📖 Читать книгу «Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ» онлайн

Я потянулся к мане. Огонь вспыхнул в правой ладони. Лёд в левой. Я соединил руки вместе, объединяя стихии. Энергия закипела, сплавляясь в нечто большее. Туз Крестов почувствовал опасность и ударил посохом по земле. Из-под снега поднялась стена из костей, рёбер и черепов. Я выбросил руки вперёд, выпуская накопленную мощь. Огонь и лёд слились в единый поток, врезавшийся в костяной барьер.

Лёд заморозил кости, а огонь тут же создал такой перепад температур, что стена взорвалась, разлетаясь на осколки. Ударная волна откинула Туза Крестов на несколько метров назад, заставив кувыркаться по земле, заваленной останками нежити.

Туз Крестов медленно поднялся на ноги. Роба на нём дымилась, кожа обуглена, волосы спалены. Но он был жив. И снова улыбался. Три скелета в орде одновременно рассыпались в прах, и некромант полностью восстановился. Он ударил посохом по земле, и воздух наполнился зелёным туманом. Некротическое облако поползло в мою сторону.

Зная, что туман не причинит мне вреда, я даже не стал его разгонять. На побережье Берингова пролива я уже дышал этой мерзостью, и ничего страшного не случилось. Туз Крестов вырвался из тумана в метре от меня и ткнул черепом посоха прямо в грудь.

Зелёный луч пробил мою кожу, выжигая дыру. Я почувствовал, как некротика разъедает плоть, проникая всё глубже. Сердце пропустило удар, лёгкие отказали. Боль прокатилась по телу, но таков уж был мой план. Я схватил посох обеими руками и дёрнул на себя, одновременно нанося удар головой в лицо некроманта. Череп Туза Крестов треснул, и он выпустил посох, рухнув навзничь. Я отшатнулся назад, широко улыбаясь.

— Этот трофей куда ценнее того, что недавно притащил Леший. Готов спорить, он обзавидуется, — произнёс я, позволяя адаптивному доспеху поглотить посох некроманта.

Некротика продолжала разъедать мою плоть, но я не обращал на это ровным счётом никакого внимания. Просто призвал пламя и прижёг рану как снаружи, так и изнутри. Боль была неописуемой, а ещё аромат собственной горелой плоти… М-м-м. Непередаваемые ощущения! Скорчившись от боли, я шагнул вперёд и, вытащив из пространственного кармана шоколадный батончик, запихнул его в рот. Скверна была выжжена, а рана начала быстро затягиваться.

Туз Крестов поднялся с земли и усмехнулся.

— Живучий. Очень живучий. Ты станешь идеальным сосудом.

— Я фтану тфоим нофьным кофмаром, — чавкая, произнёс я.

— Чего? Тебя родители не учили не разговаривать с набитым ртом? — нахмурился некромант и тут же, получив боковой удар в висок, отлетел в сторону.

— А ещё они учили меня уважать старших. Но видать, из меня паршивый ученик, — усмехнулся я, проглотив шоколадную кашицу и набросился на Туза Крестов, вколачивая его в землю.

Тысячи ударов градом падали на некроманта, перемалывая его кости, заливая меня чёрной кровью с головы до ног. Каждый удар обладал такой мощью, что земля невольно проседала под нами, создавая подобие кратера. Тело Туза Крестов то и дело вспыхивало зеленоватым отсветом, и тут же гасло, когда я снова его убивал.

Я ощутил угрозу слева, но благодаря рассказу Карима, я уже знал, что старик привлечёт к сражению своих марионеток — и я был готов. В небо взметнулись каменные стены высотой в сорок метров, окружив нас со всех сторон, а я продолжил бить.

От моих ударов образовался кратер, уходящий вглубь метра на четыре, не меньше. Земля вокруг покрылась паутиной трещин, расходящихся во все стороны. На дне кратера, вбитый в землю, как гвоздь в доску, лежал Туз Крестов. Его тело наполовину погрузилось в грунт, руки и ноги были вывернуты под неестественными углами.

Я же тяжело дышал, чувствуя, как по спине и лицу стекает пот, несмотря на мороз. Руки дрожали от напряжения, в висках пульсировала тупая боль. Я занёс ногу для удара, целясь в голову. Но в этот момент Туз Крестов поднял руку. Медленно, словно преодолевая невыносимую боль, его окровавленная ладонь поднялась вверх, останавливая меня.

Я остановился, не опуская ногу. На лице некроманта появилась широкая улыбка. Жуткая, растянутая от уха до уха, обнажающая кровавые дёсны. Несколько зубов, выбитых во время боя, отсутствовали. Глаза горели зелёным пламенем, но в них читалось что-то новое. Не ярость, не ненависть. Скорее… расчётливость.

Я не стал ждать его объяснений. Нога рванула вниз и врезалась в грудину, переломав кости, которые успели восстановиться. Я замахнулся снова, но Туз Крестов сквозь грохот взрывов, доносящихся снаружи, прохрипел одно-единственное слово:

— Довольно!

Туз Крестов откашлялся, сплюнул кровью прямо себе на грудь и продолжил, тяжело дыша:

— Я готов… отозвать свои легионы… — Каждое слово давалось ему с трудом. — И отпустить собранные души… на новый круг перерождения…

Я нахмурился и поставил ногу ему на грудь. Внезапная покорность врага вызывала подозрения. Каждая душа в его армии была ценным ресурсом, источником силы и власти. Просто так отказаться от этого и предать своего целованного в задницу владыку? Нет, здесь что-то нечисто. Я скрестил руки на груди и холодно спросил:

— С чего вдруг такая щедрость?

Туз Крестов хитро улыбнулся, глаза сверкнули зелёным, и в них промелькнуло что-то, что я не смог сразу опознать. Отчаяние? Или… надежда? Старик кашлянул и медленно произнёс, делая паузы между словами:

— Если убьёшь… моего хозяина… — он выдержал драматическую паузу, глядя мне прямо в глаза. — То я буду… служить тебе… принеся клятву… на душе…

Я едва сдержал смех, рвущийся наружу. Вот она — безграничная преданность своему богу! Под страхом смерти сначала продался Король Червей, а теперь и Туз Крестов. Восхитительно! Туз Крестов предлагал мне сделку. Но не просто сделку, он готов принести мне в дар собственную душу. Клятва на душе считалась нерушимой. Нарушивший её терял не только душу, но и право на возрождение.

— В смысле, убить? — переспросил я, склоняя голову набок. — Если вы не найдёте сосуд для перерождения, то этот выродок не сможет возродиться при всём желании.

Туз Крестов расхохотался. Смех вышел надтреснутым, булькающим от крови в горле, но в нём слышалось торжество. Некромант посмотрел на меня с жалостью, и его глаза вспыхнули ярким зелёным пламенем. Улыбка на лице стала ещё шире, почти маниакальной. Он поднял дрожащую руку и ткнул пальцем в небо, словно указывая на что-то невидимое. Потом опустил руку и проговорил фразу, от которой у меня ёкнуло сердце:

— Сосуд уже найден.

Хабаровск.