📖 Читать книгу «Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ» онлайн

Когда профессор ушел, я заметил в углу зала Марию Дмитриевну Титову. Она стояла рядом с моим братишкой Федькой. Они держались за руки и ворковали друг с другом, не замечая никого вокруг. Рядом с ними стоял младший сын рода Юсуповых с невероятно довольной мордой и флиртовал с подругой Венеры, увы, мы не были представлены друг другу, и я не знал, как её зовут. Юсупов заметив мой взгляд, отсалютовал бокалом и вернулся к флирту.

А потом началось настоящее безумие. К столу с едой подошёл Феофан. Его руки мелькали, словно ветви дерева во время бури. С чудовищной скоростью он накладывал себе на тарелку всё подряд. Мясо, рыбу, овощи, салаты, хлеб, пироги. Тарелка превратилась в гору еды, которая угрожала рухнуть в любой момент. Но Феофан не останавливался. Он жевал, не переставая, запивая всё это вином, пивом, квасом, чем попало.

Спустя тридцать минут я снова обратил на него внимание и невольно улыбнулся. Парень был мертвецки пьян. Он взобрался на стол, расставил руки в стороны и заорал во всё горло:

— Эх, Семё-ё-ён! Семё-ё-ён! Продал ты коня-я-я! Своего коня-я-я! Конь ведь твой хромой и не стоит ни ху… — допеть он не успел.

Максим Харитонович оказался рядом, дёрнул парня за ногу, а после сгрёб его в охапку и вытащил на улицу, где начал умывать снегом.

Спустя пару минут после того, как певца отправили спать в свободный домик, нас отважились поздравить Валерий Сергеевич Трубецкой и Анатолий Захарович Шереметев. Поздравление было сугубо официальным. Всучили какие-то подарки, завёрнутые в пёструю бумагу, поклонились и отправились праздновать.

Венера прижалась ко мне, и мы посмотрели на зал, полный любящих нас людей. Гости танцевали, смеялись, ели, пили, веселились от души. Музыка гремела так, что тарелки подпрыгивали. На улице жарили новую партию шашлыков взамен украденных Хрюном. Дети бегали между столами, играя в догонялки. Старики сидели в углу, попивая вино и рассказывая истории из молодости. Это было прекрасно. Я наклонился и поцеловал Венеру в макушку, прошептав:

— Спасибо. За то, что ты у меня есть.

— Люблю тебя, — ответила она, поднимая лицо для поцелуя.

И в этот момент я понял, что стал не просто Хранителем Мира. Я стал Хранителем счастья всех тех, кто мне дорог. И это была роль, которую я готов примерить на себя с радостью.

В это же время в Хабаровске.

Главная площадь города представляла собой невероятное зрелище, которое одновременно завораживало и пугало. Тысячи существ, которым положено было покоиться в земле, сновали туда-сюда, занимаясь восстановительными работами. Скелеты в потрёпанных доспехах таскали кирпичи, аккуратно укладывая их в стройные ряды.

Рыцари смерти, облачённые в почерневшие латы, орудовали молотами и пилами с такой ловкостью, что многим живым мастерам стоило бы у них поучиться. Костяные големы высотой в три человеческих роста поднимали целые балки перекрытий, устанавливая их на места.

А над всем этим безумием парили костяные драконы. Величественные, ужасающие создания с крыльями из высохших перепонок и черепами размером с карету. Они держали в когтях листы железа для кровли и по команде опускали их на крыши домов, где личи принимались их закреплять. Картина была сюрреалистичной. Мертвецы латали город, который ещё неделю назад лежал в руинах после сражения с иномирным божком.

В центре всего этого хаоса стоял Туз Крестов. Старик, которому на вид была тысяча леть, может, больше. С длинной седой бородой и мешками под глазами. Одет в потрёпанную чёрную мантию, расшитую серебряными рунами, которые когда-то светились зловещим светом, а теперь просто тускло мерцали, словно не выспавшиеся светлячки. На шее у него был ошейник, ограничивающий силы некроманта.

В руках Туз Крестов держал лом и горестно посматривал на него, тоскуя по посоху, увенчанному черепом. Лицо Туза выражало крайнюю степень недовольства. Брови сдвинуты на переносице, губы сжаты в тонкую линию, взгляд мрачнее тучи.

Он поднял лом и взмахнул им, направляя поток маны в сторону группы скелетов, которые замешкались с укладкой брусчатки. Кости мертвецов засветились тусклым зеленоватым светом, и они тут же зашевелились быстрее, укладывая камни на мостовую с удвоенным усердием. Туз фыркнул, качая головой, и пробормотал себе под нос:

— И как я до этого докатился? Великий некромант, повелитель мёртвых, мастер тёмных искусств… А использую свой дар для строительных работ. Позор. Я мог бы поднимать армии нежити для завоевания королевств, а вместо этого заставляю скелетов класть кирпичики.

Рядом с Тузом прошествовал рыцарь смерти, волоча за собой бревно. Некромант покосился на него и вздохнул. Раньше эти существа служили ему в битвах, сражались против врагов, наводили ужас на целые армии. А теперь они таскали строительные материалы, как обычные чернорабочие. Унижение, да и только.

— Эй, ты! — крикнул Туз, тыча ломом в сторону лича, который крепил черепицу на крыше. — Широкую на широкую! Ты что, глухой⁈ А, точно… У тебя же нет ушей… — некромант закатил глаза и мысленно отправил команду личу.

Нежить послушно сдвинула черепицу на пару сантиметров влево, и Туз удовлетворённо кивнул. Ну хоть что-то получается. Он обернулся, осматривая фронт работ, и заметил участок стены, где скелеты только что закончили укладку кирпичей. Некромант подошёл ближе, прищурился, всматриваясь в кладку, и его лицо исказилось от ужаса. Кирпичи лежали неровно. Некоторые выпирали, некоторые были утоплены слишком глубоко. Швы разной толщины. Общая картина была такой кривой, что у любого мастера-каменщика случился бы инфаркт.

— Вы что, издеваетесь⁈ — взвыл Туз, размахивая ломом. — Я для кого уровень выставлял! Маяки вешал! Вы что, твари паскудные⁈ Хотите меня под статью подвести? Если Карим узнает, то он меня…

Договорить Туз Крестов не успел, так как в этот момент к нему приблизился Карим. Огромный словно гора мужчина, одетый в простую рабочую одежду — серую рубаху с закатанными рукавами и тёмные штаны, заправленные в сапоги. На поясе висела связка инструментов, позвякивающих при каждом шаге. Лицо Карима было строгим, брови нахмурены, глаза внимательно осматривали ведущиеся работы.

Он остановился рядом с участком, который только что критиковал Туз, и его взгляд метнулся от стены к некроманту. Карим медленно подошёл ближе, склонился над кладкой, провёл ладонью по кирпичам, проверяя их положение. Потом выпрямился, повернулся к Тузу Крестов и посмотрел на него так, что старик невольно попятился.

Карим быстро сократил расстояние между ними — и влепил такую пощёчину, что старый некромант не устоял на ногах и отправился в полёт. И ещё бы он не полетел, ведь ладонь Карима, была размером с лопату. Пролетев пять метров, Туз Крестов упал на землю и покатился по мостовой, кувыркаясь, как мешок с картошкой.

Лом вылетел из его рук и со звоном отскочил в сторону. Борода Туза развевалась на ветру во время полёта. Мантия запуталась вокруг тела, превратив некроманта в чёрный клубок. Мертвецы замерли, уставившись пустыми глазницами на своего повелителя, распростёртого на земле. Даже костяные драконы в небе прекратили движение, зависнув в воздухе и наблюдая за происходящим.

Карим стоял на месте, недовольно сложив руки на груди. Вздохнув, он рявкнул так, что стёкла в соседних домах едва не повылетали:

— Чёртов выродок! Тебе даровали жизнь, а ты халтуришь⁈

Некромант вскочил на ноги с проворством, неожиданным для человека его возраста. Лицо покраснело, вены вздулись на висках, глаза налились кровью. Он указал дрожащим от ярости пальцем на Карима и заорал во весь голос:

— Да пошёл ты в задницу с такими дарами! — голос некроманта сорвался на визг, но ему было всё равно. — Я старый человек! Мне на пенсию пора, а вы меня эксплуатируете⁈ У меня спина болит! Колени ноют! Давление скачет! А я вместо того, чтобы сидеть в тёплом кресле с кружкой горячего чая и книгой, таскаюсь по стройке и командую скелетами! Это издевательство! Геронтофобия! Дискриминация по возрасту!