Ян не договаривает, но и так ясно. Идя на задание, каждый из нас знает, что от него зависят жизни товарищей и гражданских. Группа спецназа действует как единый механизм. Мы заточены выживать. Но суть в том, что в момент операции гражданские — не твои родные. Не сын, не любимая женщина. Каждая жизнь важна, но жизнь этих людей… обезоруживает. Недаром хирурги не оперируют членов семьи.
Я сегодня хирург. И оперирую вслепую. С ебучей надеждой на лучшее.
— Почему ты не назвал имя жены?
— Ты о чем?
— Ты не сказал Вероника. Только гипотетическую женщину назвал.
— Пытаешься отвлечься? — Ян усмехается.
— А есть чем?
— Заебали мы друг друга, Сварог, — вздыхает он. — Я радуюсь когда на смену ухожу. Это не нормально.
— Полгода назад ты про детей говорил.
— Ника сказала, что не будет от меня рожать.
— Чё? — я даже поворачиваюсь от такого заявления. Вот уж не ожидал.
— От спецназовца, — поправляет. — Слишком высока вероятность остаться вдовой.
— Ебааать. А Вероника твоя не в курсе была, за кого замуж выходила?
— Я так и сказал пока шмотки собирал.
— Собрался и ушел?
— Ага. Сейчас ночуем друг у друга. Хер знает нахуя.
— Годы брака просто так не забываются. Я сам это пережил. Время надо.
— Мне дома стабильность нужна, хуеты и вокруг хватает.
Паркуюсь прямо напротив ворот. Мне не нужна секретность, наоборот — пусть пробивают, мониторят. Я пришел за помощью.
Прежде чем выйти из машины, отправляю сообщение Викингу. Знак, что если через два часа мы не выйдем на связь, он должен выкрасть Стефанию и увести. Форма мойщика окон идет ему практически так же как военная.
Как только мы с Яном подходим к воротам, оттуда выходит громила. Меня всегда улыбало, что они в костюмах. Люди в черном, блять.
— Чем могу помочь? — на вопрос походит мало, скорее на претензию.
— Тихон Черномор, Ян Бурый, — киваю на Медведя. — Нам нужно поговорить с Львом Игнатьевичем.
— Лев Игнатьевич не принимает… гостей, — пренебрежительно.
Я смотрю на него так, чтобы стало ясно: мне похуй, что он там обо мне думает.
По-ху-й.
— Речь пойдет о его сыне. Кровном.
— Он мертв.
— Именно.
В намеке вскидываю бровь. И молчу.