📖 Читать книгу «Страсть» онлайн

— Что? — спросила Шелби.

— Было время, когда мы были частью одной семьи. Кэм был моим братом. Он не был злым, еще. Возможно и сейчас еще нет.

Физически, единственная разница между этим Кэмом и тем, которого знали Шелби и Майлз, была в том, что на его шее не было татуировки из солнечных лучей, которую он получил от сатаны, когда он связал свою судьбу с Адом. Иначе, Кэм выглядел бы точно так же, как сейчас.

За исключением того, что это давное лицо Кэма на было таким строгим и беспокойным. Это было выражение, которое Даниэль не видел на Кэме уже тысячелетия. Вероятно, с этого самого момента.

Лилит остановилась позади Кэма и обернула руки вокруг его шеи так, чтобы ее ладони лежали на его сердце. Не поворачиваясь и не говоря ни слова, Кэм взял и сложил чашечкой ее руки в своих. Они оба закрыли глаза от удовольствия.

— Это действительно кажется слишком личным, — сказала Шелби. — Должны ли мы быть здесь — я имею в виду, я чувствую себя странно.

— Тогда уходите, — сказал Даниэль медленно. — Не устраивайте сцен по пути назад…

Даниэль прервался. Кто-то шел к Кэму и Лилит.

Молодой человек был высокий и загорелый, одетый в длинную белую одежду, и нес толстый свиток пергамента. Его светлая голова была опущена вниз, но было очевидно, что это Даниэль.

— Я не уйду. — Майлз посмотрел на прошлое я Даниэля.

— Постой, я думала, что мы только что отослали того парня назад в Предвестнике, — сказала Шелби, запутавшись.

— Это более поздняя версия прежнего меня, — объяснил Даниэль.

— Он говорит, более поздняя версия прежнего меня! — фыркнула Шелби. — Сколько именно Дэниэлей существует?

— Он пришел из будущего, на две тысячи лет позже, а не с момента, где мы находимся прямо сейчас, который все еще является одной тысячей лет в прошлом, от нашего времени. Тот Даниэль не должен был быть здесь.

— Мы на три тысячи лет в прошлом, прямо сейчас? — Спросил Майлз.

— Да, и Вы действительно не должны быть здесь. — Даниэль смутил Майлза. — Но это прошлая версия меня — он указал на парня, который остановился рядом с Кэмом, и Лилит. — принадлежит этому времени.

На том берегу реки Лилит улыбнулась. — Как ты, Дэни?

Они наблюдали, как Дэни опустился на колени рядом с парой и развернул свиток пергамента. Даниэль вспомнил: Это была их лицензия на брак. Он написал все это себе на арамейском языке. Он должен был совершить обряд. Кэм попросил его месяц назад.

Лилит и Кэм перечитывали документ. Им было хорошо вместе, вспомнил Даниэль. Она писала песни для него и проводила часы, выбирая полевые цветы, вплетая их в его одежду. Он отдал всего себя ей. Он слушал ее мечты и смешил ее, когда ей было грустно. Это были лучшие стороны их обоих, и когда они спорили, целое племя слышало об этом — но ни кто из них еще не был таким темным, какими они станут после их разрыва.

— В этой часть прямо здесь, — сказала Лилит, указывая на строку в тексте. — Здесь говорится, что мы будем обвенчаны у реки. Но ты знаешь, что я хочу быть обвенчана в храме, Кэм.

Кэм и Даниэль переглянулись. Кэм коснулся руки Лилит. — Моя любовь. Я уже говорил тебе, что я не могу.

Что-то горячее появилось в голосе Лилит. — Ты отказываешься жениться на мне на глазах у Бога? В единственном месте, где моя семья одобрит наш союз! Почему?

— Стоп, — прошептала Шелби по другую сторону течения. — Я вижу, что происходит. Кэм не может жениться в храме…, он не может даже ступить в храм, потому что…

Майлз тоже начал шептать: — Если падший ангел входит в прибежище Бога…

— Все загорается, — закончила Шелби.

Нефилимы, конечно, были правы, но Даниэль был удивлен своим собственным разочарованием. Кэм любил Лилит, и Лилит любила Кэма. У них был шанс сделать их любовь счастливой, и к черту, то, на сколько Даниэль был обеспокоен, да и все остальное. Почему Лилит так настаивала на браке в храме? Почему Кэм не смог дать ей хорошее объяснение своего отказа?

— Я не войду туда. — Кэм указал на храм.

Лилит почти рыдала. — Тогда ты не любишь меня.

— Я люблю тебя больше, чем я когда-либо мог представить, но это ничего не меняет.

Стройное тело Лилит, казалось, раздулось от гнева. Могла ли она почувствовать, что было что-то большее в отказе Кэма, чем просто какое-то желание отказать ей? Даниэль так не думал. Она сжала кулаки и издала длинный, пронзительный крик.