📖 Читать книгу «Лестница Аида. Трилогия» онлайн

– Во‑первых, наш одиннадцатый гвардейский корпус вырывается из‑под обстрела на своей территории. Во‑вторых, на данный момент вокруг анклава сосредоточена только одна польская механизированная дивизия «Померания» из трех бригад с задачей «нас немножко попугать». Еще три польские бригады будут переброшены только в самый последний момент для усиления «Померании». Ударив первыми, мы добьемся того, что бригады усиления будут вступать в бой с «колес», неорганизованно. Это даст нам шанс разгромить противостоящую группировку по частям. А теперь смотрим на карту. До Варшавы по прямой двести шестьдесят километров от Калининграда. И четыреста двадцать – до германской границы. Хотя, по мнению Генштаба и Главкомата сухопутных войск, наиболее перспективное направление – Варшавское. В случае успеха операции противнику будет уже не до Украины и Крыма. Придется срочно спасать Польшу от военного разгрома. Это сломает всю схему операции «Гефест», вынуждая импровизировать на ходу, причем в очень сжатые временные сроки…

– В детстве мы называли такой удар «серпом по яйцам»! – глубокомысленно заметил министр внутренних дел Сальников.

– Именно так. Только есть одна проблема, способная помешать осуществлению этого плана. Прибалтика. Они нам, как кость в горле. Ударную группу из анклава надо снабжать, гнать подкрепления морем очень сложно и долго. Опять же один корпус удержать такую территорию не сможет, а если и сможет, то противник его раздавит всей массой в течение двух‑трех суток. Терять целый элитный корпус, это – слишком высокая цена. Есть предложение, после начала операции перебросить в анклав штаб двадцать второго армейского корпуса и силы Ленинградского округа, в том числе седьмую танковую бригаду, семьдесят шестую воздушно‑десантную и восемьдесят четвертую механизированную из состава мобильных сил. Но перебрасывать их придется через Прибалтику, по‑любому. После того как Одиннадцатый гвардейский уже ударит. А это – отдельная войсковая операция, господин президент. С военной точки зрения армии прибалтийских стран никакой угрозы не представляют, но тянуть коммуникации через две республики – это значит, подставлять их под возможные удары партизанских формирований, которые там появятся. Значит, эти коммуникации, почти четыреста километров, придется охранять! – Генерал Усольцев, наконец, замолчал и, вздохнув, продолжил: – Требуется, господин президент, политическое решение. Если дипломатам или спецслужбам удастся добиться от прибалтов разрешения пропустить наши резервы на помощь одиннадцатому корпусу без стрельбы, я гарантирую успех плана «Бурьян» и поражение Евросоюза. Причем в кратчайшие, господин президент, сроки.

– Ну и задачки вы задаете политическому руководству страны, господин генерал армии! – покачал головой Стрелец. – Будьте реалистами, требуйте невозможного. Короче, так… времени у меня – в обрез, давайте продолжим про наземную операцию непосредственно на Украине.

День второй. Ялта. Крым

Восьмерка «Харриеров» под командованием Лоренцо шли на вторую за день штурмовку позиций украинских войск на хребте севернее Ялты. Точнее, на штурмовку шло только звено майора Торичелли, а звено Стоцци должно было их прикрывать и, если надо, поддерживать. Поэтому самолет Лоренцо нес смешанное вооружение: две противорадиолокационные HARM AGM‑88 для уничтожения обнаруженных ЗРК и четыре ракеты AIM‑9X против воздушных целей. В первый день кампании «графская авиагруппа» совершила четыре боевых вылета: один – для уничтожения морских целей и три – для нанесения бомбоштурмовых ударов по наземным силам противника. Как и ожидали руководители «военно‑гуманитарной операции», сопротивления украинские ВВС и ВМС почти не оказывали, оглушенные первыми ракетными атаками «Скальпов». Авиабаза «Бельбек», где базировались «МиГ‑29», заодно и гражданский аэропорт были уничтожены крылатыми ракетами до основания. Также был уничтожен зенитно‑ракетный полк в Евпатории, открыв возможность летать без особой опаски над западным крымским побережьем. Именно через «западный коридор» эскадрилья Стоцци выходила на свои цели, наводимая командами операторов с «Кавура» и французского «Хокая» Е‑2С, кружащего над западным побережьем. Подходя к побережью, эскадрилья разделилась. Ребята Торичелли должны были заткнуть, наконец, уцелевшую батарею «Буков», бьющих из‑за Симферополя и мешающих прицельному бомбометанию по объектам в центральной части полуострова. Звено Стоцци направилось на обнаруженные воздушные цели. Вскоре цели были идентифицированы наблюдателями с земли как штурмовые вертолеты типа Hide «Ми‑24» в числе четырех штук, утюжащих позиции повстанцев. Через секунду сообщили об обнаружении пятой цели – пятнистый Hip «Ми‑8», не иначе вертолет боевого управления, корректировавший действия других машин и кружащий на небольшой высоте, отстреливая тепловые ловушки.

– Беру Hip, затем рубим остальных.

– Понял, командир.

Лоренцо приказал звену снижаться, рискуя попасть под обстрел ПЗРК и зенитной артиллерии как украинцев, так и повстанцев, и увеличил скорость до предельной, стараясь максимально сократить дистанцию до целей. Вертолеты, несмотря на громоздкость по сравнению с самолетами, были весьма неудобной мишенью для ракет «воздух – воздух» из‑за их умения стелиться у самой земли и маневрировать между холмами и деревьями, сбивая с толку «умные» ракеты. Поэтому Стоцци решил атаковать снизу, подобно акуле, надеясь застать пилотов противника врасплох и одним ударом уничтожить всех, не давая времени спастись… Несмотря на протестующий писк альтиметра, сообщающего о предельно малой высоте, Лоренцо упрямо вел звено в атаку именно таким способом. Пусть молодежь – лейтенанты Боске и Тольдо привыкают к настоящей войне, а не к показательным полетам на радость своим подружкам. Потянув штурвал на себя и переложив реверс, Лоренцо зашел к вертолетам с солнечной стороны, до них оставалось менее десяти километров, когда он выпустил первую ракету.

Экипаж Hip так и не понял, откуда пришла смерть: ее ожидали с земли, от крупнокалиберных пуль зенитного пулемета, или, на худой конец, от «Иглы», пущенной кем‑нибудь из исламистов, но никак не американской ракеты AIM‑9X, попавшей в вертолет откуда‑то сзади. Лоренцо даже удивился, как мгновенно погиб вертолет. Винт разлетелся на куски, словно ребенок оторвал у мухи крылья, и тяжелая машина камнем рухнула на один из холмов и тут же взорвалась ослепительным оранжево‑багровым шаром, взметнув вверх металлические обломки и клуб черного дыма.

«Смертельная красота», – пронеслось в голове у Лоренцо, и тут же его ведомый Аурелио выпустил ракету по ближайшему Hides. Затем отстрелялась пара Карпини – Тольдо. И все – на отлично, словно на тренажере. Одного за другим, три штурмовых вертолета постигла участь уничтоженного перед ними Hipa. Теряя куски лопастей и обшивки, грозные винтокрылые машины падали, раскручиваясь вокруг своей оси, оставляя густой дымовой след. Единственный, оставшийся после первой ракетной атаки «Ми‑24», заметался и, вместо того чтобы резко сбросить высоту и попытаться уйти на сверхмалой, начал подниматься выше, обрекая себя на уничтожение. За штурвалом сидел явно неопытный пилот…

– Ну что за болван, этот русский! – в наушниках раздался ехидный голос Карпини.

– Не засоряй эфир, «Дельфин‑3», – строго заметил Стоцци и через секунду выпустил ракету по мечущемуся Hide.

Как и следовало ожидать, «Sidewinder» свое дело сделал убийственно‑точно, буквально разорвав пятнистую тушу «чоппера» пополам. Делая разворот над пылающим Бахчисараем, Лоренцо услышал последние данные оператора:

– «Нарвалы» отработали отлично, цели поражены, потерь нет.

– Принял! – сказал Лоренцо и улыбнулся. Здорово малыш Торичелли выдрессировал своих пилотов! Не зря Лоренцо настоял на том, чтобы именно этот тосканец стал его заместителем и правой рукой в авиагруппе в обход представленного штабом кандидата. В отличие от последнего, Джанлука Торичелли был пилотом «от Бога», что демонстрировал с начала кампании. Пора было уводить свое звено в связи с уничтожением выявленных целей. Уже развернувшись, Лоренцо услышал голос оператора с борта «Хокай»:

– Скоростная одиночная цель к северу. Вероятно, бомбардировщик или разведчик!

День складывался очень удачно, почему бы не продолжить охоту, благо еще два «сайдундера» крепились под крыльями его «Харриера». Как настоящий боевой пилот Лоренцо был азартен. Тем более цель была одиночная, какой‑то очередной славянский герой‑самоубийца. Просто камикадзе. Лоренцо живо представил, как сумасшедший русский пилот таранит своим самолетом серую тушу «Кавура». Хотя нет, не русский, а украинский пилот. Хотя разницы между ними Лоренцо не видел…

Вскоре цель идентифицировали как сверхзвуковой бомбардировщик «Су‑24», возможно, разведывательной модификации: бомбардировщики поодиночке не летают. Даже «отмороженные» русские. Насчет, собственно, русской авиации в Крыму имелось строгое указание командования: не трогать, пока не начнут проявлять агрессивность. Как начнут – сбивать. Но только в этом случае. Боятся брюссельские кролики русских, ох, боятся. Даже стоя на пороге большой войны, продолжают надеяться на мирный исход, что русские их не тронут. Как вообще у них хватило смелости на такую, как «Гефест», операцию, бог знает.

– При подтверждении приказа, атакуем одновременно, «Дельфин‑2»! – приказал своему ведомому Лоренцо.

Перед атакой, взяв «Су‑24» в клещи, итальянцы с интересом рассматривали самолет серо‑голубого окраса с непонятным знаком на хвостовом киле и бело‑синим крестом на крыле.

– Это – русская машина, видимо, разведчик из Гвардейска, с базы русской морской авиации, – определил тип самолета Лоренцо.

– Ведет разведку с высоты в тысячу метров, агрессивности не проявляет.

Это действительно было так. Русские вели себя абсолютно спокойно, будто у себя дома, а не в самом эпицентре гуманитарной операции «Гефест». То ли это – врожденный фатализм, граничащий с безумием, то ли русское командование так наплевательски относится к своим людям, отправив их в полет без всякого прикрытия.

– Цель уничтожить. Повторяю, цель уничтожить! – отозвался оператор.

– Приказ подтверждаю.

«Сайдуиндеры» сработали четко, превратив русский разведчик в огненный шар, расцветший в бездонном крымском небе.

– Возвращаемся, – приказал Стоцци, снова собирая эскадрилью в кулак и направляясь к авианосцу. Второй день войны проходил в нормальной рабочей обстановке. Взлет, обнаружение, уничтожение, посадка. Как и должно быть на войне между европейскими народами и восточными варварами.

После посадки, приняв душ, пилоты собрались в кают‑компании, жадно поглощая вкуснейший обед и вполуха слушая транслируемые по телевидению Euro news. Пока болтали о какой‑то ерунде: слушания о коррупционном скандале в Португалии, резком скачке цен на нефть, какой‑то пропавшей девочке…

– Вот, началось!!! – выкрикнул Торичелли и указал испачканной вилкой на ближайший монитор. Матрос тут же выскочил из камбуза с пультом в руке и увеличил громкость телевизора. Через пять минут Лоренцо забыл про остывающий обед и, открыв рот, смотрел на сменяющиеся кадры, мелькавшие на экране.