Невольная мысль: «Ты сильно лукавишь» – промелькнула в моей голове и была незамедлительно прочтена собеседником.
– Я не льщу себе. Что греха таить, женщины испытывают ко мне влечение, жалость к слепцу лишь укрепляет его, и кто-то другой, будь он на моем месте, не преминул бы воспользоваться их расположением. Но я-то видел свое истинное лицо! Клоун-урод!
– Осталось сделать последнее усилие, операцию, и вся мостовая будет усеяна осколками наших сердец.
Он помолчал, потом вновь улыбнулся. Перевел глаза на тихо плещущуюся антрацитовую воду с дрожащими бликами фонарей. Взгляд Гая скользнул по очертаниям одиноких гондол, качающихся среди причальных столбов, и унесся вдаль.
Прошлое настигло его и не хотело отпускать. В здоровом глазу дрожал огонек свечи, смешанный с подкравшейся слезой, роились призраки прошлого, куда он так и не пустил меня.
О кольце он рассказал позже.
На мой вопрос, не мешает ли оно ему, Гай отреагировал неожиданно. Лицо перекосила злоба, но он моментально взял себя в руки:
– Не мешает. Эта просто глупая привычка. Не обращай внимания!
Внимания стоило другое.
Я не ошиблась, предположив, что незамысловатое украшение по какой-то причине важно для Гая.
Рассказ о происхождении кольца потряс меня до глубины души и позволил закрасться сомнениям относительно душевного здоровья моего друга. История не укладывалась в рамки разумного восприятия действительности.
Хотя Гай с самого начала казался посланником другого мира, я позволила себе усомниться в правдивости услышанного.
– Сначала реальность. Мое имя Гай Фердинанд Лэндол, я уроженец графства Кент, наследник небольшого поместья Уилл-Лодж, последний по мужской линии из рода Мортон. А сейчас почти сказка. Эта полоска золота с выгравированными символами принадлежала моему предку, ведущему род от скандинавских викингов, покоривших Туманный Альбион. Путь этого кольца пролег через мрачное Средневековье, кровопролитные войны и временной феномен.
– Прости, я не совсем поняла…
– Поясню… Это кольцо отдала мне жена лучшего друга. История их знакомства фантастическая, она вполне достойна костюмированного мыла на ВВС[20]. Ты, возможно, посчитаешь меня сумасшедшим, но не торопись с выводами. В доме скорби вскоре может оказаться каждый из нас.
То, что я сейчас расскажу тебе, – истина без доказательств, аксиома, просто поверь в нее.
Несчастная девочка Элен – так зовут крошку – провалилась недавно в безвременье. Не перебивай! Если сказать точнее, она попала во временной переход, выбросивший ее в 1810 год. Так сказать, в незапланированную экстремальную командировку. Цель – затеряться среди аборигенов. Бонус – свадьба с приданым.
История кэрролловской Алисы или Золушки. Sil vous plait[21]. Замуж за моего друга-аристократа она вышла, правда, вначале планировала окрутить его предка. Фокус в том, что Элен недолго задержалась в 1810-м, она вернулась назад в тот самый день, что и исчезла. Немыслимое течение времени сжало три месяца прошлого в несколько часов настоящего. Смысл неожиданного путешествия заключался в главном – она сохранила кольцо, а потом вернула его законному владельцу[22]. Ирина, что с тобой? Ты не веришь ни одному моему слову?
Я действительно не верила ему. Что за ерунду рассказывает потерявший рассудок Гай? Разве могут существовать временные переходы? Я верю лишь в то, чему сама была свидетелем. Могу клятвенно подтвердить присутствие потусторонних сущностей, неуспокоенных духов. Верю в то, что вижу, слышу, порой осязаю. Не более. Повернуть время вспять нельзя.
Гай не пытался что-то доказать, оставив мой скептицизм без комментариев, и продолжил рассказ о кольце. Он называл его «мое спасение, моя защита». Тогда я даже не догадывалась, от кого оно могло его оберегать.
– Тебе ли не знать, тебе ли сомневаться в существовании лазеек, особых мест, где скрещиваются ветра времени, соединяются намерения и реальность начинает трансформироваться? Тебе ли, способной видеть потаенный мир и общаться с ним, не узреть то, что я говорю правду? Почему я верю тебе беспрекословно, а ты сейчас отводишь в смущении глаза, думая, что я прочту в них невеселый диагноз?
Я молчала, прислушиваясь к равномерному глухому стуку и всхлипываниям. Покачивающиеся на волнах гондолы плакали, издавая звуки, похожие на мрачный похоронный набат, летящий над каналом.
Он прав. Кому как не мне верить ему. Кому как не мне, полусумасшедшей, замкнутой в ракушке собственного мира, вечно ходящей по лезвию бритвы, по границе между Светом и Тьмой, балансирующей на острие, боящейся взглянуть вниз, но желающей это сделать…
Гай не отводил требовательного взгляда.
– Я верю тебе… – выдохнула я и услышала вздох облегчения. – Но не совсем понимаю, каким образом это обычное золотое кольцо спасает тебя.
Гай криво улыбнулся, приподняв лишь уголки рта. Неподвижное, непроницаемое лицо-маска сделало его похожим на джокера.
По спине у меня пробежал неприятный холодок, а на затылке на мгновение ожила тревожная кнопка. Ожила лишь на краткий миг и снова затихла. Мой испуганный взгляд был тут же перехвачен его, теплым и нежным. Маску темного клоуна сменил романтический рыцарь.
– Милая девочка, наш мир покоится на балансе энергий, на равновесии полярных субстанций. Ты это знаешь. Мы понимаем друг друга. Мы видим мир не так, как все люди, знаем, что он многоплановый и хрупкий, словно хрусталь. Подобен доминошной фигуре: неловкий шаг в сторону может сдвинуть одну из фишек и привести к катастрофе. Равновесие – вот опора, вот золотое сечение.
Эта полоска желтого металла со стершимися рунными символами – наследие моего рода, доставшееся от Конрада Справедливого. Говорят, Конрад был простым воином, пришедшим на британскую землю с одной целью – завоевать ее для своего народа. Но у грозного воина в груди билось доброе сердце.
По преданию, это кольцо было выковано придворными цвергами[23] в подземельях Валгаллы и подарено ему возлюбленной, лесной альвой, ведьмой, возжелавшей возвращения любимого в целости и сохранности.
[20] Британский канал, один из мировых лидеров по производству сериалов.
[21] В пер. с фр. – «пожалуйста».
[22] Эта история подробно изложена в романе «Кроличья нора, или Хроники Торнбери». – Примеч. авт.
[23] Иначе говоря, гномами.