– Его отец с семи лет в горы на охоту брал. Следы читает и стреляет – дай Бог каждому. Помнишь ту колонну, что у ТЭЦ забили? Так вот Воробей, тогда пулемет заткнул. Я тебе докладывал…
– Помню, Харитон. Как тебя зовут, Воробей?
– Андрей Сергеевич Бутырин. Спокойно ответил парень поправляя карабин.
– А семья где?
– Мать с братом здесь…А батю с сестрой…Тут Воробей осекся, голос дрогнул, но он взял себя в руки. Нет их больше, командир. Вот так…
– Хорошо, есть к тебе задание одно. Специальное…Слушай внимательно и запоминай. Ты братьев Юсеф, знаешь?
– Знаю. Обоих…Но кхм…товарищ командир, мы же вроде союзники. С китайцами вместе воюем..?За своими, что ли следить? Растерянно спросил парень.
– Свои…Здесь, Андрюша в Азии, никогда не поймешь, где свои, где чужие….Только по крови. Вот ты – Маугли читал?
– Конечно..
– Помнишь как там написано? "Мы с тобой одной крови". Так и здесь. Ты и Харитонов, я, твой отец – одной крови, русской. Они – другой крови. Уйгуры, китайцы, киргизы …Ты ведь с рождения понимал, что ты русский, а они – нет?
– Конечно понимал..
– Так вот слушай. Глаз с братьев, не спускай. Если из бомбоубежища вылезет хоть один из них‑ следуй за ним. И будь осторожнее. Знай, Андрей – ты это делаешь ради своих. Ради матери, брата..
– А потом чего?
– Потом вернешься, доложишь, что видел. Понял, рядовой Бутырин, Андрей Сергеевич..?
– Так точно, товарищ майор..
Когда Воробей отошел, Левченко спросил Харитона
– Я палку то с речью не перегнул? Парнишка тему просек?
– Норма. Он боец сознательный.
Капитан Первез Букти, одетый как пожилой киргизский крестьянин, сел возле дерева и огляделся по сторонам. Внизу, словно заколдованный лежал темный Бишкек, уставший от разнузданных грабежей и уличного насилия. Казалось‑он спал, но Первез знал, что это не так. Город и окрестности в любое мгновение могли взорваться яростной, похожей на лай стрельбой из автоматического оружия и уханьем взрывов. Кожа под искусным гримом, состарившим его лет на тридцать, сильно чесалась, но капитан, стоически переносил дискомфорт. Это сущие мелочи, после десяти лет службы в Зоне Племен или Кашмире. Первез Букти – служил в директорате специальных операций Межведомственной разведки Пакистана и был переброшен в Среднюю Азию еще за неделю до начала китайского вторжения, в составе оперативной группы полковника Зия Легхари. Полковник имел приказ установить связь с подпольными исламскими комитетами и в случае начала войны организовать в тылу добрых китайских союзников, полномасштабный исламистский мятеж. Как говорили классики дипломатии, любой союзник – временный, а интересы Пакистана, вечны. Пакистанская разведка умела работать,(научили американцы с англичанами, на свою голову)и мятеж в Средней Азии, вспыхнул с небывалой силой, охватив сразу весь Узбекистан, Таджикистан, Кашгарию, СУАР, часть Казахстана и Туркмении …Единственным слабым звеном здесь была Киргизия. Местным полукочевникам – было абсолютно плевать на ислам и радикалы здесь не приживались. Наспех созданные исламские комитеты сопротивления‑ состояли из таких конченных придурков и откровенных бандитов, что ни о какой идеологической обработке и воспитании фанатизма – речи не шло. Исключения составляли – уйгуры. Сплоченный народ, не чуждый великой исламской культуры. Вот с ними, агентуре Межведомственной разведки и надлежало установить контакт.
Когда установили, выяснилось что многие группы уйгуров, партизанили вместе с русскими. Это требовалось устранить, немедленно. Русские – сильный и умный народ. Умеют работать с азиатами. Если им удастся опереться на уйгуров или киргизов в противовес бушующему пламени Газавата[272] – то все усилия Исламабада, пропадут впустую. Удержав Киргизию и вероятно Казахстан, как плацдарм, Москва сможет держать нож у горла не только Китая, но и Пакистана с Афганистаном. Совмещая массированные бомбардировки, операции спецназа и тайную дипломатию, русские смогут сломить повстанцев после ухода НОАК. Или еще хуже – договорятся с китайцами. Тогда точно – Исламабаду, конец. Значит первейшая цель миссии Букти, здесь, под Бишкеком была – устранить русское присутствие и влияние на уйгуров. Любой ценой.
Слава Аллаху, нашелся местный полевой командир, некто Эркин, для которого ислам – важнее дружбы с неверными. Сейчас, терпеливо сидя под деревом, капитан пакистанской разведки ждал связного от скрывающего в горах отряда сопротивления. Надо было передать инструкции, как проще устранить временных союзников из числа неверных.
Торреон. Мексика. 27 августа
– Какие причины взрыва!? Подробнее, лейтенант. Короткий, волосатый палец генерала Марьентоса уткнулся в грудь стоящего перед ним красавца – адъютанта, Серхио Коронадо, приходящийся мексиканскому генералу родственником со стороны жены.
– Неизвестно, сеньор. Лейтенант пожал плечами. Но весь юго‑восток США обесточен и связи нет. Над Шривпортом, огромное грибовидное облако. И радиационный фон, резко повысился…Какие будут приказы команданте?
Генерал, сверкнув глазами, резко махнул рукой, давая понять, что адъютанту пора заткнутся и очистить помещение.
Едва адъютант исчез из поля зрения, генерал схватил бутылку текилы и сделал один большой глоток. Через минуту – отдышавшись, еще один, уже гораздо меньше. Вытер губы и сел за стол, уткнув массивный подбородок в ладонь.
"Карлос Пинаро, долбанный сопливый фанатик! Всегда знал, что нельзя подпускать к таким операциям, не в меру горячих юношей"" Раздраженно подумал генерал
Взрывать боеголовки, он приказа не отдавал. Да его никто и не выполнил бы. Мексиканцы – не арабы, среди них нет смертников‑шахидов. Приказ был простой – захватить боеголовки и удерживать до особого распоряжения, прикрываясь заложниками. Это должно, вызвать дезорганизацию управления военной машины гринго и временный шок у властной элиты. На операцию под романтическим названием "Brisa fresca"[273], генерал Марьентос, отправил две отлично подготовленных группы FES Armada de Mexico[274] под командованием фрегат‑капитана Родриго Писсаро. Особый юмор ситуации заключался в том, что Писсаро и все его люди‑ прошли курс спецподготовки в США под руководством офицеров SEAL и за деньги американских налогоплательщиков. Учились бороться с терроризмом, освобождать заложников, вести разведку и совершать диверсии в глубоком тылу противника. Выучившись, пришли домой к учителям. Проверить знания…
Помимо морских диверсантов, в группу был включены специалист по ядерному оружию. Выпускник MIT[275], двадцатидвухлетний Карлос Пинаро, который, помимо отличных результатов в самом престижном институте США, был фанатичным сторонником создания Ацтлана и приходился братом одному из региональных "команданте" Los Zetas. Такой напортачить, вполне мог. Молодые головы – всегда горячи, особенно когда, типично штатский умник, оказывается в окружение настоящих мужчин из элитного спецназа. Но выбора особого не было, среди мексиканцев, надежных людей, способных отличить ядерную боеголовку от посудомоечной машины‑не много. Зато по кокаину‑каждый второй, может диссертацию писать. Если конечно, писать умеет. Предыдущий специалист по ядерному оружию, включенный было в диверсионную группу Писсаро, старший мастер сержант ВВС США Даниэль Ортиз, оказался натуральным hijo de puta[276] в последний момент стал что‑то крутить, и ему пришлось устроить "несчастный случай". А на его место, взять пацана Пинаро, как единственного более менее смыслящего в ядерной физике. Так или иначе, что‑то менять, было уже поздно.
Генерал откинулся в кресле и посмотрел в облупившийся бетонный потолок. Его убежище, нора, берлога…Память, пользуясь минутным отдыхом услужливо крутила перед глазами, картинки из прошлого.