📖 Читать книгу «Системный Кузнец II» онлайн

Я стоял посреди своего нового дома, тело постепенно остывало, а лихорадочный жар сменялся усталостью. Чувствовал себя выжатым как лимон, но под всеми ощущениями проступало и ещё одно — пьянящее чувство силы. Будто за эти несколько минут прорыва перенёсся на год вперёд, прожив его в ежедневных и изнурительных тренировках.

Опустил взгляд на своё тело. Капли пота стекали по коже, и там, где раньше был плоский живот, теперь проступали контуры косых мышц и верхние кубики пресса. Грудные мышцы тоже стали более очерченными, массивными у основания, расходясь от центральной линии. Тело приобретало атлетическую форму.

Медленно поднял руку и сжал кулак, осматривая с разных сторон, показалось, что если придётся им ударить — удар может выйти довольно крепким. Вряд ли могу соревноваться в силе с охотниками, но точно перестал быть беззащитным мальчишкой, которого мог пнуть любой встречный. Интересно, какая закалка тела у того же Финна? Пятая ступень? Шестая?

Вместе с новой силой почувствовал и обретённую уверенность, словно гормональный фон тоже перестроился вместе со организмом, смывая подростковую неуверенность.

Взгляд упал на грязную рубаху, валявшуюся на сундуке. С отвращением подумал, как сейчас придётся снова надевать эту мокрую и холодную тряпку, но делать нечего. Оделся, взял пустое ведро и вышел на улицу, ощущая на разгорячённой коже прохладу моросящего дождя.

Улица была пуста — только несколько бродячих псов, как ни в чём не бывало, гонялись друг за другом по лужам, азартно тявкая и пробегая мимо. Глубоко вздохнул и направился за дом, в небольшой внутренний дворик.

Это личное пространство Гуннара, скрытое от посторонних глаз — небольшой, огороженный кривым плетнём дворик. Здесь нет ни цветов, ни огорода — царство мужчины-одиночки. У стены дома сложена аккуратная поленница с дровами для очага, рядом массивный дубовый чурбан с воткнутым в него колуном — тут старик колол дрова. В углу — коптильня, грубо сколоченный из досок ящик, от которого шёл слабый, но аппетитный запах копчёного мяса. А в центре дворика — колодец, не общественный, а личный, судя по всему неглубокий, обложенный камнем — роскошь, доступная мало кому в этой части деревни.

Сердце зашлось радости, когда понял — теперь у меня есть собственный колодец. Не нужно больше тащиться на холм, стоять в очереди и ловить на себе косые взгляды.

Посмотрел по сторонам — дворик прилегал к соседскому, отделённый лишь невысоким плетнём. Там, на скудных грядках, росли последние овощи: несколько кочанов капусты, торчали из земли фиолетовые спинки репы, да зеленел пучок упрямого лука, не желавшего сдаваться холодам. Сейчас там никого не было.

Вновь скинул мокрую рубаху и штаны, оставшись в одних портках. Поднял ведро, в котором ещё оставалась вода, и, зажмурившись, вылил на себя. Ледяная жидкость обожгла разгорячённую кожу, смывая липкий пот и усталость. Шумно выдохнул, чувствуя, как тело приходит в тонус, затем оделся, набрал в колодце полное ведро свежей воды и отнёс в дом.

Теперь нужно провести ревизию — понять, чем я, собственно, владею. Внимательно осмотрел единственную комнату дома Гуннара, стараясь определить, что можно использовать для жизни, для готовки и для быта.

Это берлога одинокого мужчины, где не было ничего лишнего, но всё было крепким и функциональным. В центре комнаты стоял массивный стол, окружённый тремя грубыми табуретами. В углу возвышался большой, каменный очаг с чугунным крюком, на котором висел почерневший от сажи котелок. Рядом с очагом на стене — связка поленьев для растопки и кочерга, выкованная, очевидно, самим стариком.

На деревянной полке хранился кухонный скарб: несколько глиняных мисок и кружек, две тяжёлые деревянные ложки, большой нож с потемневшим от времени лезвием и доска для резки, вся в глубоких царапинах. В углу комнаты два больших бочонка — один с водой, другой, судя по запаху, с квашеной капустой, и несколько мешков с зерном и сушёным горохом.

Главным сокровищем была кровать — настоящая, а не куча соломы. Грубо сколоченный из досок каркас, на котором лежал толстый тюфяк, покрытый плотным шерстяным одеялом и волчьей шкурой. У изголовья, на стене, висел затупленный боевой топор — то ли память, то ли оружие последней надежды. А у подножия кровати большой сундук, который, как я знал, служил и скамьёй, и гардеробом, и сейфом.

«Место, в котором можно спокойно пережить зиму,» — простая мысль принесла облегчение. Но тут же поймал себя на том, как отвратительно пахнет моя собственная одежда — смесь пота, дождя и и сажи.

Решил не откладывать в долгий ящик, первым делом — привести себя в порядок. Где живёт та самая женщина, что делает одежду — не знал, поэтому направился в единственное место в деревне, где можно узнать что угодно — в таверну. Хозяйка Фрида в прошлый раз, как показалось, отнеслась ко мне более-менее сносно, почти защитив от нападок Финна — может, и сейчас чем-то поможет. Заодно и пущу слушок о том, что кузне требуются помощники.

Подойдя к двери трактира, замер — внутри было совершенно тихо — ни гула голосов, ни смеха, ни споров, ни даже стука кружек. Толкнул скрипучую дверь и вошёл внутрь.

Таверна пуста. За одним из столов, протирая деревянную кружку, сидела в одиночестве Фрида. На мой приход та даже не подняла головы — это крайне странно.

— Здравствуйте, — голос прозвучал в пустом зале неестественно громко.

Женщина медленно обернулась, брови удивлённо приподнялись, а затем она снова нахмурилась.

— А, это ты, — сказала низким и уставшим голосом. — Чего тебе, сын Арвальда?

Прошёл внутрь, оглядываясь — когда здесь никого нет, таверна выглядит и ощущается совершенно иначе — это уже не живое сердце деревни, а просто большое помещение, пахнущее кислым пивом и вчерашним дымом. Странно, неужели всё из-за утренних событий? Людям просто не до посиделок, и даже не до еды.

Подошёл к стойке и встал в полутора метрах от Фриды, оперевшись спиной о дерево.

— Не знал, куда ещё идти.

Фрида отложила ложку и посмотрела на меня безразличным взглядом.

— Обычно сюда так и приходят, когда не знают, куда больше идти, — криво усмехнулась, но в глазах не было веселья. — Ничего нового, щегол. Говори, что хотел.

— Я не об этом, — решил как можно скорее перейти к делу. — Мой мастер уехал в Чёрный Замок. Теперь в кузне… — запнулся, подбирая слово, — придётся хозяйничать мне. — Демонстративно посмотрел на свою одежду. — А раз уж я теперь здешний кузнец, мне бы и одеться посолиднее — эта вся вонючая, грязная и рваная.

Трактирщица медленно окинула меня взглядом с ног до головы, задержавшись на дырах и грязных пятнах, и снова отвернулась, потеряв всякий интерес.

— Ну, с этим тебе не ко мне, парень. Я разливаю пиво, а не шью порты.

— Вот и хотел узнать, как мне найти Гретту? Слышал, она может сшить одежду. Я бы заплатил — деньги есть.