📖 Читать книгу «Казачий повар. Том 2» онлайн

Свет выхватил лицо древнего, сморщенного старика. Он сидел на куче тряпья, раскачивался взад-вперёд и выл. Горящая трава в деревянной постройке, кажется, его совсем не смущала. Я подошёл ближе, чтобы убедиться, что передо мной простой человек. Больной и одичавший, но точно не привидение.

— Эй, — сказал я. — Ты кто?

Старик замер, повернул голову на голос. Затянутые бельмом глаза даже на свет от горящей травы не реагировали. Я прошел дальше, затоптал огонь, от греха подальше.

— Чола? — спросил я.

Он закивал, замычал, потом протянул ко мне руки. Я подавил секундный порыв отшатнуться, и взял старика за исхудавшие ладони. Никакой это не дух. Живой человек. Просто брошенный, забытый, обезумевший от одиночества.

Я достал из сумки кусок вяленой рыбы и протянул старику. Тот вцепился в неё зубами и зачавкал. Значит, зубы на месте, не пропадёт. Да и вообще, старик был на удивление… чистым. Несчастным и голодным, но не грязным или опустившимся до совсем уж звериного состояния.

Не выходя наружу, я позвал Дянгу. Тот нехотя подошёл, теребя свои костяные амулеты.

— Дама Чола, — сказал он по-нанайски. «Дама» значило «дед».

Старик замычал в ответ и попытался встать, но ноги не держали. Тогда я подхватил бедолагу под руки. Чола как будто и не весил ничего.

— Никакой это не дух! — рыкнул я, хотя и понимал головой, что Дянгу тут не причём. — Просто старик. Голодный и слепой.

Дянгу почесал затылок.

— Нанайцы говорят, что дух. Давно говорят. Даже хоронить тут перестали.

— А он тут живёт. Бог весть уж сколько лет… и чем вообще питается.

Дянгу сел на корточки и заговорил с Чолой. Я мало что понимал. Старик слушал Дянгу, жевал, а потом вдруг засмеялся. Куски вяленой рыбы посыпались на пол, пока Чола страшно, почти безумно хохотал. Потом, также внезапно, старик успокоился. Вытер рукой слёзы и снова что-то сказал по-нанайски. Голос его в этот момент дрогнул.

— Чола говорит, что не хочет умирать. Что внук Чолу прогнал, когда Чола ослеп. Сказал, что старик обуза, пусть идёт к духам. А Чола не пошёл.

Я выругался. Вспомнил старейшину, его спокойный голос и слова о том, что «дух воет». Прогнал деда, а теперь просит чужих людей его упокоить. Чтобы самому руки не марать.

— Что делать будешь, казак? — спросил Дянгу.

Я посмотрел на Чолу. Он доедал рыбу, облизывал пальцы и словно не замечал нас больше.

— Заберем его в лагерь. Накормим, обогреем. А старейшине скажем, что дух упокоен.

Дянгу усмехнулся и покачал головой.

— Хитрый казак.

— С волками выть, отец, по-волчьи выть, — грустно ответил я.

Мы подняли старика, завернули в его рваньё и повели к лодке. Чола шёл с трудом, и едва ли осознавал происходящее. Но только когда мы дошли до оморочки, сзади кто-то засвистел.

Я обернулся.

К нам спокойно приближался мужчина, лет сорока.

У него было иссушенное, тёмное от ветра и дыма лицо, с глубокими морщинами у узких глаз. Мужчина был одет в кафтан из лосиной кожи, выкрашенной в рыжий цвет. От плеча до подола были нашиты железные подвески, глухо звякавшие при каждым шагом незнакомца. На голове он носил круглую шапку, а поверх неё настоящую корону с четырьмя железными рогами.

— Амба, — только и вздохнул Дянгу, глядя на шамана.

— Катадэ-катадэ, — елейным голоском пропел шаман. — Куда это вы, оленята, моего мертвечонка тащите?

Услышав его голос, Чола вдруг задрожал и обмяк в наших руках. Я чуть наклонился к Дянгу и шёпотом спросил:

— Что такое «катадэ»?