📖 Читать книгу «Игра на Свободу» онлайн

— Все меняется, — пожал плечами управляющий, подходя ближе к друзьям, — давно пора было прекратить это ребячество.

— Рад, что ты, наконец, это понял, — тепло улыбнулся Император, — вина?

— Пожалуй, откажусь, — усмехнулся Тень, — не хотелось бы расслабляться. У меня еще есть работа на сегодня. Да и Ирида расстроится.

— Ирриниррен никогда не одобряла наших способов отдыха, — усмехнулся Советник, разглядывая решившегося поговорить с ним друга.

— Не стоит, — предостерегающе вскинул руку управляющий, — это имя осталось в прошлом, так же, как и мое. Ты же знаешь — мы сами так решили.

— Знаю, — кивнул Тайншар, — точно так же и ты знаешь, что я никогда не винил в произошедшем вас. Да и Ксай тоже…

— Я понимаю, — печально улыбнулся шатен, а над моими словами насчет нарэ Малики все же подумай.

— Обязательно, — Советник поднялся и протянул управляющему руку, — я рад, что ты пришел, друг.

Император, наблюдавший за этим разговором, улыбнулся. Этим двоим, давно нужно было поговорить, а не бегать друг от друга по дворцу, отговариваясь важными делами. Пока все идет, как нужно, а остальное покажет время.

Ночь для Малики прошла довольно беспокойно. Разбитая губа саднила, жгло заживающие после нанесения лечебной мази царапины, мышцы неприятно тянуло. Но ни в какое сравнение с физическими неудобствами не шло назойливое присутствие в голове огромного количества мыслей. Отвлечься от них, а, следовательно, и уснуть было практически невозможно.

Девушка по-прежнему плохо понимала мотивы поступков Советника, просто потому, что предсказать их было совершенно невозможно. Несмотря на то, что ей все же удалось провести хотя бы один обманный прием, она знала — всю первую половину поединка мужчина сражался вполсилы, зачем-то подыгрывая ей.

Ей понравилось, что отрезанную косу он не выбросил в пыль, но причины, по которой Тайншар не сделал этого, она не видела. Ну не мог же он, на самом деле, поступить так из уважения к ней?

Удар по лицу, конечно же, разозлил ее, а протянутая в конце поединка рука — сбила с толку. Настолько, что она позволила держать ее дольше необходимого. Впрочем, это было даже приятно — стоит в этом признаться хотя бы самой себе.

Безрезультатно проворочавшись на кровати половину ночи, Малика села. Отрезанные волосы рассыпались по плечам, заставив печально усмехнуться. Собрать в хвост их, конечно, еще можно было, но вот о косе придется надолго забыть. Она всегда знала, что не отличается особой красотой, поэтому именно густые белоснежные волосы с детства оставались ее гордостью. Расставаться с ними было очень жалко, но проиграть в самом начале поединка было бы обиднее.

Еще не давало покоя желание узнать, куда, собственно, унес ее косу Тайншар. Ну не собирается же он, на самом деле хранить её как трофей. Может быть, у нее есть шанс вернуть ее себе?

Изрядно подпортив собственные нервы, заснула Малика только ближе к рассвету. Впрочем, снилось ей что-то столь же беспокойное, как и одолевающие до этого мысли, что, в общем-то, не помешало ей проспать завтрак.

К себе в комнаты Тайншар вернулся довольно поздно. Сначала беседа с друзьями, а потом ежевечерний визит в подвалы — заняли довольно большой отрезок времени. За окнами было темно, в помещении тускло горело несколько свечей, создавая приятный полумрак.

Усталый взгляд, скользнув по помещению, зацепился за блеснувшие в свете свечей холодным серебром женские волосы. Заглянув в комнаты после поединка, Советник положил развязанную с пояса косу на небольшой столик у кровати и забыл об этом.

Руки невольно потянулись к мягким прядям. Стоило только начать перебирать их, как напряжение, скручивающее его в последние несколько часов, отступило, оставляя вместо себя приятную расслабленность и умиротворение.

Несмотря на такой успокаивающий эффект, перед глазами все еще стояло лицо супруги, со стекающей по подбородку из разбитой губы кровью. И вроде бы — с чего ему, личному Палачу Императора, испытывать муки совести, но постепенно оттаивающее сердце, словно сжималось когтистой лапой. Слишком Малика была похожа на ту, единственную близкую, но ушедшую навсегда… Прав оказался Таен.

Поморщившись от неприятных ощущений, Советник усилием воли отогнал печальные воспоминания. Не выпуская из рук косу, поднялся, прошелся по комнате, поочередно затушив все свечи. Задернул плотную тяжелую штору и, не раздеваясь, опустился на кровать, прикрыв глаза.

Легкий цветочный аромат, идущий от девичьих волос, дарил спокойствие, а едва заметные движения пальцев, неосознанно поглаживающих неожиданный, но приятный трофей, постепенно убаюкивали. Советник так и уснул, прижимая к груди мягкие белоснежные пряди.

Лиалин было плохо. Явственно подрагивали кончики пальцев, ломило виски, а в живот, казалось, вкручивалось каленое железо. Обычная, впрочем, для нее реакция на долгое нервное перенапряжение.

Видеть, как у тебя на глазах, избивают, а никак иначе назвать вторую часть поединка у Лии не получалось, твою младшую сестру, и не иметь даже малейшей возможности ей помочь — ситуация откровенно неприятная, если не сказать больше.

Старшая принцесса, хоть и считала себя довольно уравновешенным человеком, дважды на протяжении второго испытания чуть не упала в обморок. Спасали ее от позорного падения только сильные руки мужа, вовремя поддерживающие обмякшую девушку.

Императору такое состояние супруги, естественно, не понравилось. Так что утром, едва проснувшаяся девушка была отправлена к лекарям. Лиа, впрочем, даже и не подумала возражать — ей давно хотелось посмотреть на местные методы лечения.

— Нарэ Лиалин, — встретил ее на пороге невысокий, пожилой мужчина-лекарь, — меня предупредили о Вашем визите. Прошу.

Он распахнул перед ней дверь, ведущую в его кабинет. Белые стены, минимальное количество мебели и запах свежести приятно удивили старшую принцессу. Она помнила, что дома, в королевской лечебнице всегда пахло какими-то горькими отварами.

— Присаживайтесь, нарэ, — отвлек ее от размышлений тихий голос. Мужчина выжидающе смотрел на девушку, дожидаясь, пока она займет большое удобное кресло, — разрешите для начала задать вам пару вопросов?

— Разумеется, — Лиалин присела на краешек кресла и приготовилась слушать.