Два, хорошо знакомых вертолета МИ‑8АМТШ появились минут через десять, сразу переломив исход боя в нашу пользу. Опустошив подвесные блоки НУРС С‑8 за какие то секунды, вертолеты ушли обратно, так же внезапно как и появились.
Большинство ракет угодило в сбитый американский вертолет, превратив его в лохмотья и покрошив американцев осколками, остальные – высадили по указанным Максимовым координатам.
– Перебежками, вперед! Заорал Валера стараясь приблизится настолько, что бы дальняя гряда, на всякий случай была в зоне досягаемости СВДС. Может тот гаденыш со "слонобоем"‑ еще жив. Снайперы‑ они живучие, как гниды. Помнится на Кавказе, они за одним снайпером двое суток по "зеленке"‑гонялись. И авиацию вызвали и "Примой" "зеленку"‑прочесывали. Все в пустую. Пока спецы из Батайской бригады[228] не прибыли. Антиснайперская группа. С дальнобойными "Выхлопами"[229] оснащенными ночными прицелами. Они этого "неуловимого душка" в первую же ночь – списали.
На месте, где сейчас, поднимался густой черный дым от горящего "Си Найта" неожиданно появился американец с белой тряпкой в руках.
– Сдаются, что ли?
– Будем надеяться. У тебя одноразовые наручники есть, Максимов? Осведомился Голышев.
– Угу. С Кавказа всегда с собой ношу. У бойцов‑тоже есть..
– Вот и отлично. Можно преступать к переговорам.
Американец спрыгнул с гранитной глыбы и неторопливо пошел навстречу десантникам. Подошел, козырнул и сказал на довольно хорошем русском.
– Капрал Тим Чехофф. Хочу говорить с командованием…
– Говорите со мной. Гвардии сержант Валерий Максимов.
– Роджер. У нас там семнадцать живых и десять убитых. Американец махнул рукой. Вы готовы соблюдать Женевскую конвенцию?
– Естественно, капрал. Тех же канадцев, после плена – вернули Международному Красному кресту. Русская армия‑соблюдает конвенцию о военнопленных.
Медленно, зажимая раны,(почти все морпехи были ранены) американцы появились из своего естественного укрытия и стали, один за другим выходить на открытое место, складывая оружие у ног десантников. Их постарались перевязать, стягивать руки сзади никому не потребовалось.
– Чего с ними теперь делать?
– Не знаю сержант. И убрать нельзя.
– Почему?
Голышев покачал головой.
– Эх Максимов, Максимов. А ежли нас так зажмут? Последнюю пулю себе? От этого кого легче станет? Матери твоей? Может Родине? Так стране‑ты живой нужен. Запомни‑ здесь не Кавказ. Здесь война‑это спорт. Опасный спорт для мужчин. Здесь зверству не место. Мы же не чурки‑ глотки пленным резать.
– Так чего с ними делать?
– На вертолетах вывезем и все…Если успеем. Думаю, сейчас сюда уже американцы летят.
Голышев ошибся. Американцы неторопливо шли пешим порядком, прощупывая каждый метр и опасаясь высылать авиацию из‑за непонятного пока оружия сбившего вертолеты. Сил у генерала Тулана было не слишком много, что бы не думая бросать их в мясорубку. Данные о противо вертолетных минах "Баллиста",в изобилии встречавшихся в Европе и на Дальнем Востоке до Исландии дошли не сразу. Штаб 2 дивизии, узнал подробности только ближе к вечеру.
– Господи ну и бардак. Эту новинку "иваны" применяют их с первых дней войны – морская пехота об этом ничего не знает. Генерал Тулан, крепко, до белизны сжал свои кулаки.
– Вытягивайте роту "Браво" с плато. Хотя нет…Пусть двигаются дальше. Как авангард основных сил. Направление главного удара надо смещать севернее. Отправьте запрос в HQMC…Нам нужны РСЗО. Если у Корпуса их нет, надо одолжить у армии или национальной гвардии.
– Севернее, совсем нет дорог, сэр. Танки и LAV – не пройдут.
– Плевать на них. Чем нам помогли танки до этого дня? Ничем, сплошная обуза. Пусть остаются здесь, на южном фланге и мозолят русским глаза. Может они купятся.
Отряд Голышева, сняли с позиций через два часа, перебросив обратно в Рейкьявик. Так же вертолетами, уже прибыв на место, он спросил пленного Чехоффа
– Ты русский что‑ли?
– Так. Ответил Тим. Из старообрядцев мы. Дед до сих пор на Аляске живет. А я‑ в Колорадо родился.
– Ладно, давай дуй на пункт сбора военнопленных, старообрядец…