всё понял. Твоя личная жизнь меня не касается, — решив не начинать спор с другом по такому незначительному поводу, примирительно произнес Император.
— Именно так, — кивнул Советник, принимая своеобразное извинение от друга, — я пошел слушать доклады разведчиков, а потом хочу немного потренироваться. Присоединишься?
— Не сегодня, — покачал головой Ксайштар, махнув рукой на лежащие в беспорядке бумаги, — надо разобраться со всем этим, да, к тому же, через час у меня назначена встреча с министрами.
Тайншар фыркнул, принимая ответ друга, и бесшумно выскользнул за дверь.
Пока Император разбирался с делами, а Советник наводил страх на собственных подчиненных, Малика нервничала. За ночь накрутившая себя до практически невменяемого состояния, она знала, что если не выпустит пар, то точно убьет кого-нибудь. Как нельзя кстати вспомнилось, что во время экскурсии по дворцу им точно попадался на глаза тренировочный зал. Выпустить пар ей, определенно, не помешало бы. Нужно только получить разрешение Его Величества на тренировки.
Дело оставалось за малым: отыскать в огромном дворце занятого государственными делами мужчину. Как ни странно, направление поисков очень точно подсказал вездесущий управляющий, появившийся, как всегда, неожиданно, но очень вовремя. Именно благодаря ему, сейчас Малика стояла перед не очень большой, сливающейся по цвету со стенами коридора дверью, ведущей в рабочий кабинет Императора.
Стукнув по темному дереву и получив разрешение, девушка глубоко, словно перед прыжком в воду, вдохнула и вошла.
— Ваше Величество, приношу свои искренние извинения за то, что отвлекаю Вас от важных дел, но у меня есть небольшая просьба. Не могли бы Вы меня выслушать? — равнодушный голос девушки оторвал Императора от просмотра очередной партии документов.
— Я Вас слушаю, нарэ Малика, — мужчина оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на стоявшую перед ним девушку. Что-то изменилось в ней буквально за день, вот только что именно, он никак не мог понять.
— Видите ли, Ваше Величество, я привыкла проводить довольно много времени на тренировочной площадке. Не могли бы вы разрешить мне посещать Ваш тренировочный зал в то время, когда Вам он не нужен? — когда было нужно, Малика умела изобразить на лице настолько наивно-несчастное выражение, что не выполнить ее просьбу мог бы разве что самый непрошибаемый из мужчин… такой, как ее муж.