Графиня вспыхнула, глаза засияли как звёзды. Прежде всего, она обернулась в поисках Лилианы. Та уже подбадривающее махала ей рукой. Дэрек украсил голову Ванессы короной-венком из живых цветов и предложил самой выбрать короля. Девушка зарделась ещё больше. «Сейчас или никогда!», — одними губами произнесла Лил.
— Его величеством я назначаю, — голос не слушался своей хозяйки и то и дело подрагивал, — Айрона Ревьера.
Лилиана не удержалась и захлопала в ладоши.
— Корону королю! — воскликнула она.
Ревьер довольно улыбнулся. Изабелла же в раздражении так сжала веер, что тот хрустнул. Бросив сломанный аксессуар на столик, маркиза решительным шагом направилась к своему кузену — барону Лескою. Зазвучала музыка, король и королева вышли в центр зала, остальные пары стали выстраиваться по кругу. Дэрек, заметив приближающуюся к нему сердитую Изабеллу, попятился к дверям.
— Позвольте пригласить вас на танец, Мариана, — рядом с Лил стоял Нейтон. — Украсть вас из-под носа мужа. Нельзя же столь безраздельно владеть таким сокровищем.
Девушка оглянулась: к ним действительно приближался Виктор.
— Но…, - попыталась возразить она. Может, мужу срочно что-то от неё надо?
— Один танец потерпит, — фыркнул Нейтон, увлекая Лилиану за собой.
Они закружились по залу. Маркиз прекрасно танцевал, двигаясь легко и уверенно. Любая, даже самая неумелая партнёрша в его руках могла чувствовать себя спокойно. Пожалуй, это единственное, что нравилось Лил в Нейтоне. Обычно, девушка старалась думать о людях хорошо, искать в человеке, прежде всего, достоинства и не замечать недостатки. Но дядя Виктора не понравился ей с первого взгляда, причём его взгляда. Слишком уж он оценивающе смотрел на людей и, особенно, на женщин, словно покупал товар в лавке. Этот свеж и хорош, за него не жалко и переплатить, а тот так неказист с виду, что не стоит даже взгляда. Причём, судил Нейтон окружающих исключительно по внешности и тому, положению, которое человек занимал в обществе.
— Завидую белой завистью своему племяннику, — вполголоса произнёс маркиз, в очередной танцевальной фигуре оказавшись к Лилиане ближе, чем следует. — Даже с нежно любимой Аделиной он не выказывал столько страсти, сколько с тобой. С Адой они скорее были друзьями, близкими хорошими друзьями. Конечно, они были счастливы, но…
Лил не нравился этот разговор, не нравилось, что Нейтон успевает во время танца вроде бы невзначай скользить по её телу руками. Вместо того чтобы просто обнять за талию, его ладонь спускалась ниже. А когда они расходились и сходились, маркиз нарочно делал так, чтобы девушка оказывалась очень близко, практически прижимаясь к нему. В какой-то момент она поймала взгляд Виктора. Муж цепко следил за тем, что происходило.
— Это удивительно ещё и потому, что несколько раз Ральф жаловался на вашу холодность, — продолжал Нейтон. — Впрочем, Виктору повезло, что ему не приходится оспаривать ваши чувства с покойником.
— Что вы имеет в виду? — нахмурилась Лил.
— Дорогая племянница, позвольте мне называть вас именно так, по-родственному, — склонившись, промурлыкал на ушко девушке маркиз. — Нежно любившая покойного мужа вдова не может с подобной страстью отдаваться другому мужчине так скоро. Если бы я не знал, что Ральф целый год продержал вас на побережье, я бы подумал, что ещё при его жизни вы с Виком были любовниками.
Девушка возмущённо дёрнулась.
— Молчу, молчу! — тут же воскликнул Нейтон.
— Тогда помолчите до конца танца, — резко попросила Лилиана.
Маркиз лишь усмехнулся в ответ.
Когда девушка освободилась от Нейтона, она поспешила к Ванессе.
— Ну, как ты себя чувствуешь?
Ванесса, обмахиваясь веером, прятала за ним широкую счастливую улыбку.
— Его светлость были ко мне так внимательны, наговорили мне столько комплементов, — найдя глазами Ревьера, прошептала графиня.
— Почему бы тебе не называть его Айрон? — лукаво предложила Лил. — Хотя бы между нами.
— Айрон…, - словно смакуя имя на языке, медленно произнесла Ванесса.
— Деточка, я устала! — капризно заявила, подошедшая к девушкам тётушка Ванессы. — Проводи меня наверх. Хочу лечь спать.
— Ваша сиятельство, ну что вы! Нельзя беспокоить королеву по таким пустякам, — подхватывая пожилую женщину под руку, шутливо защебетала Лилиана. — Как на счёт того, чтобы я проводила вас в спальню?
— Я не против. Но это не пустяки, и Ванесса прежде всего моя племянница, — проворчала графиня.
— Сегодня она только королева, — улыбнулась Лил. — Посмотрите, как она счастлива.
— Этот лихорадочный блеск в глазах и румянец меня пугают, — призналась леди Милтори. — Я никогда не видела Ванессу такой.