📖 Читать книгу «Развод. Спасибо, что ушел» онлайн

И вот теперь весна в полном моем распоряжении. Только мне ничего этого не надо.

Морщась, я потыкала остатком сигареты в грязную металлическую крышку и бросила окурок в банку. Его смятое тельце упало поверх таких же отслуживших свое собратьев. Не отрываясь, я смотрела на неопрятную вонючую кучку, и она казалась мне кладбищем неудачников, с которыми жизнь обошлась не особо церемонясь.

Перекрикивая воробьев, заиграл телефон. Я усмехнулась: даже если на земле случится апокалипсис, банки будут до последнего названивать своим должникам. Достанут из могилы и заберут свое.

Сначала я на эти звонки отвечала. Пыталась договориться, пересылала скрины, грозила проблемами администрации банка – ведь они не сумели защитить меня от мошенника. Потом умоляла. Плакала и просила войти в положение. В конце концов, перестала брать трубку.

Испугавшись, что останусь на улице, я оформила права собственности на мамину квартиру, и попыталась провести реструктуризацию долга. Но как выяснилось, только выкинула последние деньги на консультацию с юристом.

В Москву носа не показывала, но меня быстро отыскали здесь. Не проходило и дня, чтобы не появлялись на площадке мужчины с неприятными глазами. Они звонили в дверь, не шумели и не пытались ее взломать, но каждый раз я цепенела и мышью сжималась на диване.

Телефон, отшумев положенное, смолк. Следом прилетело сообщение. Я уже знала его наизусть. Предупреждение о том, что если я не начну оплачивать долг, то квартиру выставят на торги. Плевать. Что-то да мне останется. По закону не могут же меня вышвырнуть на улицу? Если что, останусь в этом клоповнике. До поры, до времени.

Я равнодушно обвела глазами знакомую с самого детства квартиру. Никаких добрых чувств во мне она не вызывала. Старомодная, с ужасной мебелью и маленькой кухней, где на подоконнике пустая клетка для морской свинки и засохшая в горшке герань. Но сейчас это единственное мое жилье, которое не требует безумных сумм на содержание.

Иногда я принималась мечтать, что устроюсь на хорошую работу и постепенно, шаг за шагом, выберусь из болота, куда меня засосало после знакомства с Костей. Не нужно было с ним связываться. Он неудачник. А неудачники всегда утянут за собой на дно.

Косте повезло. Уголовное дело не возобновили. Через пару дней после того, как Стриж опубликовал материалы, во дворе меня выцепил какой-то отвратительный типок с опасными глазами. Придерживая за локоть, вышагивал рядом, будто прогуливался за компанию, и непринужденно, даже как-то весело, вещал о том, что доказательств у меня ноль, а если я задумаю обратиться в полицию, то он обеспечит дело. Только для меня. За клевету и распространения порочащих слухов.

И было в его голосе что-то такое, что звучало убедительно. Проверять, что может устроить этот человечек в клетчатом дурацком пальто, не хотелось. И даже когда я выдернула локоть из его цепких пальцев и холодно обронила, что сама буду решать, мне стало понятно – за меня уже всё решили. Липкий, как остывший жир страх окутал нутро. Интуиция подсказала, что связываться с этим хохотунчиком не надо. Слишком свежи были воспоминания о Дэне и его дружках.

Да и сил, если честно, не было. Впала в какой-то ступор. Залезла в свою ракушку и спряталась от всех. Ждала, когда зарядится батарейка, и я снова начну карабкаться на вершину.

Отдых, конечно, условный. Никто меня кормить не будет. Я же не сестра, которая продает дурам-мамашкам надежду. Фикцию. Воздух. Наплетет им, как их овощ заговорит, и со сцены начнет выступать, а они и рады. Уши развесят и несут, несут денежки в клювике. По-хорошему, Машку бы за инфоцыганство привлечь, но не получится. К сожалению, логопед признан обществом и законом, это вам не курсы личностного роста и питание праной.

А мне пока ни в один офис не выйти. Не смогу я пахать, поэтому надумала отсидеться в гостинице администратором. Отельчик небольшой, но в центре, хозяину я понравилась. Буду на ресепшене вносить данные туристов в компьютер, да ключи выдавать. Впереди лето – мертвый сезон на рынке вакансий – а к осени, я уверена, я как птица Феникс восстану из пепла. И тогда посмотрим, кто еще выйдет в дамки.

Эта мысль согрела, как согревала меня все предыдущие дни. Отступить, не значит сдаться. Просто нужно набраться сил.

Я потянулась к ноутбуку, собираясь проверить почту. Сегодня должны прийти анализы для медицинской книжки. Пыталась отбиться, но хозяин ни в какую не уступил. Все сотрудники у него, видите ли, с медкнижкой. Даже портье – замусоленный мужичок с сальными глазками.

Стрелочка замерла у иконки почты, но палец сам собой скользнул по привычной траектории и кликнул по одной из соцсетей. Это мой утренний ритуал. Каждый день я обещаю себе, что не стану туда заглядывать, но как запойный пьяница не сдерживаю слово.

На Машиной страничке висело новое видео. Не такое как всегда. Слишком официальное. Машка в брючном костюме цвета морской волны, рыжие волосы горят на солнце, лыбится так, будто выиграла в лотерею. Рядом вертится репортерша, тычет микрофоном в лицо. Я прибавила громкость.

В комнате зазвучали фразы: новый шанс для особенных семей, центр «Добрые руки», инклюзия, поддержка, помощь… А, понятно, - усмехнулась я, - очередное показушное выступление в роли матери Терезы. Как обычно, ничего нового.

Я уже собиралась закрыть это кривляние на публику, как камера, следуя за микрофоном, поехала влево.

Не может этого быть! – наклонилась я ближе к экрану. Это характерный поворот головы и стальной взгляд невозможно было перепутать ни с чьим другим.

Эльвира! Собственной персоной. Легкие сжались от недостатка воздуха. Вытаращив глаза, я смотрела, как эта стерва отвечает на вопросы и покровительственно поглядывает на Машу, словно одобряет всё, что она только что наговорила.

Два моих кошмара – ненавистная сеструха и мерзавка-начальница - слились в одну картину, и эта картина просто вопила о благополучии и успехе.

С теплотой земноводного Эльвира сухо дополнила речь Маши словами о важности партнерства с профессионалами, такими как Мария Юрьевна. Округлив от возмущения глаза, я смотрела на разыгрывающийся передо мной спектакль.

Это невозможно!

Тошнотворное ощущение несправедливости подтупило со всех сторон.

Так не должно быть! Потому что… Не должно!

– Скажите, но почему вы решили отказаться от идеи центра, предназначенного лишь для состоятельных родителей? – донесся голосок репортерши.

Обхватив голову руками, я взглянула в экран, с которого крупным планом смотрела Эльвира.

– Потому что у моей дочери аутизм. И я знаю, что это такое, когда ты не можешь помочь своему ребенку. Поэтому на часть программ у нас будут выделены гранты. Родители не должны оставаться один на один со своими проблемами. Особенно одинокие мамы. Они и их дети обязательно попадут в «Добрые руки».