— Подал на развод.
Он бросает на меня короткий взгляд, чуть сощуренный, изучающий.
— Ты ведь именно это хочешь узнать, да? Становлюсь ли я злее? Жестче? Или всё ещё способен быть нормальным человеком?
Я запинаюсь на вдохе.
— Я хочу понять тебя, — отвечаю честно.
Он кивает, будто удовлетворён тем, что услышал.
— Тогда спрашивай дальше. Пока я в настроении отвечать.
Глава 8
— Она не хотела вернуться?
— Разумеется, хотела. Но я такого не прощаю. Как мать, Ксюша сыновей бросила, как жена меня предала. Кого принимать?
— А мальчики не общаются с мамой?
— После того, как я ее послал, она сказала, что не хочет иметь с нами ничего общего, — о том, что Ксюша просила денег за встречи с детьми умалчиваю. Незачем петлять глухими дебрями.
— Просто обычно дети остаются с мамой… — тихо шепчет Стефания. В каждом ее вопросе бесячее недоверие. Ясно, что жизнь у девчонки не сахар, но я то тут причем?
— Не наш случай. Я сделал тест на Арса, он подтвердил, что сын мой. Я купил ей квартиру, переехал сюда и мы больше ничего друг другу не должны.
— Зачем, если она такая… — Стеша мнется. — непорядочная.
Я прыскаю. Даже сукой не назвала, правильная какая. Вязание бы тебе вместо винца.
— Она родила мне детей, не могла работать, потому что сидела с сыновьями. Я посчитал, что так правильно.
— Отомстить не хотелось?
— Кому? Женщине? — я усмехаюсь. — Месть — полная хуйня. Пусть Ксюха сама в своем говне варится. В итоге в минусах осталась именно она. Коуч отправился ретритить других, Сэм не хочет ее знать, Арс на улице мимо пройдёт — даже не поймёт, кто перед ним. Не знаю, стоило ли её желание тех последствий, что она получила.
Он проводит ладонью по щетине, будто смахивая лишние мысли.
— Если бы она хотя бы с пацанами общалась — мне б полегче было. А так… попробуй, научи двух мужиков уважать женщин, когда первая женщина в их жизни их же и кинула. Херовая арифметика, не находишь?
Вопрос мой — риторический, и Стефания это сразу считывает. Молчит, не лезет. Умная. Не сказать, что вот так — нараспашку — мой стандартный режим. Скорее, побочка, что у Стеши за плечами собственный шкаф со скелетами — развязывает язык. Я тоже хочу позадавать вопросы, а за откровенность надо платить.
— А у тебя как с доверием?
— Паршиво. На членоносцев аллергия развилась.
— Как на амброзию?
— Угу, чихаю страшно. Аж задыхаюсь.
То, что задыхается, когда страшно — это я заметил. Но детей моих защищать бросилась. Смелый воробышек.
— Но в квартиру ко мне пошла, — озвучиваю отсутствующий в своей голове пазл.
Вот это вообще не сходится. Нет, случалось, конечно, когда жертвы насилия, убегая, ловили первую попавшуюся машину, и садились в нее, на адреналине наплевав — женщина за рулем или мужик. Но тут-то другой случай. Или нет?