Я ложусь на кровать и засыпаю, так и не отправив ответное сообщение.
Глава 10. Странный сон
Я вижу во сне маленькую девочку. Ей года четыре, не больше, у неё длинные вьющиеся волосы кофейного цвета, заплетённые в косу, а на голове венок из одуванчиков. Она улыбается и забавно морщит носик, совсем как я когда-то. Я узнаю в ней маленькую себя и улыбаюсь, а затем наши взгляды пересекаются, и я понимаю, что синева её глаз точно такая же, как и у ЗБ.
Я вздрагиваю и резко открываю глаза. Это был просто сон… Странный сон… И с нежностью девочка смотрела на меня просто так. Я же делала анализ крови на этот гормон… Как он там называется?! ХГЧ! Вот! И он оказался отрицательный. Я присаживаюсь, скидываю ноги с кровати и гляжу на экран смартфона. Он светится, уведомляя о пропущенном событии. Снимаю блокировку с экрана. Снова Руслан. Неужели ему нравится прощать изменщиц? Меня даже начинает раздражать это его назойливее поведение, но я всё-таки нажимаю кнопку вызова и подношу телефон к уху.
— Привет! Почему не написала сразу?! Я ведь переживаю! Кать, как ты? — вываливает он на меня вопросы, параллельно не забыв начать корить за то, чего не сделала. Эта его привычка никогда мне не нравилась, и он обещал исправиться, но постоянно читал нотации. Снова и снова возвращался к тому, от чего мы с ним ушли…
— Привет! Я устала с дороги и легла спать! — отвечаю ему отрешённым голосом. Внутри сейчас пустота какая-то: все эмоции разом покинули, превращая меня в куклу. — Руслан, я хочу напомнить, что мы расстались.
— Спасибо! За напоминание о твоей измене, — бурчит он себе под нос или убирает телефон чуть дальше от уха, из-за чего создаётся такое эхо. — Измене, которую я готов простить, между прочим.
— Я не готова, — резко перебиваю его я.
Почему-то в эту секунду я ощущаю острое желание снова пойти к ЗБ, снова окунуться с головой в омут страсти, доступный только рядом с ним. Я словно хочу сбежать от самой себя в объятия чужого мужчины.
Вспоминаю о следе от кольца на безымянном пальце босса, и по коже бегут мурашки… Что если он действительно женат?
— Кать, мы поговорим об этом, когда ты вернёшься из командировки, на холодную голову! Ты как себя чувствуешь? Босс не сильно напрягает?
— Всё хорошо, спасибо. Знаешь, наверное, говорить будет не о чем, — произношу я негромко, и голос, как назло, хрипнет.
Я готова сказать Руслану, что это окончательная точка. Если в первые сутки я сходила с ума, винила себя и ненавидела, хотела вымаливать у него прощения и попытаться начать всё с чистого листа, то потом поняла — это неправильно. Не получится склеить то, что уже разбилось. Не выйдет у нас с Русланом уже ничего. И не вышло бы, даже не будь измены. Мы не подходили друг другу, просто я боялась осознать это, а теперь, кажется, поняла.
— Конечно, будет! Не говори ерунды! Ладно, ты там отдыхай и не забывай отвечать мне! Пока!
Руслан кладёт трубку, и я понимаю, что интонация его голоса так и просила сказать: «целую, Малыш», — напоследок. Ледяной холодок пробегает по коже. Я прикусываю губу и устремляю взгляд на экран телефона, на заставке которого стоит наша фотография с Русланом. Нескольких движений пальцем хватает для того, чтобы сменить её на фотографию игральных костей.
Меня начинает раздражать его поведение. Я конечно, понимаю, что я виновата… Не следовало изменять, но случилось то, что случилось. И мы могли бы спокойно расстаться, вот только Руслан ведёт себя так, словно ему нравится это ощущение жертвы. Ему изменяют, он прощает, идёт на уступки, а потом напоминает о том, что это твоя вина…
Я вспомнила, как однажды испортила праздничный ужин, забыв вовремя вытащить форель из духовки. Руслан потом несколько раз напоминал мне, что это только моя вина, что если бы я не смотрела сериалы во время приготовления, то ничего такого не произошло бы. Таких моментов на самом деле было немало, но я пыталась не замечать их и делала вид, что всё в порядке, а теперь недовольство полезно наружу, принимая меня в тиски.
Стук в дверь озадачивает, а потом я вспоминаю, что у нас с боссом один номер на двоих. Поправляю рубашку, волосы и гляжу в зеркало. Выгляжу я гораздо лучше, чем утром.
— Заходите, — отвечаю я, и вспоминаю, что он уже несколько раз просил обращаться к нему на ты.
ЗБ открывает дверь и застывает на пороге. Сейчас он переоделся и в футболке с джинсами выглядит совсем не как босс, по-простому, что ли.
— Будем заказывать ужин или спустимся в столовую? — спрашивает он.
Ужинать с ним в номере после того, как я недавно думала снова пойти к нему в поисках утешения… Голова идёт кругом, кровь стучит в висках, и я решаю, что лучше всего будет пойти в столовую, чтобы не оставаться с ним наедине.
— Давайте спустимся. Устала сидеть в номере, — вру я и ощущаю, как краснеют кончики ушей.
— Тогда я подожду тебя, — говорит ЗБ и уходит, а я вспоминаю свой странный сон.
Мне приснилась девочка. Дочка. Моя ли? Или его? Или наша? Рука сползает на живот, но я мотаю головой. Результат показал отрицательный результат. Не могу я быть беременна. Не могу!
Я заставляю себя подняться на ноги, достаю из сумки майку и джинсы, переодеваюсь и распускаю волосы, раскидываю их по плечам, чтобы придать немного объёма. Не хочу никаких официальностей сейчас: ни облегающих строгих юбок, ни блузок с выглаженным воротничком, ни строгих причёсок. Хочу вот так — легко и удобно.
Глядя на своё отражение, я вспоминаю, как ЗБ зарывался пальцами в мои волосы, притягивая мою голову ближе к себе и жадно целуя губы. Мне тогда показалось на секунду, что в этом поцелуе для него сокрыта вся жизнь. Но всё это был просто порыв страсти под действием виагры, ничего более.
Провожу подушечками пальцев по губам и чуть приоткрываю их. След от его поцелуев уже давно исчез, но воспоминания всё равно будоражат лёгким покалыванием.
Я тяжело выдыхаю, топчусь с одной ноги на другую и всё-таки заставляю себя выйти из комнаты, которая до этого служила, казалось бы, надёжным щитом.
— Выглядишь здорово! — говорит ЗБ, а для меня эти слова равносильны предложению повторить то, что уже случилось один раз. Он смотрит на меня особенно, не так, как должен смотреть босс на подчинённую.