— Тшш… Детка, мы на парковке военной части. Будущей жене подполковника необходимо чтить…
— Стоп! Жене?! — округляю глаза. — Стой-стой! Подполковника?! Тебе дали подполковника?
Тихон запрокидывает голову и смеется.
— На какой вопрос мне ответить первым? — играючи выгибает бровь.
— Когда дети приедут?
Тихон округляет глаза:
— Огорошила! — поясняет свою реакцию.
— Я соскучилась! Но на все согласна — и на жену, и на подполковника.
— Вместе со званием мне предложили должность.
— М?
— Хотят, чтобы я уже не группой командовал, а всем спецподразделением.
— А ты?
— Сказал, с женой посоветуюсь.
— Ты не женат, — смотрю на него обвинительно.
— Полковник тоже так сказал, — вздыхает он. — Пришлось пригласить на свадьбу.
— Ну ты это серьезно сейчас?
— Вполне. Я все решил, когда полез во все это. Стеш, у меня двое детей. Я бы не рисковал ради абы кого.
Эта фраза смешит меня, и я захожусь хохотом:
— Это лучший комплимент в моей жизни, клянусь!
— Я тебя люблю.
— И я тебя люблю! Очень-очень!
— Ну так что?
— Согласна. И на подполковника, и на все остальное…
Глава 44
Горячие струи воды бьют по плечам, смывая пыль дорог, чужие взгляды и липкий страх, связанный с Денисом. Мы принимаем душ вместе, но в этом нет былой лихорадочности. Тихон намыливает губку и медленно ведет по моей спине, задерживаясь на лопатках, массируя затекшие мышцы. Его прикосновения собственнические, но при этом удивительно бережные. Он словно заново присваивает каждый сантиметр моего тела, но делает это не как захватчик, а как тот, кто вернулся в родной дом.
В какой-то момент он прислоняется лбом к моему лбу. Вода стекает по его лицу, ресницы слиплись, а взгляд… в нем столько нерастраченной нежности, что у меня перехватывает дыхание. Он целует меня — простое, короткое касание губ, которое греет сильнее кипятка.
— Я подожду в комнате, — хрипло говорит он и выходит, оставляя меня в облаке пара.
Удивительно, как человек с его жестким родом деятельности так тонко ощущает границы. Он дает мне эти пять минут, чтобы я просто выдохнула и стряхнула оцепенение.
Обернувшись в пушистое полотенце, я иду в спальню, которую он когда-то уступил мне. Вхожу и я кожей чувствую это густое, концентрированное внимание, от которого по телу пробегает стадо мурашек. В комнате полумрак, но мне не нужно много света, чтобы видеть, как темнеют его глаза, когда я останавливаюсь напротив.