📖 Читать книгу «Магистр дьявольского культа (Mo Dao Zu Shi)» онлайн

Звон этот совершенно отличался от звона, возвещающего, который час. В колокол будто колотил сумасшедший, торопливо и неистово. И Лань Сы Чжуй, и Лань Цзин И резко изменились в лице, перестали перешучиваться и тотчас же ринулись на звук. Вэй У Сянь понял, что что-то произошло, и поспешил вслед за ними. 

Колокольный звон шел с угловой башни, именуемой «минши». 

В этой постройке адепты Ордена Гу Су Лань призывали духов, поэтому стены здесь были выполнены из особых материалов и сплошь покрыты вырезанными текстами заклинаний. Когда колокол на вершине угловой башни вдруг начинал звонить сам по себе, это означало только одно – с заклинателями, что проводили ритуал внутри, случилось несчастье.

Возле башни уже собралась небольшая толпа, и адепты Ордена Гу Су Лань все продолжали прибывать, однако никто не рисковал входить внутрь, не обдумав все как следует. Черная деревянная дверь минши была наглухо заперта, и открыть ее можно было только изнутри. Взлом же снаружи не только запрещался, но и еще представлял большие трудности. Любое происшествие, случившееся во время проведения ритуала, таило в себе чрезвычайную опасность, поскольку никто не знал, что за тварь могла откликнуться на зов или как все могло бы обернуться, если кто-то ворвется в процессе проведения ритуала. К тому же, с самой постройки минши почти все ритуалы заканчивались удачно, и потому заклинатели снаружи сейчас были так встревожены. 

Вэй У Сянь заметил, что Лань Ван Цзи до сих пор не появился, и недоброе предчувствие охватило его. Будь Лань Ван Цзи в Облачных Глубинах, он бы со всех ног поспешил на тревожный звон колокола, если, конечно, он не… Вдруг черная дверь резко и с грохотом распахнулась. Адепт в белоснежных одеждах, ковыляя и спотыкаясь, нетвердой походкой вышел наружу.

Ноги едва держали его, потому, едва выйдя, он кубарем скатился с лестницы. Дверь минши тут же захлопнулась за ним, словно кто-то сердито дернул ее с внутренней стороны.

Растерявшиеся поначалу заклинатели быстро помогли ему встать. Но стоило адепту подняться на ноги, как он тут же упал вновь, против своей воли заливаясь слезами. Он отчаянно вцепился в людей рядом с ним: «Не должны были… не должны были призывать…»

Вэй У Сянь незамедлительно схватил его за руку и твердо произнес: «Чей дух вы призывали? Кто еще находится внутри? Где Хань Гуан Цзюнь?!»

Казалось, что заклинатель задыхается: «Хань Гуан Цзюнь приказал мне спасаться…»

Но не успел он завершить фразы, как темно-красная кровь хлынула из его носа и рта, и Вэй У Сянь передал адепта в руки Лань Сы Чжуя. Затем он, с наспех изготовленной бамбуковой флейтой, по-прежнему заткнутой за пояс, преодолел лестницу в несколько больших шагов, пнул дверь минши и приказал: «Откройся!»

Черная деревянная дверь резко распахнулась, дико захохотав беззубым ртом. Вэй У Сянь в мгновение ока нырнул внутрь, и она тут же захлопнулась вновь. Несколько адептов ошеломленно попытались последовать за ним, но минши по-прежнему отказывалась открываться, как они ни старались. Один из приглашенных заклинателей в изумлении и гневе заколотил в дверь, в сердцах выпалив: «Во имя Небес, да кто же он такой?!»

Лань Сы Чжуй поддерживал пострадавшего адепта и, стиснув зубы, проговорил: «Лучше помогите мне! Его цицяо истекают кровью!»

Войдя в минши, Вэй У Сянь сразу же почувствовал, как темная энергия плотно окутывает его. 

Эта энергия являла собой смесь ненависти, ярости и высокомерия, почти видимую человеческому глазу, и любой, погруженный в нее, ощущал неясную, давящую боль в груди. Внутренняя часть минши оказалась квадратом примерно десять на десять метров, и сейчас в его углах беспорядочно лежали неподвижные люди, а в центре комнаты на магическом поле находился предмет призыва. 

Это было не что иное, как призрачная рука – та, что привезли из деревни Мо!

Она стояла, застыв вертикально вверх как столб, обращенная к полу стороной среза от тела. Четыре ее пальца были плотно сжаты в кулак, а указательный нацелен в небо, словно в негодовании указывая на кого-то. Густой поток темной энергии, заполонивший минши, исходил от нее.

Все заклинатели, принимавшие участие в ритуале, либо спаслись бегством, либо лежали на полу в бессознательном состоянии, и только Лань Ван Цзи по-прежнему чинно и благородно сидел во главе обряда в восточной части минши.

Поперек его коленей лежал гуцинь. Рука его не щипала струны, однако они продолжали трепетать сами по себе. Лань Ван Цзи казался погруженным в думы, или же внимательно прислушивающимся к чему-то, и поднял голову лишь тогда, когда почувствовал, что кто-то вошел.

Лицо Лань Ван Цзи всегда было безмятежным, потому Вэй У Сянь не имел ни малейшего представления, о чем тот думает. Лань Ци Жэнь, который отвечал за западную часть минши, сейчас лежал без сознания, как и все остальные, а его цицяо кровоточили, подобно цицяо адепта, что ранее сумел вырваться из этой комнаты. Вэй У Сянь повернулся и сделал несколько шагов на запад, встав прямо напротив Лань Ван Цзи и тем самым заняв в ритуале место Лань Ци Жэня. Он вытащил из-за пояса бамбуковую флейту и поднес к губам.

В ту ночь в деревне Мо Вэй У Сянь сначала раззадорил и отвлек руку, а затем Лань Ван Цзи с расстояния атаковал ее мелодиями гуциня. Им удалось подавить темную энергию только потому, что они непреднамеренно действовали сообща. Лань Ван Цзи встретился с ним взглядом, и выражение понимания появилось на его лице. Он занес правую руку над струнами, и из гуциня полилась мелодия. Вэй У Сянь тут же присоединился, заиграв на флейте.

Мелодия, что они играли вместе, называлась «Призыв». При ее звучании труп, часть трупа или любимая вещь почившего превращались в проводника, через которого бесплотный дух мог проникнуть в этот мир. Обычно для его появления в центре магического поля хватало всего одного рефрена. Но сейчас мелодия почти подошла к концу, а никакого духа до сих пор и в помине не было. 

Призрачная рука, казалось, разгневалась, ее вены яростно запульсировали, а давящее ощущение, висящее в воздухе, стало еще сильнее. Если бы на западной стороне находился не Вэй У Сянь, а кто-нибудь другой, то он бы уже давно потерял сознание и, как Лань Ци Жэнь, лежал бы в беспамятстве с кровоточащими цицяо. Вэй У Сянь втайне встревожился: любой дух почти наверняка должен был откликнуться на мелодию «Призыва», исполняемую им и Лань Ван Цзи вместе, если он, конечно, не… Если вместе с телом покойника не расчленили и его душу! 

Похоже, что кончина их дражайшего друга оказалась все же похуже смерти Вэй У Сяня. Конечно, тело Старейшины И Лин покромсали на мелкие кусочки, однако ж его душа оставалась цела.

Итак, «Призыв» не сработал, и Лань Ван Цзи переместил пальцы и начал играть другую мелодию.

Мотив ее был спокойным и совсем не похожим на зловещий и требовательный мотив «Призыва». Она называлась «Покой». Обе эти мелодии широко использовались заклинателями по всему миру, и не было ничего удивительного в том, что кто-то умел их играть, так что Вэй У Сянь вновь ловко подхватил мотив Лань Ван Цзи.

Призрачная флейта Старейшины И Лин, «Чэнь Цин» была известна всем и каждому. Но сейчас Вэй У Сянь играл на бамбуковой флейте с намеренными погрешностями и постоянно задыхаясь, так что ее звуки практически оскорбляли слух. Лань Ван Цзи, должно быть, никогда раньше не играл дуэтом с кем-то столь же неумелым. В конце концов, он был больше не в силах продолжать и делать вид, что ему все нипочем: Лань Ван Цзи поднял голову и посмотрел на Вэй У Сяня ничего не выражающим взглядом.

Вэй У Сянь же бесстыдно продолжил играть дальше, притворившись, будто ничего не понял, и мелодия его завихляла еще ужаснее. Однако внезапно позади него раздался какой-то шорох. Вэй У Сянь обернулся и в изумлении увидел, что Лань Ци Жэнь, который до этого лежал в бессознательном состоянии, сейчас оказался сидящим с прямой, как струна, спиной. Из его цицяо по-прежнему лилась кровь и лицо было перекошено гневом. Лань Ци Жэнь дрожащей рукой указал на Вэй У Сяня и надрывным, срывающимся голосом прокричал: «Прекращай играть! Пошел прочь! Пошел прочь сейчас же! Прекращай…» 

Но не успел он договорить, что именно Вэй У Сянь должен прекратить, как захлебнулся кровью, отчаянно отхаркался, и на последнем издыхании упал на то же самое место, вновь провалившись в глубокий обморок. 

Лань Ван Цзи: «…»

Вэй У Сянь остолбенел.