Я одеваюсь во всё белое, как тут принято, и уже предвкушаю, как открою крышу на своём кабриолете и помчу по набережной. Господи, какое счастье.
И утром я проснусь, а Стас не будет ворчать, что я проспала лучшие часы для загара и самые свежие морепродукты на рынке.
И сама теперь буду выбирать пляжи для посещения. Сама выберу рестораны, вино, еду, одежду.
Я так много не осознавала. Он же контролировал меня абсолютно во всём. Вообще не давал выбора. Всё было по его. А я принимала, думая, что ему виднее.
Он даже мороженое на пляже выбирал мне сам. Вспоминаю, и жутко становится. Кто-то скажет, что пустяки, но за этими пустяками кроется столько давления и насилия.
— Олаааа! — весело кричит Лиля сексуальным дорожным полицейским, когда мы проезжаем мимо них.
— Лиля! Веди себя прилично! — Ржу над ней, а сама подмигиваю офицеру. Я не могу надышаться этой свободой. И финансовой в том числе.
В июне я утроила свой доход по сравнению с маем и явно ощущаю, что это только начало. Мне каждый день на почту поступают предложения о сотрудничестве, я уже даже подумываю нанять себе менеджера.
Не знаю, что сделал Олег с Антошей, но он в ресторане заказывает не картошку фри, а осьминога, как мы с Лилей.
И даже пробует севиче. Я даже не знаю, можно ли в его возрасте сырую рыбу, но радуюсь, что ребёнок начал интересоваться едой.
Так как я на отдыхе, прошла терапию, то позволяю себе наконец вино.
В отличном настроении возвращаемся домой, но меня тормозят те самые полицейские.
Я выпила допустимую норму и не переживаю, однако они просят международные права, про которые я, естественно, благополучно забыла.
В Дубае, к примеру, я спокойно езжу с российскими. Объясняю им ситуацию, флиртую, заигрываю вместе с Лилей и обещаю привезти.
Меня отпускают, но обещают в следующий раз наказать. Конечно, они про штраф, но какие они фактурные, мысли совсем о другом, и мы как малолетние дурочки с Лилей смеёмся и покидаем их, предварительно отправив воздушный поцелуй.
Дома сразу пишу маме с просьбой съездить ко мне в квартиру и забрать права. Сфотографировать хотя бы, а потом уже привезти мне их. Надеюсь, меня не будут останавливать каждый день на протяжении всех трёх недель.
Утром мы первым делом направляемся на завтрак в кафе Бандераса. Если его не встретим, то поедем ужинать в его ресторан. Я в детстве любила Бреда Питта, Лиля же тащилась от Зорро и намерена его поймать и сделать селфи.
На завтраке мы встречаем только Зидана. И то лично я его не узнаю, потому что в жизни он меньше, чем по телевизору. Да и вообще мне неловко пялиться на селебрити, Лиля же никого не стесняется и машет ему. Чувствую, отдых будет весёлым, это только начало.
После завтрака едем на мой любимый пляж Дель Кабо. Мне нравится, что там много молодёжи и очень лёгкая атмосфера.
Стас же всегда предпочитал респектабельные места с взрослым контингентом.
Лиля смуглая и, как я, не прячется под зонтиком, а играет с детьми у кромки воды, щедро подставляя себя солнышку.
К моему удивлению мне звонит мама. У меня нет местной симки, и вообще я здесь отдыхаю от излишнего общения. Интернета дома мне достаточно. Но раз мама звонит по сотовой связи, значит, что-то случилось.
Только бы не папино сердце. Пальцы липкие от солнцезащитного крема, и я как назло не могу смахнуть звонок. Начинаю переживать ещё больше.
— Да, мамуль, — наконец отвечаю.
— Ленусь, — мамин голос звучит мрачно.
— Мам! Что с папой? — Кричу в трубку.
— Всё хорошо. Я у тебя дома, Лена. За правами приехала.
— И что? — Тороплю её.
Неужели квартиру залило. Она застрахована, но ремонт жалко. Только этого не хватало.
— Тут женщина, Лена.