Я вскочил с кровати быстрее, чем когда-либо. Схватил её на руки и телепортировался в Екатеринбург, в роддом с лучшими акушерами Империи. Из-за телепортации у Венеры тут же отошли воды. Моё сердце бешено колотилось, руки дрожали, а я нёсся по коридору, крича во всё горло:
— Повитуха! Нужна повитуха! Живо, мать вашу!
Повитуха, словно ночной кошмар, материализовалась у меня на пути. Полная женщина средних лет с недовольным лицом и спокойным, уверенным взглядом. Она упёрла руку мне в грудь и хрипловатым голосом произнесла:
— Князь, топайте отсюда. Мужчинам здесь делать нечего. Идите чайку попейте, нервы успокойте. А мы справимся. — Она щёлкнула пальцами, и две санитарки мигом привезли каталку, на которую уложили Венеру.
Увидев моё замешательство, повитуха рявкнула:
— Топайте, говорю! Вы только будете мешаться под ногами. Вон!
Меня буквально вытолкали в комнату ожидания и захлопнули перед носом дверь. Но это было глупо. Как вы можете запретить мне смотреть на мою жену и сына? Я ведь бог, или кто-то невероятно близкий к этому званию. Я просто закрыл глаза и сосредоточился на токе маны, видя каждое существо в клинике. Даже чёртовых тараканов рассмотрел. Мерзость.
Краем уха я слышал приглушённые крики Венеры, но я видел, что всё идёт как надо. Ток энергии в её теле и теле ребёнка был нормальным, а значит, всё пройдёт отлично.
Рассвет застал меня в буфете. Я выпил литров двадцать кофе, но он не бодрил. Может, Шульман поставлял нам какую-то дрянь, а может, от нервов меня склонило в сон. Одним словом, я благополучно спал, откинувшись на спинку кресла, а слюна стекала по подбородку. Ага. Вот он, спаситель человечества во всей красе.
Проснулся я от пронзительного, возмущённого крика младенца, только что пришедшего в этот мир. Я вскочил на ноги и моментально телепортировался в родовую палату, переполошив весь мед персонал.
— Вы что здесь делаете⁈ Я же сказала ждать… — рявкнула повитуха, а я аккуратно отодвинул её в сторону и с блаженной улыбкой подошел к Венере.
Бледная, измождённая, с мокрыми от пота волосами, прилипшими ко лбу. Но она улыбалась, держа на руках крошечный свёрток, из которого торчала маленькая красная сморщенная мордашка.
— Миша, — тихо позвала она, и голос её дрожал от усталости и счастья. — Познакомься. Это наш сын.
Я подошёл на ватных ногах, и остановился рядом с кроватью смотря на это крошечное существо. Он был таким маленьким. Таким хрупким. Кулачки сжаты, глаза закрыты, ротик приоткрыт. Он сопел, изредка всхлипывая, но уже не кричал. Я протянул руку и осторожно коснулся его щёчки. Мягкая, тёплая, нежная. Слёзы сами собой покатились по моим щекам.
— Как назовём? — спросила Венера, глядя на меня снизу вверх.
— Владимир, — не раздумывая, ответил я. — Владимир Михайлович Архаров.
Имя само пришло на ум. Владимир. «Владеющий миром». Подходящее имя для сына Хранителя. Пусть растёт и учится защищать, а не разрушать. Учится быть лучше, чем его отец. Венера улыбнулась:
— Владимир. Мне нравится.
Новость о рождении наследника разлетелась по Империи со скоростью лесного пожара. Тысячи телефонных звонков, поздравлений, подарков от близких мне людей и от тех, кого я вообще не знал. Кто-то приносил вышитые пелёнки, кто-то деревянные игрушки, вырезанные собственными руками, кто-то просто приходил, чтобы пожелать здоровья матери и младенцу.
Владимир рос не по дням, а по часам. Глаза зелёные как у нас с Венерой. Мальчишка хватал меня за палец своей крошечной ручкой и не хотел отпускать. Гулил, лопотал что-то на своём младенческом языке. Был абсолютно идеальным ребёнком, которого я любил больше жизни. Но посреди всего этого счастья, я знал, что мир закончился.
Я сидел в своём кабинете, держа на руках спящего Владимира, и перечитывал донесения от разведчиков. Каждое донесение было хуже предыдущего. Англия наращивает военную мощь. Строит новые верфи, спускает на воду десятки военных кораблей. Увеличивает численность армии вдвое. Производит оружие в промышленных масштабах. Официальная версия — подготовка к возможному повторению иномирных вторжений.
Однако это всё чушь. Англичанам нечего было бояться, кроме меня. То же самое происходило и в Азии. Китайская Империя увеличила численность своей армии втрое. Японцы строили военные укрепления на островах. Корейцы закупали оружие у всех, кто был готов продать. Вьетнамцы тренировали партизанские отряды. Азиатская коалиция, официально распущенная после инцидента с шанхайской лабораторией, продолжала существовать в тени, координируя действия всех стран региона.
И они тоже прикрывались заботой о безопасности. Мол, нужно быть готовыми к любым угрозам. Нужно защищать свои земли. Нужно обеспечить выживание нации. Красивые слова, за которыми скрывалась простая правда: они готовились к войне. Они боялись, что однажды я проснусь в плохом настроении и сотру их империи с лица земли одним щелчком пальцев.
Смешно, абсурдно, печально. Я Хранитель Мира, подстёгивающий этот самый мир к войне. А ещё забавно то, что азиаты заключили с европейцами тайный союз и готовились напасть на нашу Империю со всех сторон. Не сейчас, лет через десять, когда их военная мощь выйдет на пик. Когда средства массовой информации медленно, но верно демонизируют Россию, сделав из неё инфернальное зло.
И как я должен это остановить? Как убедить страны, что я не враг? Выступить с публичным заявлением? Бесполезно. Слова ничего не значат, когда у тебя в руках сила бога. Отказаться от силы? Невозможно. Я не могу просто взять и выключить свои способности. Уйти в другой мир? Можно попробовать, а толку? Рано или поздно война всё равно случится, и тогда планета избавится от всего человечества.
Я всё время думал об этом. Днями и ночами. Просыпался среди ночи с новой идеей, которая к утру казалась полным бредом. Обсуждал проблему с Артёмом, Барбоскиным, отцом, дедом. Никто не мог придумать ничего толкового. Потому что проблема была не в политике, не в экономике, не в технологиях. Проблема была в человеческой природе.
Страх. Жажда власти. Недоверие. Желание контролировать ситуацию. Это всё заложено в нас на генетическом уровне. Тысячи лет эволюции научили людей бояться сильных, не доверять чужакам, драться за ресурсы. И никакие речи, никакие договоры, никакие добрые намерения не могли изменить эту базовую программу, ведь рыба уже сгнила с головы, а обычным людям транслируют…
И тут меня осенило. Я телепортировался в спальню и бережно передал Венере нашего сына, поцеловал обоих и переместился в тронный зал Екатеринбурга. В зале была целая прорва народа: советники, министры, генералы и чёрт знает, кто ещё. Но меня распирало от гениальной идеи, поселившейся в моей голове. Я хлопнул в ладоши и громогласно рявкнул:
— Все вон отсюда!
При звуке моего голоса чинуш как ветром сдуло. Остался лишь Артём и Агния. Артём посмотрел мне в глаза и улыбнулся: