📖 Читать книгу «Друг отца. Его запретная девочка» онлайн

Я вскидываюсь, едва не ударя ладонью по стойке:

— Нет! Два разных номера! Лучше вообще на разных этажах. А если можно — так в разных корпусах!

Марк поворачивает ко мне голову. Его взгляд обрушивается, как удар. Тёмный, тяжёлый, властный. Словно раскалённый металл прожигает до костей. Он всё слышит. Каждое слово. Но слушать? Даже не собирается.

— Люкс, — повторяет спокойно, словно ставит точку. — Один номер. У нас же медовый месяц.

Я задыхаюсь, чувствую, как к щекам приливает жар:

— Это неправда!

Девушка хлопает ресницами, не понимает, что происходит, смотрит то на него, то на меня, но всё равно оформляет номер. Я просто киплю от злости и обиды, а он смотрит на меня так, будто я его собственность. Взгляд и поведение у него такие, что хоть кричи, хоть ругайся — ничего не изменится.

Волков берет ключ-карту и, не обращая внимания на то, что я готова его убить, тащит меня на руках через холл.

А холл — как сцена театра: мужчины в безупречных костюмах обсуждают дела, женщины в платьях медленно проходят мимо, оставляя за собой облако дорогих ароматов. Всё сияет богатством и холодной роскошью, и только мы с ним словно сбежавшие из дурдома.

Я ору, шиплю, царапаюсь, как сумасшедшая, требую, чтобы он поставил меня на место. Но Марку вообще пофиг. Он идёт себе как ни в чём не бывало, гордо, будто так и надо. Как будто тащить на руках женщину, которая бьётся в истерике и орёт, это нормально. И ему абсолютно плевать на все эти осуждающие взгляды.

Вижу краем глаза, что кто-то шепчется, кто-то смотрит на нас в шоке, а кто-то просто пялится с любопытством. Мы реально выглядим как чокнутая парочка, и я чувствую, как он еле сдерживает смех.

Марку весело! Ему нравится, что мы для них как шоу. А я? Внутри у меня все кипит от злости и стыда...

Он идет к лифту, будто все вокруг - просто декорации. Его руки на мне - вот что реально. Держит крепко, но не грубо, как будто я только его.

От этого сердце стучит быстрее, чем я успеваю возразить. Не успеваю даже рассмотреть ни фонтан в центре холла, ни тончайшие мраморные резные детали стен. Всё моё внимание приковано к его телу, к его запаху, к этому ощущению тотального контроля.

Двери лифта закрываются, и мы остаёмся в тесной кабине. Тишина становится вязкой, словно перед грозой. Воздух кажется наэлектризованным, наполненным озоном. Дыхание Марка чувствуется на моей коже, и внизу живота всё сжимается в тугой узел.

— Поставь меня, — выдыхаю я, голос слегка дрожит от напряжения. — Немедленно, — добавляю я чуть тише, не отрывая от него взгляда.

— Ты так настойчиво об этом просишь, что мне хочется сделать наоборот, — отвечает Марк хрипло, его взгляд становится тяжёлым. Уголки его губ поднимаются в хищной полуулыбке.

Вопреки своим словам, он ставит меня на пол, но не отпускает.

Резко прижимает меня к зеркальной стене, нависая всем телом. Его ладони по обе стороны моего лица, словно я в клетке. Это ощущение невыносимо опасно, но до боли сладко. Кажется, он видит всё: мои мысли, слабости, желания, которые я пытаюсь подавить.

— Скажи, что не думаешь обо мне каждую ночь, — его голос низкий, вибрирующий, словно ток проходит по коже. Он наклоняется так близко, что я чувствую тепло его губ на своей коже, и наши взгляды переплетаются. В его глазах читается желание. — Потому что я, чёрт возьми, только о тебе и думаю, Лиза...

Мир качается. Я открываю рот, готовая выкрикнуть: «Да пошёл ты!», но из горла вырывается лишь резкий вдох, полный отчаяния и предательства собственного тела. Он слишком близко. Слишком реально. Его запах — терпкий, мужской, до боли знакомый. Его грудь рядом, его руки держат, его колено скользит вперёд между моих ног…

Я вздрагиваю всем телом, едва сдерживая стон, который готов сорваться с губ. Внутри всё сжимается в болезненный узел, в котором странное, пугающее удовольствие.

— Видишь? — шепчет Марк, касаясь невесомо своими губами мои, и от его голоса и этих прикосновений кружится голова. — Твоё тело не врёт.

Я судорожно сжимаю губы, в отчаянной попытке заглушить то, что готово вырваться. Потому что он прав. Потому что я не могу отрицать предательское желание, которое прорывается сквозь злость и страх.

Ловлю каждый его вдох, каждое движение его губ у моих. И это уже пытка, сладкая и мучительная.

Лифт звенит. Двери раскрываются с сухим звоном, словно мир зовёт меня обратно к реальности. Но я не могу вдохнуть полной грудью. Воздуха просто не хватает.

Прежде чем я успеваю выдохнуть хоть слово, Марк резко целует меня. Настоящим поцелуем — быстрым, властным, таким, от которого меня пронзает ток. Я задыхаюсь, сердце бьётся в горле, а он уже отстраняется, будто ничего не случилось.

И в ту же секунду его руки вновь подхватывают меня, будто я лёгкая кукла, и несёт к номеру.

Тяжёлая дверь захлопывается за нашими спинами, отрезая нас от всего мира. Наступает тишина — густая, липкая, наполненная только нашим дыханием. Он ставит меня на ноги, но ладонь остается на моей талии.

— Я сейчас закажу еду, — голос у Марка слишком спокойный, от этого у меня пробегает холодок по коже. — Но мы не выйдем отсюда, пока не поговорим.