– Вы получите письменное подтверждение приказа, мистер Паркер. Действуйте немедленно‑ адмирал. Жду от вас новостей. Удачи! Роберт с раздражение бросил трубку.
Что же произошло с Америкой? Выросло целое поколение военных, привыкших держать руки по швам, постоянно прикрывая задницу бумажками. Что бы все было‑ сладко да гладко. Причем покрывая свою трусость и лень – мифической заботой о подчиненных.
Пирс посмотрел на часы. Пора выдвигаться на встречу с сильными мира сего. Ничего хорошего на ней он услышать не ожидал. Похоже лимит хороших новостей для США – полностью иссяк.
Подъезжая с машиной сопровождения к "Трем секвойям",Роберт обратил внимание на то, что теперь, маленький, уютный особняк‑ тщательно охраняли. Раньше – такого не было "клуб джентльменов" в охране не нуждался. Теперь – натасканные "церберы" в плащах, под которыми отчетливо виднелись смертоносные машинки для автоматической стрельбы постоянно попадались ему на глаза. О времена, о нравы.
Все были уже в сборе. Джонсон, Хаузер, Бенетт – больше никого. В большом, обставленном французской антикварной мебелью зале‑ было сильно накурено. Хоть вешай топор. Все трое усиленно дымили толстыми сигарами, хотя Пирс был уверен‑что не один из них не курит. В завершении всего у каждого было в руках по стакану с настоящим шотландским виски десятилетней выдержки. Значит что то случилось.
– О Роберт! Преувеличенно радостно сказал вице‑президент, салютуя ему стаканом Присоединяйтесь. Хлебнете настоящего виски за счет бедных налогоплательщиков – перед тем как наступит конец света.
– Благодарю сэр. Роберт опасливо огляделся. Такими своих старших партнеров – он видел впервые. Это были люди той, ещё старой закваски‑ пережившие Вьетнам, "уотергейт", рейганомику и прочее. Они не гнулись и не ломались.
– Смотрите на экран, Пирс. Внимательно смотрите. Генерал Джонсон, был явно не в духе.
Только сейчас, Роберт обнаружил, что стоящий в углу телевизор работает. По нему – шла трансляция из Москвы британского Би‑Би‑Си. Несмотря на "рябь" от помех – он увидел то, что хотел Джонсон.
Стрельченко…Жив и по видимому здоров. Пятнистая камуфляжная куртка, на заднем плане Кремль. Потом‑съемки с вертолета. Видно горящие машины на улицах и колонны бронетехники. Вон, чьи то трупы – выкладывают на газон из подбитого колесного бронетранспортера. Голос диктора русского телевидения вещал
"Военно‑воздушные силы, нанесли удар по штабу мятежников в районе поселка Алабино. Змеиное гнездо предателей уничтожено высокоточными ракетами Х‑59М. Большинство участвовавших в мятеже‑ военнослужащие, обманом втянутые предателями в свои грязные игры. Сейчас – они арестовали зачинщиков и возвращаются в места постоянной дислокации. На данный момент, ситуация в Московском регионе – полностью контролируется вооруженными силами Руси, подразделениями МВД и СНБ и государственными органами власти. Мятеж‑ подавлен. Покушение на главу государства‑ тоже не удалось…. Проведены массовые аресты наймитов.."
Симпатичная телеведущая задыхалась от праведного гнева. Все, похоже приехали…
– Ну, что скажешь? Роберт..
– Нужно это останавливать сэр. Немедленно.
– А что нам предъявить русским? Он твердо уверены – что войну начали европейцы, а мы мало того, что их поддержали – еще и покушались на Стрельченко. Вы должны были найти доказательства того, что нас сталкивают лбами. Вы Пирс – за месяц не нашли ничего стоящего…
Оправдываться здесь не было смысла. Не в том настроении люди. И не того уровня. Это не те придурки из сенатской комиссии по разведке.
– Сэр. Доказательства летят сюда. На борту С‑130 управления чрезвычайных ситуаций под надежной охраной из числа коммандос пограничной службы. С ними агент ЦРУ Розетти. Надежнейших из моих сотрудников. Они летят через в Амман делая крюк над Саудовской Аравии. Через полдня‑они будут здесь в Вашингтоне.
– Почему через Амман? Поинтересовался Хаузер.
"Правильно поинтересовался – старичок" Злорадно подумал Пирс, с наслаждением нанося ответный удар.
– Существуют веские основания, считать сэр, что в вашем бывшем ведомстве – АНБ, очень сильно течет. Прямо скажем – хлещет.
– Чего? Невозмутимый ранее Хаузер выпучил глаза, став похожим на лягушку, которую надули через соломку. – Да не говорите ерунды, Пирс!
– Связь и электронную разведку, для нашей особой группы осуществляет ваш протеже, бригадный генерал Стивен Хоуп. Так как вы объясните, что все радиопереговоры – прослушивались неизвестными? Конвой в котором следовали наши сотрудники – подвергается сначала удару с воздуха наших же "Хорнетов",потом атакуется наземными силами противника. Это сразу после того, как они передали сообщение о том, что интересующий нас человек‑ жив и перевозится на базу Кэмп‑Виктори для дальнейшей эвакуации в США.
– Это совпадение. Несколько неуверенно сказал Хаузер. – На войне, это случается повсеместно.
– Да сэр. Только я не встречал ни одного случая – когда боевики числом более сотни терпеливо ждали, когда по конвою отработает наша авиация. Будто знали – что будет именно так. Причем всего в десяти милях от нашего военного лагеря…
– Куда смотрела разведка? Недоуменно спросил Джонсон.
– Не знаю, сэр. Может разведка считала – что это не боевики, а союзники? Поэтому не обратила внимания на сотню с лишним вооруженных людей. Или специально не обратила внимание…
– К чему вы клоните, Пирс? Выражайтесь яснее. Не выдержав, повысил голос Бенетт..
– Господин вице‑президент. Я клоню к тому, что не заметить скопление такой массы вооруженных людей – невозможно. Особенно днем и в окрестностях нашей основной военной базы в Ираке. И как то по совпадению‑ авиация морской пехоты, накрывает наш конвой в непосредственной близости от этих неизвестных. Получив не подтвержденный приказ.
– Как не подтвержденный?
– Очень просто. Толком выяснить не удалось, что это за Task Force 081 – которая запросила воздушную поддержку и дала неверные координаты. Изначально думали на контрактников SOG ЦРУ – но потом разобрались, что это не так. Через пару часов Кэмп‑Виктори обстреляли ракетами и какая жалость‑ дежурный уорент‑офицер, зарегистрировавший сигнал, был убит осколком в голову. Теперь вам понятно, почему я отправил туда самолет FEMA – дав командиру подразделения сопровождения устные указания. Лучше потерять время‑чем потерять, все.