— Дорогой…
— Нет, ты послушай! Я никогда не хотел быть королём, но, став им, делал всё от меня зависящее, чтобы страна процветала. Я заслужил отдых. Почему какому-то Виктору Стейну можно быть свободным, а мне нет?
— Потому что ты король, — просто ответила Мирелла.
— Вот именно. Женим Рэймана на нейтландской принцессе и сразу же коронуем.
— Ты хорошо подумал? — засомневалась Мирелла.
— Да. Любимая, ты только представь! Мы сможем уехать отсюда, начать путешествовать! Я даже смогу возглавить экспедицию в Лицию.
— Как ты меня назвал? — неожиданно переспросила королева.
Мужчина ответил не сразу. Он обнял женщину и привлёк к себе. Прежде чем, накрыть губы жены поцелуем, Ален Второй повторил:
— Любимая.
Этого было достаточно, чтобы Мирелла согласилась на любые мужнины авантюры. Однако король так и не успокоился. Он ещё долго лежал и рассуждал сам с собой, то ли для того, чтобы прогнать последние сомнения, то ли просто мечтая о прекрасном будущем. Сквозь дрёму до королевы доносились обрывки фраз:
— Жить будем на побережье… Любоваться закатами и рассветами… Вместе отправимся в путешествие…Этот Виктор Стейн, словно, открыл мне глаза, что жить можно и по-другому… С такими друзьями нашему сыну нечего опасаться…
В это же самое время далеко от королевского дворца в поместье Стейнов не спали ещё двое.
— Наш сын натворил дел, — с горечью в голосе рассказывал жене лорд Оскар. — Он выставил себя дураком в глазах общества.
— Ну, почему ты так говоришь? — успокаивающе произнесла Элен, гладя мужа по плечу.
— Он признался, что несколько месяцев две девчонки водили его за нос! Более того, Вик не стал отрицать, что, узнав правду, он, вместо того, чтобы вывести заговорщиц на чистую воду, присоединился к их обману и уже вместе с ними вводил в заблуждение всё общество, включая принца и королевскую чету! В результате наш сын попал в немилость!
— И-и-и? — многозначительно поинтересовалась Элен.
— Что и? Разве этого недостаточно?!
— Его лишили титула? Отправили в ссылку? Отняли принадлежащее ему имущество?
— Нет. О чём ты говоришь? — возмутился Оскар.
— Твой сын поступил так, как много лет назад должен был поступить ты, — задумчиво произнесла женщина, глядя прямо перед собой. — Он сделал выбор в пользу любимой.
— Да что с тобой, Элен? Я тебе одно, ты мне другое. Ты хоть понимаешь, что с этого момента Вик и его жена больше не вхожи в высшее светское общество!
— О каком светском обществе ты говоришь?! — неожиданно взбеленилась маркиза. — Может, о твоём отце, который не разрешил тебе жениться на любимой женщине? Или о брате? Или об Изабелле Лакруа? Кто ещё? Виолетта? София Геридж?
— А Изабелла-то тебе чем не угодила? — опешил маркиз.
Жена лишь махнула на него рукой.
— Всё-то общество, которое необходимо твоему сыну и невестке, сегодня здесь. Это их друзья и мы с тобой. Вик счастлив и не смей его в этом разубеждать.
— Хорошо, дорогая, успокойся, — сдался Оскар, обнимая жену за плечи.
Они немного помолчали, думая каждый о своём.
— Кажется, Лилиана беременна, — поделилась с мужем мучившими её весь вечер догадками Элен.
— Почему ты так решила?
— Вик с неё глаз за ужином не спускал.