– Нет, я не знала. Он же работает. У него магазин…
– Ага, работает с прибылью пятьсот долларов в месяц! Да он в казино в один вечер больше спустит. О чем ты говоришь?!
Денис играет? Она первый раз слышала об этом.
– И часто он ходит в казино?
– Да нет – кто бы его туда пустил? Жопе слова не давали.
«О господи…»
Стало мерзко. Не от того, что узнала о тайном пристрастии Дениса. Ей стало душно в обществе Ирины – злой, зарвавшейся, говорящей то, что лежало глубоко в душе, что обычно было скрыто от посторонних глаз. Отвратительные слова, которыми она охарактеризовала человека, не сказавшего о ней ничего дурного, вызвали рвотный спазм. Маша отвернулась, боясь выдать свои мысли.
«Пусть Денис зависит от нее. Это не дает права так оскорблять его. Желание утверждаться наиболее примитивным и доступным способом приобрело уродливые формы».
В этот момент Мария поняла простую вещь: она не сможет отказаться от Дениса. Никогда и ни за что. Ради этой точно не сможет.
– Бинго! Выбор сделан. Один-ноль в нашу пользу, Старик!
– Да погоди ты. Все еще может измениться.
За этот вечер Ира поведала еще много неприглядных деталей их совместной жизни. Маша слушала откровения пьяной, спасовавшей перед возрастом женщины и только еще больше утверждалась в своем решении. Когда Ирина, опустошив ядовитые железы и бутылку коньяка, оставила ее дом, хозяйке захотелось срочно провести генеральную уборку. Чужое зло как будто витало в воздухе вперемешку с сигаретным дымом и оседало на стенах маленькой двухкомнатной квартиры.
На некоторое время Машины контакты с друзьями прекратились. Она не переживала по этому поводу. Все ходила под впечатлением от откровенного разговора. Не могла избавиться от мысли, что Ирина жалеет о том, что поддалась слабости и выложила грязное белье перед человеком, который ниже ее по статусу. Мадам Кушнир позволила себе выплакаться в латаную жилетку. Кто есть Маша? Говорящее зеркало в покоях королевы. Удачный фон, оттеняющий божественную индивидуальность. Так было всегда, начиная со школьной скамьи и заканчивая сегодняшним днем. Ничего не изменилось.
Врачу Фогель ситуация виделась ясной. Ира – впечатлительный, очень ранимый человек, скрывающий проблемы под маской хладнокровной доминирующей стервы. Возможно, только Денис знал ее настоящую, потому что любил. Да еще, пожалуй, сама Маша, потому что разбиралась в лабиринтах человеческой психики. Тем не менее закамуфлированная слабость не давала гордячке права унижать людей. Поэтому Ирина Кушнир как нечто, давящее на мораль, перестала существовать.
Чаши весов, уравновешивающие порок и совесть, дрогнули, скривившись в одну сторону.
Но потребовалось несколько недель, чтобы Маша поняла: ситуация меняется. Если она сейчас не позвонит Денису, то их отношения действительно сойдут на нет, как и планировалось.
Судьба предоставляла ей шанс не споткнуться, остановиться на краю. Вот только момент принятия правильного решения безвозвратно миновал. Факт, что связь с Денисом продолжится, воспринимался Машей уже как само собой разумеющееся, несмотря на то что он был мужем ее подруги. Хотя вряд ли она сможет теперь называть ее подругой. Приятельницей – так, пожалуй, будет точнее.
Мария Фогель сделала окончательный выбор.
– Два-ноль, Старик. Я веду! Дадим Маленькой Птичке последний шанс!
Когда в трубке раздался его хриплый голос, Машино сердце на миг встало, а потом понеслось по ухабам.
– Денис, как дела?
– Нормально. – Голос его был холоден. – А у тебя?
Чувствовалось, что этот вежливый вопрос выдавлен сквозь зубы. Маша растерялась, не находя подходящих слов. Впервые он говорил отрывистыми фразами, заканчивая разговор, не начав. На душе стало холодно и неуютно. Самое время все понять. Но…
– Если все нормально, я рада. Передай привет Ире.
– Вряд ли. Она улетела в командировку.
– Куда?
– Как куда? В Париж.
– Точно.
Вот он – еще один шанс закончить разговор. Как вдруг:
– Маш, заходи ко мне. Посидим на балконе, перетрем новости. Да? Ну и славно.