📖 Читать книгу «Лестница Аида. Трилогия» онлайн

– Штрафбаты, полковник, штрафбаты. Ты всё правильно услышал. В состав корпуса, вошло два отдельных штрафных батальона‑ танковый и инженерно‑сапёрный. Танковый‑ войдёт в двадцатую бригаду.

– Что за штрафбаты …господин генерал..?

– Боевые части из уголовников, естественно. Убийцы, насильники, наркодилеры, бандиты всех национальностей. ваххабиты там, прочая мразь. Техники старой, у нас в закромах Родины – завались. Вот кто‑ то в Генштабе и смекнул. Не хрена их на каторге держать. Все ресурсы, даже такие сомнительные, надо использовать на все сто процентов.

– Теперь скажи мне, как тебе обстановка. С точки зрения командира танковой бригады. Мне экивоков и высокопарных слов – не надо, говори как есть.

– Понял, господин генерал. Поляки – храбры, но слабы. Дерутся отчаянно, техническое состояние техники – никуда не годится. За исключением некоторых образцов‑ польское вооружение, мрак кромешный. Будь поляки – одни, мы бы войну через неделю закончили.

– Американцы и европейцы?

– Из европейцев дрались с французами. Ребята пылкие, но не стойкие. Техника на уровне – но офицерский корпус….Громов покачал головой.

– Дерьмо у французов командиры, господин генерал. Инициативы – ноль, все тактические маневры – примитивны до одури. Воюют‑ словно одолжение союзникам по НАТО делают. В атаках не упорствуют, в обороне тоже. Не сравнить с немцами и голландцами. Что до американцев, то можно сказать одно. Чрезвычайно опасный противник. Взаимодействие армии и авиации – на высочайшем уровне. Личный состав обучен блестяще, офицеры – весьма самостоятельны и инициативны. Нас пока спасало то – что их, американцев, слишком мало. Прибудет третий корпус из США‑ можем увязнуть. Пока, нам удаётся нейтрализовать их авиацию, что будет завтра – не знаю.

– Понял тебя, Громов. Бородулин на секунду задумался, покусывая нижнюю губу. Затем налил себе кофе из большого термоса и кивнул головой..

– Будешь? Хороший кофе, натуральный, не бурда какая ни будь. Громов отказался и Бородулин сделав солидный глоток, поставил кружку на столик.

– Вот что я тебе скажу, Громов. Ты многого не знаешь. В курсе, что у американцев – дома грандиозные проблемы? Так что, третий армейский корпус – сюда прибудет в разобранном состоянии. Далее‑ свора в лагере НАТО – набирает обороты. Поведение французов – результат внутренних интриг, как у нас с Лукошко. На верху – приказали, давления не снижать. Атаковать постоянно, удерживать в руках стратегическую инициативу. Ставка‑ готовит нечто грандиозное, что бы смешать все карты противников. Но мы здесь, на западном направлении – силу ударов и темп движения, снижать не должны. Между первой польской механизированной и французской бригадой, которой бездарь Ольви командует‑ немалый зазор образовался. Французы – уже не вояки, так что бей всеми силами по ним. Прорвись в этот зазор, Громов. По коридору, за тобой седьмая гвардейская танковая пойдёт. Две бригады – это сила, полковник, сам знаешь. Весь корпус, будет на вас работать, не забывай о ожидаемом сюрпризе для НАТО от Генштаба. Будет им летом – Санта Клаус.

Уже прощаясь и собираясь уезжать, Бородулин сказал новоиспеченному комбригу.

– Ты знаешь, Громов, в этих местах‑ я службу начинал, лейтенантом, в конце восьмидесятых. И заметь, именно в двадцатой танковой…Когда нас отсюда вышвырнули, как собак, в даурские степи, в палатках жить‑ подумал, что всё – конец. Конец армии, службе, Родине‑ в конце концов. Потом, две чеченские компании за плечами. Короче Громов, надоел мне весь этот бардак – из армии я уволился в 2003 году. Где только не работал – и крупье, и таксистом, и охранником в автосалоне. Потом революция, то сё, вдруг гляжу – в интернете объявление. Министерство обороны, офицеров бывших на переаттестацию приглашает. Подумал – может ещё Родине послужу? Дальше – ты сам всё знаешь. За семь лет я из подполковников – в генерал‑лейтенанты прыгнул. К чему я это рассказываю, Громов. Да к тому, что рано они нас хоронить поспешили. Все эти немцы, французы, американцы‑ после 91 года, расслабились не по детски. Думали, сдохли мы уже, или вот‑ вот, помрём. А вот им…Бородулин сделал характерный жест, хлопнув себя по локтевому сгибу.

– Запомни, полковник. Они нас боятся. По хрену, что вооружены они хорошо и что их больше. Они дерутся – оборачиваясь. На конгресс, парламент, избирателей. А мы‑ смотрим только вперёд. Так – что дерзай, Громов – удачи тебе на новой должности.

Танковая бригада, впитывая в себя, словно губка – новых людей и боевую технику, прибывшую маршем через Волынь готовилась совершить очередной, какой уже по счёту – рывок на Запад. В голове у Громова постоянно прокручивался, словно на магнитофоне, последний разговор с Бородулиным. Генерал – без всякого сомнения, был прав в одном. Разучились натовцы масштабно воевать. Вот в 1991 году, перед началом знаменитой "Бури в пустыне"‑ американский командующий, генерал Норман Шварцкопф, во всеуслышание объявил, про заготовку медицинской службой армии США‑ 10000 стандартных пластиковых мешков для погибших солдат. То есть, планируя разгром Саддама в Кувейте – американцы планировали только безвозвратные потери, приблизительно в десять тысяч человек. О чём – честно заявили обществу, и общество их поддержало. Десять – так десять….На то и война.

А сейчас‑ просочись такая информация, про массовые заготовки пластиковых мешков – так журналисты, либералы и "общественные организации",сожрали заживо, не только командующего операцией, заодно с ним сожрали и министра обороны и начальника ОКНШ. Ох‑ах. какие потери?! Такого не бывает. Всё должно быть – чинно, благородно. Как в Югославии‑ немножко по – бомбили издалека, здравствуй – победа. В современном западном обществе‑ очень низкий "болевой порог". Когда, американцы оставшись единственной сверхдержавой на планете – по щелчку пальцев, легко крушили – иракские и югославские армии, они забыли, что за их действиями внимательно смотрят, изучают слабые и сильные стороны их военной машины. Перенимают их опыт, накапливают, обобщают, делают выводы.

Теперь, по сути НАТО – сражалось со своим отражением в зеркале. Та же ставка на высокие военные технологии, на профессионализм и опыт солдат. Разница в том – русские и украинские войска, никто не дёргал бесконечными – "расследованиями сената", "парламентскими комиссиями", "общественным контролем". Над Вооружёнными Силами Руси – контроль был, причём жесточайший – но только в мирное время. С первыми выстрелами – русская армия отделялась от политики и СМИ, настоящим железным занавесом. Дело армии‑ воевать а победителей – не судят.

Верховное командование альянса – без сомнения, знало о слабости своих позиций южнее Варшавы. Но помочь – ничем не могло. Не было под рукой резервов. Из‑за начала войны – все прекрасные, европейские автобаны, превратились в сплошные пробки из‑за миллионов бегущих на Запад, мирных граждан. Транспортный коллапс, разразившийся на дорогах‑ здорово мешал переброске свежих сил на ТВД. Вот и сейчас, девятая танковая бригада бундесвера, генерала Конрада Роннебурга, катастрофически опаздывала подпереть с тыла, разваливающийся южный фланг альянса.

Выставив против поляков, угрожавших с тыла, усиленный гренадёрский батальон с ротой саперов, Громов сосредоточенным ударом трёх танковых батальонов, сбил лягушатников с занимаемых позиций. Непонятно как, но французы, такой нокаутирующий удар – прозевали. Не подумал, бедняга Ольви, что русские, полностью проигнорировав поляков – основной массой, навалятся на них. Встречные танковые бои, вообще, никогда не были сильной стороной западных союзников. Бредовый постулат, "Танки с танками не воюют",который натовцы исповедовали‑ родился в головах гитлеровских танковых стратегов исключительно из‑за нехватки бронетехники в рядах вермахта. Поэтому Гудериану и Роммелю‑ приходилось постоянно выкручиваться, использовать для отражения танковых атак то гаубицы, то знаменитые зенитки 8x8, что бы хоть как то некомплект бронетехники – компенсировать. Хотя израильский ЦАХАЛ, к примеру, древний постулат гитлеровцев‑ разрушал неоднократно, мантра о невозможности, встречных танковых боёв‑ прочно сидела в головах генералов альянса. По планам НАТО – русские, должны были лезть на позиции НАТО, словно толпа тараканов в мороз, на теплоцентраль. А доблестные бойцы альянса – их отстреливать на расстоянии, с места, как в тире. Русские же, забыв о всесокрушающих "красных лавинах",предпочитали атаковать небольшими тактическими группами, с разных направлений, при поддержке постоянно вьющихся в небе БПЛА, наводящий на позиции альянса, убийственно – точные удары реактивной и ствольной артиллерии. В итоге союзникам приходилось, забыв о "гибкой обороне", сбивать натиск русских‑ встречным ударом. Чего русские‑ всегда добивались. Имея более мощную бронезащиту, лучшую манёвренность и дальнобойные управляемые комплексы "Рефлекс"‑ Т‑80УМ "Барс",были рассчитаны именно на такой вид боевых действий[99].

К ночи – вторая французская бронетанковая бригада из сплоченного боевого подразделения, превратилась в толпу облачённых в камуфляж беженцев, спасающихся в западном направлении. Следом за "Барсами" Громова, в образовавшийся прорыв – хлынули батальоны седьмой гвардейской танковой бригады, закрепляя тактический успех. В штаб – квартире союзников, этот прорыв был отмечен во всех сводках – как ситуация чрезвычайная, требующая немедленной локализации. Для предотвращения катастрофы, генерал Беркли – немедленно бросил в бой козырь альянса. Всю наличную авиацию. Завыли ревуны на многочисленных авиабазах НАТО и взмыленные пилоты альянса – бросились к своим крылатым машинам.

Операторы огромного "Боинга" АВАКС Е‑3 "Сентри", ВВС Великобритании, кружащего в окружении эскорта истребителей F‑35, над Вроцлавом, обнаружили многочисленные скоростные воздушные цели идущие с востока – ровно в 20.34 по среднеевропейскому времени. Цели появлялись на экранах радаров, словно мотыльки у горящего в ночи‑ фонаря. С каждой секундой – целей становилось всё больше и больше.

– Сэр, многочисленные цели. Это русские, сэр. Нервно докладывал командир АВКАС – в оперативный центр ВВС союзников. Фиксируем сотни целей. Массированная атака. Повторяю‑ внимание! Массированная атака.

Чертя вечернее небо сотнями инверсионных следов, на авиабазы и штабы альянса, мчались сотни крылатых и оперативно – тактических ракет. Операция "Сирена‑1", по подавлению ВВС союзников и нарушению управления с помощью ракетно‑бомбовых ударов и точечных атак спецназа – началась. Нужно было дождаться момента, когда генерал Беркли, соберёт на военных аэродромах всю наличную авиацию, для заправки и перевооружением перед воздушным контрударом по прорвавшимся русским танкам.

Первые Х‑555, перехваченные летчиками люфтваффе над Познанью – оказались лишь, пустышками, выпущенными для отвлечения внимания. Затем основная волна "Кентов" и "Стоунов"[100] – прорвав невидимый глазу барьер ПВО, обрушилась на авиабазы НАТО.

Гданьск. Польша. 4 августа

Смрад от разлагающейся человеческой плоти, Розетти почувствовал ещё до того, как их новенький, "Гранд Чероки"‑ уткнулся полированным носом в бело‑ синюю ленту, окаймлявшую место преступления. За лентой, лихорадочно суетились люди в белых костюмах биологической защиты и респираторах, валялась куча чёрных пластиковых мешков – "труповозов" и несколько носилок. Помимо криминалистов или коронеров – за лентой находилось несколько весьма сурового вида поляков в штатском, полицейской и военной форме. Двое в камуфляже, застывшие напротив лобового стекла джипа‑ синхронно вскинули " Мини – Берилы"[101]. Нервный здесь народ. Чуть что – сразу за стволы. Хотя понять их, конечно, можно. Русские меньше – чем в тридцати милях от центра Гданьска. Тут ещё ковбои, на своём роскошном внедорожнике с дипломатическими номерами посольства США и спецпропуском, подписанным польским министром внутренних дел, мистером Яблоновски.

Сидящий за рулём, Брайан Бест, максимально осторожно, косясь на наставленный стволы – извлёк из глубин своих карманов пропуск, показав его автоматчикам. Те, даже не шелохнулись, но от основной группы стоящих, отделился плотный тип в штатском костюме и быстро подошёл к американцам. Ловко выхватив из рук Беста пропуск, он умело ушёл с линии огня и стал внимательно его изучать. Сидящим в машине "охотникам за головами"‑оставалось только молить Бога за то, что бы ни у кого из польских жандармов – не дрогнул палец на спусковом крючке.

Наконец штатский, закончил изучать документ и крякнув‑ махнул рукой. Жандармы опустили "берилы",тут же потеряв к американцам всякий интерес.

– Что вам здесь надо? Недовольно спросил плотный.

– Мы сотрудники Интерпола. Находимся здесь‑ в поисках преступников представляющих особую опасность для национальной безопасности США… Легенда с Интерполом, была пожалуй – самой правдоподобной. Международная полицейская организация – всегда отличалась тем, что любила совать свой длинный нос во все щели.