Марля.
Она раздавала материалы девшукам, которые, набрав их, относили все к временному госпиталю у дороги.
Колонна раненых уже была перемещена за грузовик для оказания помощи.
Большинство были на пути.
Люси присоединилась к очереди за материалами.
Было темно, и никто не сказал ей ни слова.
Теперь она могла почувствовать напряжение среди молодых медсестер.
Их, должно быть, тренировали сохранять уровановешенный, спокойный вид перед солдатами, но когда девушка, стоящая перед Люси, потянулась за своей частью материалов, ее руки тряслись.
Вокруг них, солдаты двигались в парах, неся раненого под руки и за ноги.
Некоторые из мужчин, которых они несли, бормотали вопросы о сражении, спрашивая, насколько ужасно они были поражены.
Потом были такие, которые были более серьезно ранены, чьи губы не могли составить никаких вопросов, потому что они были слишком заняты, резко вскрикивали, те кого поднимали за талию, потому что одна или обе их ноги унесло миной.
— Вода.
— Кувшин упал в руки Люси.
— Бинты.
Марля. -
Старшая сестра выдала положенные материалы механически, приготовилась перейти к следующей девушке, но остановилась.
Она задержала взгляд на Люси.
Она пробежалась по ней глазами снизу вверх, и Люси поняла, что все еще одета в тяжелое шерстяное пальто Люськиной бабушки из Москвы.
Что было хорошо, потому что под ним она была одета в джинсы и рубашку на кнопках из своей настоящей жизни.
— Униформа, — наконец сказала женщина той же монотонной интонацией, бросив вниз белое платье и шапку медсестры, какие были одеты на других девушках.
Люси с балгодарностью кивнула, и нырнула за грузовик, чтобы переодеться.
Это было широкое белое платье длиной до лодыжек, сильно пахнущее отбеливателем.
Она попыталась вытереть кровь солдата со своих рук шерстяным пальто, потом кинула его под деревом.
К тому времени, как она застергнула сестринскую униформу, закатала рукава и подвязалась поясом, оно было полностью покрыто ржаво-красными полосами.
Она схватила материалы и побежала через дорогу.
Сцена перед ней была ужасной.
Офицер не лгал.
Там было по крайней мере сто человек, которые нуждались в помощи.
Она посмотрела на бинты в руках и спрашивала себя, что именно она должна была делать.
— Медсестра! — позвал человек.