Я остановился в паре метров от него и присел на корточки:
— Ты тоже крал энергию из моих ударов. Вот и я решил позаимствовать кое-что у тебя. Поглощение урона — чертовски полезный навык.
Карим рассмеялся громче, закашлялся, харкнул очередным сгустком крови. Посмотрел на меня с уважением и кивнул:
— Это была славная битва, Михаэль. Лучшая в моей жизни, — он выдержал паузу, сглотнул и продолжил. — Прикончи меня, и закончим на этом. У меня больше нет сожалений, и я могу уйти.
Я поднялся на ноги и материализовал в руке Скорбь, чтобы снести ему голову, но замер в последний момент. Карим, чудовище, убийца, безумец, готовый уничтожить миллионы ради хорошего боя. Но в то же время он единственный, кто если не равен мне по силе, то близок к этому… Кстати, об этом. Я склонился над Каримом и произнёс:
— Ут, активируй модификатор «Похититель».
В голове зазвучал ласковый вибрирующий голос моей помощницы: «Модификатор активирован. Получена доминанта 'Железная воля». Создаёт ментальный барьер вокруг сознания носителя, защищающий от любых форм ментального воздействия.
Побочный эффект: подавление собственных эмоций. Носитель испытывает притуплённые чувства радости, печали, гнева. Эмоции ощущаются менее ярко, что может привести к апатии и депрессии'.
— Тьфу ты. Хлам какой-то, — выругался я.
— Неслабо я тебя приложил. Уже сам с собой разговариваешь, — оскалился Карим.
— Да, похоже, у меня мозги совсем набекрень, — улыбнулся я посмотрев в сторону Азраила, он уже пришел в себя и пытался выбраться из кратера. Вот и славно. Домой сам доберётся, а мне нужно кое куда заскочить.
Потянувшись к мане я открыл портал в Шанхайскую лабораторию. Схватив Карима за уцелевшую руку, я втащил его в синеватое марево и очутился в Китае. Тут и там сотни мимиков носились словно пчёлки, заливая реагенты, разливая готовую эссенцию в пробирки, что-то печатая на компьютерах и изучая зелёную жижу под микроскопом. На меня они не обратили ровным счётом никакого внимания, так как были слишком увлечены.
Я же потащил ошмётки Карима по белоснежной плитке оставляя кровавые разводы позади. Добравшись до склада, я взял флакон с регенерационной эссенцией Преображенского и услышал позади голос Мимо:
— Михаил Константинович? А вы что…
— Не обращай внимания, — ответил я, откупоривая пробку зубами.
— Ага, малый. Не мешай нам. Видишь, мы тут кисель дегустируем, — хрипло усмехнулся Карим, снова закашлявшись.
— Э-э-э… Хорошо… — протянул Мимо и скрылся в коридоре.
— Ну и зачем мы здесь? Хочешь меня в кислоте растворить? — улыбнувшись, спросил Карим.
Я присел рядом с ним и поднёс флакон к его губам:
— Открывай рот.
Карим посмотрел на меня непонимающе:
— Вот уж, хренушки! Можешь кулаками забить насмерть. А это дерьмо я пить не буду, — заявил Карим.
— Я подумал и понял, что ты ещё не искупил свои грехи. А значит, повоюешь на моей стороне какое-то время.
Карим разинул рот, чтобы возразить, но я тут же схватил его за челюсти и бесцеремонно влил эссенцию. Он попытался выплюнуть зеленоватую жижу, но кто ж ему разрешит? Я зажал его рот ладонью, а после — и нос, заставив проглотить лекарство.
Эссенция подействовала мгновенно, причинив Кариму дикую боль. Он зарычал, оскалив зубы, и с ненавистью посмотрел на меня:
— Ублюдок… Что ты сделал?
Процесс регенерации шёл с невероятной скоростью. Кровь перестала хлестать, кожа стала розовой, обгоревшие части тела исцелились, а конечности отрасли буквально за пару минут. Карим выдохнул, сел и посмотрел на свои новенькие ноги. Пошевелил пальцами, а после поднял непонимающий взгляд на меня:
— Зачем ты это сделал?
Я встал и протянул руку Кариму:
— В мире полно чудовищ. Не всегда у меня есть время и желание с ними сражаться лично. А ты фанат своего дела. Обожаешь чесать кулаки о чужие лица. Если будешь работать на меня, то я выделю тебе отдельный пласт реальности, в который буду присылать различный биологический мусор. Не переживай. Это будут сильные противники. Сможешь вечность напролёт сражаться. Разве это не твой персональный рай?