Артёму – Лиза то же запала в душу. Крепко запала. А пластуны – не те люди, что бы откладывать дела на потом – если можно их сделать сейчас.
– Ты во сколько заканчиваешь, Лиза? Я – тебя встречу. Утвердительно сказал Артём, заранее понимая, что девушка начнёт артачится.
– Нет, что вы, господин майор …Громко сказала девушка и отрицательно покачала головой. А в васильковых глазах, прыгали дикие, озорные чёртики…Мол майор – рискни.
Пшеничный – рискнул. Навел кое какие справки о месте, где она работает с кем живёт и через неделю подкатил на своём праворуком дизельном рыдване ISUZU BIGHORN.Этот внедорожник он купил здесь, на Дальнем Востоке – взял старичка, эксплуатировал его нещадно, в надежде его добить раньше, чем его отзовут обратно, на Северный Кавказ.
Открыл дверь, в руках букет роз, купленных в Хабаровске, подвалил к Лизе, взял за локоток и сказал
– Прыгай в машину. Вещи собирать не надо, я тебе новые куплю.
– Ааааа…работа??? Отвесив челюсть, спросила Лиза???Жить на что буду???
– Не боись. Всё схвачено. Будешь у нас работать. На территории части – вольнонаёмной. Я уже всё обкашлял…
Так в его холостяцком жилом блоке, появилась королева. Жизнь потекла в другом ритме – но Артём чувствовал, что опрокинутый через хрен, Варин – это дело так не оставит.
Встретили его сегодня, спустя четыре месяца после того, как Лиза стала жить у него. На выезде из Князь‑ Волконского, джипу Пшеничного перегородили дорогу, два "сотых" "Круизёра". На дорогу вышло шесть человек. Депутат Угольников и пятеро подручных. Варина‑ естественно не было. За него вписался колхозный олигарх….
– Майор, ты не хорошо поступил. Так дела не делают. Ладно Варин‑ тварь бессловесная, но Лиза и у меня работала. Ты её просто забрал – мне Варин, за неё денег должен…Две штуки баксов..
– Ты не офуел часом‑ бродяга? спросил Пшеничный вылезая из машины. – Куда лезешь, болезный? Не твое собачье дело, кто с кем живёт..
– Это тебе так кажется, майор. Злобно оскалился Угольников. Интересно, что скажет прокуратура, узнав о похищении человека – военнослужащим? Вот…Угольников помахал какой‑то бумажкой.
– Заявление, о похищении. Она хоть и ссыльная – а права у ней есть…Прикинь майор, что тебе твоё начальство скажет. Ведь проверка прискочит‑ всю бригаду раком поставят…И никто не обратит внимание – что это заявление, полная лажа…Пока разбираться будут. Да и зачем она тебе‑ чего карьеру ломать?
Здесь Угольников, как в воду глядел. Едва Лизавета, стала с ним жить‑ так майора вызвали в отдел контрразведки бригады. Бригадный особист – майор Игорь Панкратьев, хоть и был свой в доску парень, тоже из "кавказцев",не раз ходивших с терскими пластунами "за речку",но службу свою знал туго.
– Ты Артём, на фиг сюда, в бригаду, ссыльную приволок? Гостиниц мало?
Пшеничный набычился и веско ответил
– Тебе что? Есть что‑то конкретное, предъявляй. А так, чего лясы точить?
– Артём, если контрразведка – тебе что то предъявит. в другом месте говорить будем…
– Ну раз нечего…Тогда я пойду…Ага…И вышел из кабинета особиста.
Пшеничный сплюнул на обочину и сделал шаг, в сторону перекрывших дорогу крепышей.
– Не дури, майор. Она того не стоит…Миролюбиво попросил Угольников. Мужик он здоровый и не из трусливых. Стоит на ногах крепко, с одного удара не сшибёшь.
Ещё один шаг, ещё полшага, вот уже вся кодла, на расстоянии вытянутой руки. Где ни будь на Юге Руси или в Центре, никто не посмел бы "забить стрелку" армейскому офицеру и угрожать. Но здесь – восточная окраина Руси, закон‑тайга, прокурор‑ медведь и люди соответствующие.
Хрясь! Угольников прервал свою речь, запрокинул голову и стал валится на руки своих шестёрок
Что то взорвалось в боку, здорово пнули…Больно как, сука!!!
Руку в карман, блеснула остро отточенная сталь, "последний рубеж обороны"‑ немецкий складной нож, отличный "золингеновский". Секущий удар по ляжке ближайшему бычку в спортивном костюме – попрыгай на одной ножке, урод.
Тут Артём пропустил прямой удар в переносицу‑ аж искры из глаз. Отмахнулся ножом, вслепую, зацепил что‑то мягкое. Противник взвизгнул.
Клубок человеческих тел, катающийся по просёлочной дороге – удалось расцепить только прибывшему милицейскому патрулю. Местные, унося на руках Угольникова – попрыгали в "Крузаки" и дали газу, Пшеничный сильно помятый в драке, был препровожден в околоток.
– Повезло тебе, майор. Снова начал свой монолог сержант.
– Темно было, а то точно бы на смерть затоптали …Это ты лихо от фар в сторону отпрыгнул.