— И он согласился? — В шоке спрашиваю. Одно дело недвижимость за мной, которую ещё продать надо, а здесь деньги. А если я их правильно вложу, то это вообще отличный буст.
— Елена Николаевна, ну а что ему оставалось? Так что поздравляю! Вы у меня упакованная с ног до головы. Долго в девках не проходите!
— Ой, не каркайте! А что с графиком посещений?
— Пошёл на уступки. Каждую субботу он у него. Каждую вторую и четвёртую субботу месяца остаётся на ночёвку. Зимние каникулы за ним. Летом месяц. Две недели с ним, две с вашими свёкрами.
— Ладно. Пойдёт.
Честно говоря, я не хотела уступать ему Новый год с Рождеством и ночёвки, но Арсений очень просил. У них традиция кататься на лыжах семьей. Не буду её нарушать.
Благодарю ещё раз своего адвоката и еду к Олегу.
Ощущения, что я что-то употребила. Хочется остановить машину, выбежать и начать танцевать посреди Кутузовского. Чистый кайф! Я свободна!
— Привет, бывший муж! — Кричу в динамик.
— Мась, ну ты можешь хотя бы для приличия быть не такой довольной?
— Нет, Стасик, не могу! Я самая счастливая женщина на свете!
— Мась, я, конечно, рад, что осчастливил тебя, но не от всего сердца, — грустно усмехается.
— Тебе сказал адвокат, что мы тебе уступили Антошу на новогодние и ночевки?
— Сказал. Спасибо.
— А что ты мне пятнашку должен?
— Сказал. Накладно. Но сам косякнул.
Не понимаю, почему у Стаса такое настроение. Расстроился, что нас развели? Скорее переживает неизбежное принятие. Я его знаю, что-то не то.
— Масик, что с тобой? Случилось что-то?
Может, не выспавшийся из-за Лизы. Но по тону что-то серьёзнее.
— Мась, — чуть ли не всхлипывает Стас, — у Лизы порок сердца.
Вся моя радость сметается в секунду. Господи…малышка же совсем. Две недели ребёночку. Даже дней одиннадцать.
— Как? — Спрашиваю вмиг севшим голосом.
— Так. Она вчера плакала, и у неё ротик посинел. Катя вызвала неотложку, и вот выяснилось. Их опять госпитализировали.
— Её будут оперировать?
— Не знаю. Вроде нет. Пока будут наблюдать. Не критично, насколько я понял.
— Стас, даже не знаю, что сказать. Я вам очень сочувствую. Бедная малышка. Как же так…
— Мась, — вздыхает, — спасибо, что не злорадствуешь.
— Стас! Ты чего? Это же ребёнок! Она ни в чём не виновата.
— Я, наверное, виноват. Издевался над Катей. Блядь, Лен, я даже перед родами бросил её и собирал вещи. А она рожать начала. Я и остался. Я мог спровоцировать?
— Да нет, Стас. Это либо генетическое, либо на этапе формирования сердечка патология. Не вини себя. Я надеюсь, всё будет хорошо. Найдёте лучших врачей. Если прямо сейчас не оперируют, значит, не всё так страшно.