📖 Читать книгу «Лестница Аида. Трилогия» онлайн

Розен спросил у Тумбы

– А где ещё пятнадцать дивизий?

– Формируются. Солидно ответил Тумба. Добровольцев – хоть отбавляй. Действительно – возле райвоенкомата толпилось сотни две молодых людей в большинстве одетых в дешёвые спортивные костюмы и фасонные кепки. Несколько десятков парней постарше были в потёртом камуфляже и высоких берцах. Губернатор в окружении свиты подошёл к толпящимся и громко спросил.

– Что, сынки, хотите народу уральскому служить? Москвичам по рукам их загребущим дать? Ответом был нестройный но громкий рёв одобрения и даже залихватский свист. Настроение – явно боевое. Это не трусливое офицерьё и чекисты – трясущиеся за полученные от государство пайки и жилплощадь. Элита будущего, независимого и могучего Урала.

– Господин губернатор, а 12 бригада, из Асбеста‑ с нами? Спросил долговязый парень в бушлате и лихо заломленном, голубом берете.

Розен бросил быстрый взгляд на Тумбу. Ему, губернатору ещё не хватало забивать голову какими то частями.

Тумба ухмыльнувшись, соврал не моргнув глазом…

– Конечно, братцы Асбест с нами. Вся бригада. В своём вранье Козинский совершил одну не заметную ему, но вопиющую ошибку. Одноклассник любопытного десантника служил в 12 бригаде специального назначения‑ снайпером и приблизительно час назад позвонил ему сообщив, что бригада в гробу видела Розена, Гриднева и прочую шелупень вместе с их идеей самостийного Урала. И именно это услышали собравшиеся у военкомата люди когда экс‑ десантник поставил свой старенький мобильник на громкую связь. Хотя бригада и была сокращённого состава, неприятностей она могла причинить много, так как была одним из немногих профессиональных подразделений Уральского ВО. Поэтому откровенная ложь Тумбы, людей собиравшихся изначально взять в руки оружие и отстаивать родной дом от «московских посягательств»‑здорово покоробила. Получив оружие под расписку большинство из них в свои «части» не попали а отправились прямиком домой. К родителям и зазнобам. За исключением приблатнённых шпанюков – ищущих неприятности на свои чрезмерно активные задницы. Неприятности не преминули в скорости замаячить на горизонте.

Когда Розен отправился к своему комфортному, губернаторскому вертолёту‑ неожиданно идущий слева, вице‑губернатор, отвечающий за связи с «силовиками»‑ Антон Антонович Ермаков споткнулся и нелепо взмахнув рукой рухнул под ноги Розену… Половины головы у него словно не было а вот лицо и светлый плащ, идущего следом главы района – было заляпано чем то красным.

Раздался вопль‑ Снайпер!!!

Охрана среагировала мгновенно сбив Розена с ног и прижав его к земле да так‑ что кости захрустели. А вот Тумба завертелся волчком и рухнул на эту кучу‑ малу сверху с аккуратной «дырочкой в правом боку». Его охрана соображала на порядок медленнее‑ и поэтому тяжёлая пуля из СВН пробила его наискосок превратив внутренности в фарш из крови и костей. Не помогли ежедневные походы в атлетический зал и пробежки по утрам.

Розена, перепачканного землёй на глазах сотен «гвардейцев» уволокли в ближайшее здание. Через пару минут вертолёты получили приказ убираться и ждать приказа в любой момент вернутся за губернатором. Его охрана резонно заметила, что сбить вертолёты в момент взлёта – проще простого. В условиях паники‑ никому не пришло в голову отдать приказ «крокодилам» прочесать местность вокруг и попытаться засечь стрелков. Так что триумфальный визит на передовые рубежи нового государства окончился большим конфузом и гибелью двух очень важных для губернатора – чиновников. Свою молодёжно‑уголовную «нацгвардию» в руках мог держать только погибший Тумба. Менты и военные их побаивались – не говоря уже об обычных чиновниках.

Пока Розен приходил в себя, стрелки‑ майоры, секретного подразделения ГРУ «Сапсан», Васюков и Казначеев – пережидали неумело организованную облаву в схроне оборудованном на территории разорившегося колхоза «Ленинское поле» в полутора километрах от Красноуфимска. Им не требовалось убивать губернатора‑ им требовалось его публично напугать и унизить. Что и получилось. Теперь оставалось ждать пока в дело вступит – «кавалерия».

Несколько «Гермесов» пронеслись над городком забитом тренировочно‑ камуфляжной ордой. Затем к городу понеслись, на предельно низкой высоте чудь не задевая брюхом землю восемь Ка‑52. Их целью было несколько батарей ЗРК и ПТУРСов сосредоточенных возле Красноуфимска. Следом наступала построенная в два эшелона – танковая бригада. Передовой рубеж‑ рухнул за считанные минуты. Одно дело – пить водку и пиво за счёт «освобождённого населения» а другое – погибать в бою за собственность Розена, Козинского или районных олигархов, рангом поменьше. Желающих делать это – на передовом рубеже, не находилось. Из пятнадцати тысяч мятежников‑ а по большому счёту замороченных глупой и лживой пропагандой региональных СМИ, обычных русских мужиков, половина скрылась тут же а другая половина‑ помоложе и по активнее рванула кто в Екатеринбург а кто в Челябинск. Танки и прочая гусеничная бронетехника хороши в бою‑ а вот для бегства‑ они обуза. Поэтому бросив всё тяжёлое вооружение «нацгвардейцы» на машинах, автобусах, грузовиках а то и просто пешком забили все окрестные дороги.

Розен с охраной едва успел выскочить из Красноуфимска, чуть не впилившись в «Лэндкруизёр» так же убегающего главы района. Уже уезжая он слышал неприятный, низкий гул турбин Т‑80 обходящих город с двух сторон.

Луис Розетти. Берлин

Агент Центрального Разведывательного управления – Луис Розетти, считал себя успешным и счастливым человеком. Успешным – потому, что сумел получить вожделенную с детства профессию полевого агента ЦРУ и за двенадцать лет службы вплотную подобраться к должности заместителя начальника «Русского отдела» в Лэнгли‑ которая открывала блестящие карьерные перспективы. А счастливым – потому что женился на девушке которую полюбил ещё в элитной католической школе – Терезе Макнамаре. Из очень известной католической семьи, давшей США много влиятельных политиков, финансистов или военных. Семья Розетти – тоже была не из последних как в США так и на своей бывшей Родине‑ Апулии. Его прадед‑ уважаемый аристократ и землевладелец, Луиджи Розетти владел в Бари несколькими винными заводами и ткацкими фабриками а в окрестностях, шикарными виноградниками и родовым замком построенным ещё в 14 веке. Однако из‑за конфликта с королём объединённой Италии Умберто Первым вспыхнувшим в 1878 году, Луиджи забрав семью и не малые богатства накопленные предками перебрался за океан, в первой волне массовой итальянской эмиграции. В отличии от нищих соотечественников‑ семья Розетти в средствах не нуждалась и купив участок земли недалеко от Джерси‑Сити построив через весьма неплохой особняк, Розетти плавно вписались в местный политический и финансовый истеблишмент. Дальше всё пошло как по маслу. Дед Луиса – Филиппо родившийся уже в Нью‑Джерси и отзывавшийся на американское имя – Фил, окончил иезуитский колледж в Трентоне и Принстонский университет по факультету права. Далее этот набор учебных заведений закончили и отец и сам Луис.

С самого начала службы Луис, благодаря своим высоким оценкам и склонности к изучению иностранных языков попал группу тогда ещё агента (а ныне заместителя директора) Роберта Пирса работающую по странам Восточной Европы и в первую очередь распавшейся Югославии. Именно на «косовской проблеме» карьера скромного, хоть и опытного агента Пирса – стала расти как на дрожжах. Его группа полевых агентов «плотно работала» с верхушкой так называемого, «освободительного движения косоваров». Называя вещи своими именами с сепаратистами и бандитами. Которые к тому же не стеснялись торговать наркотиками и рабами. Между наркотиками и ЦРУ – всегда существовала, нежная, трепетная дружба. Выбивать деньги из налогоплательщиков на тайную войну и секретные операции‑ всегда было делом не простым, особенно когда дело коснулось «грязной войны» во Вьетнаме. Тогда ЦРУ и стала заниматься совместным бизнесом с ребятами Кун Са из непризнанного государства Шан. Деньги делили честно‑ бизнес процветал как раз до середины девяностых. Затем Кун Са кинув многолетних партнёров по бизнесу скрылся в неизвестном направлении, а европейские подельники с Корсики попали под сильный пресс Интерпола и французской полиции. В итоге хорошо налаженный канал героина стал давать серьёзные сбои, подрывая финансирование тайных операций Лэнгли. В качестве замены вышедшему из повиновения «Золотому треугольнику» был предложен набирающий силы «Золотой полумесяц». После бегства Советов, в Афганистане установилась полная анархия и единственным промыслом большинства афганских мужчин‑ стало производство, охрана и транспортировка наркотиков. Он был более дешёв и в отличии от одного «героинового хозяина джунглей» Кун Са‑ здесь подобных «хозяев» было множество. Так что не было монополии а был выгодный свободный рынок. Работать было опасно‑ но интересно. Часть наркотиков – уходила на север, вливаясь на территорию бывшего СССР подобно серой океанской волне а большая часть‑ через верных людей в спецслужбах Пакистана, Турции и Египта распространялась по Европе. Именно шеф Луиса‑ Роберт Пирс, изучив вопрос досконально, предложил привлечь в качестве европейских распространителей – албанцев. Они были более сплочёнными, дикими, агрессивными по сравнению с традиционными европейскими группировками‑ корсиканцами, турками, сербами, цыганами. Сотрудничество началось в 1997 году и спустя десять лет‑ можно было говорить о чистоте эксперимента. Под боком у сытого Евросоюза образовался криминально‑исламский анклав основой экономики которого была торговля героином, а так же рабами и оружием. Что бы не повторить печального опыта с «Талибаном» Пирс разработал систему безопасности‑ ни одна албанская преступная группировка, не должна была действовать в США. Табу. Естественно косовары‑ не те люди, что бы слушать каких‑то американцев а запрет пытались обойти. Здесь ЦРУ сработало чётко, сдав ФБР с потрохами клан Брахиме пытавшийся обойти негласный запрет и зацепится в США. Сам глава клана Дитмир Брахиме и двое его братьев – оказавшись в тюрьме, долго не протянули а их рядовые головорезы по одиночке попав в переполненные неграми и пуэрториканцами камеры, стабильно заняли места «петухов». О чём немедленно были проинформированы заинтересованные лица в Приштине и Тиране. Албанцы были хоть и дикие но быстро сообразили – что в США лезть нечего а вот в толерантной Европе‑ можно делать всё что угодно. Европейские резедентуры ЦРУ – периодически использовали албанцев для «грязной работы» а качестве оплаты разрешала пользоваться своими секретными счетами для «отмывки» героиновых миллиардов. На территории Косова – так же функционировали несколько спецобъектов ЦРУ в том числе скандальные «тюрьмы», где находились заключённые исламские боевики похищенные агентурой на Ближнем востоке и Европе. Всё бы ничего но три года назад бойцы одного из давних и надёжных агентов Луиса Розетти – Али Кирчику похитили нескольких студенток из Восточной Европы. Это было так сказать их профильным бизнесом – похищать девушек в Европе и перепродавать на Ближний Восток и страны Магриба. Особенно ценились девушки с Севера и Востока Европы‑ светлокожие, светловолосые и голубоглазые. За них многочисленные шейхи и племенные эмиры готовы были платить целые состояния. Это вам не корявые молдаванки, румынки или болгарки годные лишь в уличный бордель‑ это элитный живой товар. Хотя Луис как и его шеф – этот бизнес не одобряли, но и мешать ему не было смысла. Свои обязательства по доставке и распространению наркотиков клан Кирчику‑ выполнял точно и в срок а остальное Лэнгли‑ не интересовало. Не дело‑ мешать честным партнерам. Но здесь нашла коса на камень. Эти девчонки оказались славянками а от них, этих славян – можно ожидать неприятностей, в любой момент. Через двое суток клан Кирчику – который боялись даже турки и калабрийцы был буквально сметён. Неизвестные в масках устроили охоту за косоварами, совершенно не опасаясь кровной мести с их стороны. Девушек освободили, албанцев перебили а заодно исчезло товара на десять миллионов долларов. Пирс вызвал Розетти и устроил ему небольшую взбучку за потерю контроля над своими агентами.

Дальше, в течении двух последующих лет‑ начался настоящий кошмар для куратора всего «афганско‑косовского» проекта заместителя директора Роберта Пирса. Через Северную и Восточную Европу хлынул поток качественного героина который шёл в нагрузку к синтетику «зебра». В отличии от отмороженных косоваров, которые бессовестно разбавляли товар и пытались всячески «кинуть» клиента, новые поставщики гарантировали высокое качество товара и выполнение обязательств. Албанцы с этим не смирились и попытались новых конкурентов устранить радикальным, чисто албанским способом‑ с помощью «Беретт» и китайских АК. Но их удары приходились в основном по мелким распространителям товара а ответные удары конкурентов стали выбивать верхушку косовских кланов. Удар – отход, снова удар‑ снова отход…с тактикой спецназа никакие криминальные группировки бороться не могут. Особенно если неизвестно, кто конкретно твой враг и где он находится. У любого криминального босса есть своя территория, своя армия, состоящая из известных полиции людей, свои определённые маршруты передвижения и наконец свои места отдыха. Анонимные конкуренты наносили удары неизвестно откуда и отходили неизвестно куда‑ оставляя стрелянные гильзы и трупы албанцев. Европейская резидентура ЦРУ была в панике‑ разрушалась финансовая схема, гибли нужные агенты. Роберт Пирс с самого начала предполагал здесь «русский след» и со временем стало ясно – что это так. Луиса отправили в Афганистан поработать с поставщиками и выяснить – кто из них и как снабжает русских. Целый год он проработал в составе полевой резентуры ЦРУ…Проклятый год. Постоянный нервный стресс, клубок лжи, крови, интриг, противоречий между союзниками по антитеррористической коалиции. За это время из их резедентуры погибло четверо агентов, трое агентов пропали без вести а ещё троих списали по инвалидности на пенсию. Самого Луиса дважды спасало само проведение. Первый раз на окраине вроде мирного Кабула, он сел в первый бронированный «Сабурбан» хотя обычно ездил обычно на втором. Через триста метров, прямо напротив армейского чек‑пойнта, во второй внедорожник влепили гранату из РПГ‑7.

Один агент погиб а двое остались инвалидами. можно сказать повезло, что граната только задела борт. Армейцы с чек‑пойнта завалили обоих гранатометчиков‑ ими оказались чумазые мальчишки лет 14–15..Второй раз‑ выстрел батальонного,82 мм миномёта оказался бракованным и не взорвался после того как пробил крышу жилого блока Луиса когда он был на баграмской авиабазе. Это тоже прибавило ему седых волос в его чёрной, аристократической гриве… В Афганистане вся жизнь и смерть крутилось вокруг двух богов‑ Аллаха и Героина…Причём второй – явно одолевал первого.

Местные афганские элиты делились на три группы‑ сторонники Талибана, лояльные американцам наркоторговцы и не лояльные наркоторговцы. Все три фракции рубились на смерть и не смотря на негласную но явную поддержку ЦРУ, поставщикам для албанцев – приходилось туго. Русские имели несколько военных баз в Средней Азии через которые помощь как военная так и гуманитарная потокам шла на поддержку «своих» наркоторговцев в основном из таджиков, узбеков и туркменов. Одновременно с этим русские предприняли наступление на этническую наркомафию в самой России. Не заморачиваясь особо правами человека и презумпцией невиновности‑ русская полиция истребила большинство наркобаронов и дилеров розничных сетей, тем самым стараясь обезопасить своё население от идущей из Азии героиновой эпидемии. Здесь можно было им только позавидовать. На родине Луиса, в благословенной Америке такое было бы не возможно. Розетти в итоге выяснил истоки так называемого «северного трафика»‑ героин из северных и северо‑восточных провинций Афганистана шёл через Пяндж на территорию русской военной базы а оттуда на самолётах переправлялся на военную базу в Сибири. Там его фасовали и запрятав в тайники, сделанные в пустотелых брёвнах, через Прибалтику переправляли европейским поставщикам. Как предполагало ЦРУ и заместитель директора Пирс – министр обороны, мистер Стрельченко имел к этому прямое отношение. Он держал армию в стальном кулаке и никто из генералов позволить себе подобной криминальной самодеятельности – не мог.

Пирс отдал приказ на ликвидацию полевых командиров – работающих с Москвой даже если они противостояли талибам. Это было несомненной ошибкой. До сего дня соблюдавшие нейтралитет по отношению к американцам жители северо‑восточных провинций‑ вышли на тропу войны. Военные были в ярости и обвиняли ЦРУ в глупости и откровенном вредительстве. Ситуация зашла в тупик и уничтожить маковые плантации поставщиков московских конкурентов никак не удавалось. Время шло‑ потери росли. К тому же сильно возросла возможность утечки конфиденциальной информации о бизнесе с косоварами. Луиса отозвали из Афганистана и перевели в секретное подразделение при управлении по борьбе с наркотиками ЦРУ. Само управление возглавил шеф Роберт Пирс получивший за высокий рост и телосложение футболиста, прозвище Скала. В задачи агента Розетти отслужившего год в пекле Афганистана – входила задача «зачистки концов» по закрывающемуся «афганско‑косовскому» проекту.

Луис к задаче подошёл оригинально‑ предложив в качестве ударной силы использовать не боевиков SOG,как в обычных акциях – а привлечь к делу специалистов из Private Army которых в США развелось во множестве. Это было выгодно прежде всего из‑за соображений безопасности‑ в случае неожиданного провала «чистильщиков» никакие следы к ЦРУ не вели.

Собранная Луисом группа состояла из пяти отставных вояк имеющих знатный послужной список. Здесь и Панама и первый Ирак и Босния и Сомали и конечно‑ Афганистан. Группа майора Брайана Беста прибыла в Берлин с целью заставить замолчать Агима Лала, последнего оставшегося в живых косовского наркоторговца сотрудничавшего с ЦРУ. Когда его клан, русские дилеры практически зачистили он позвонил своим американским кураторам и заявил – что либо американцы его прикроют и вывезут в Штаты либо он добровольно сдаться европейскому правосудию и расскажет про свое десятилетние сотрудничество с ЦРУ. Долго общавшийся с толерантными европейцами и их беззубой полицией, Агим утратил чувство реальности и решил, что шантажировать американскую разведку может каждый подобный ему полудурок.

Духов. Екатеринбург

Последний рубеж обороны сепаратистов отстаивали части 34 мотострелковой дивизии и личный спецназ губернатора Розена‑ отряд «Тур». Сейчас он насчитывал больше полутора тысяч профессиональных бойцов, дивизион самоходных орудий «Мста‑С», танковый батальон Т‑9 °C пригнанных прямо из цехов «Уральских машин», более сотни различных единиц бронетехники включая пять экспериментальных БМПТ «Рамка‑99», батарею зенитных ракетно‑артиллерийских установок «Тунгуска» захваченных в расположении 34 дивизии. В отличии от мобилизованных в «уральскую гвардию»‑ уголовников, шпаны и бездельников – «туры» шли в бой осознанно – за хорошие деньги и перспективу получить ещё больше. Командовал отрядом – отставной армейский полковник Духов изгнанный в своё время Стрельцом‑ за избиение нескольких солдат и сокрытие фактов неуставных отношений и откровенного мародёрства в его полку дислоцированном на Северном Кавказе. Причём был уволен в момент ожидания перевода в Сибирь на должность командира бригады и вожделенных генеральских погон. Вместо этого‑ суд офицерской чести, досрочная позорная отставка из армии и полоскание его имени на страницах продажной прессы и телевидения. При всём при этом Леонид Духов – был настоящий боевой офицер, прошедший обе чеченские и осетинскую компанию, досконально знающий тактику как обороны так и наступления. Стрельца он ненавидел люто‑ считая, что он своими реформами разваливает армию и защищает этих слюнявых, бестолковых призывников от нормального армейского воспитания с помощью мата и рукоприкладства. Под стать полковнику Духову‑ были и большинство «туров», паркетных шаркунов среди них не было а были люди с немалым стажем войны. Всех командиров в отряд Леонид отбирал лично, проверяя их рекомендации через штаб округа, командиры лично отбирали рядовых бойцов и головой отвечали за их лояльность. В день мятежа именно люди Духова оседлав бронетехнику – окружили здание УФСБ и администрации федерального округа, и выволокли их обитателей на улицу без всякого сопротивления. Чекисты и федеральные надсмотрщики понимали‑ что с танковыми орудиями направленными на их гнёзда‑ не поспоришь. Изначально предполагалось использовать «туров» в качестве ударного резерва, однако Духов увидев наспех мобилизованную толпу гопников – «нацгвардейцев» сразу предложил использовать его людей в качестве заградительного отряда – подпереть сзади не надёжные части. Однако что губернатор, что Козинский, что вечно пьяный «главком» Гриднев‑ решительно отказались от этого и что то блеяли про «долг» и «ответственность перед народом». Кретины… Когда от первых выстрелов – вся эта нацгвардия разбежалась, бросив технику и не оказав не малейшего сопротивления «федералам», хотя их было в несколько раз меньше, до старого пердуна Розена наконец дошло – что без заградотрядов воевать у нас не получиться. После первого боя, Розен назначил Духова – военным диктатором с чрезвычайными полномочиями. Ему подчинялись и все генералы которые были в стане мятежников.

Леонид Духов – был уверен, что лучший стимул для русского человека‑страх. Страх смерти или неотвратимого жестокого наказания. Именно на это опирались все великие правители России‑ Иван Грозный, Петр Первый и наконец Иосиф Сталин. Только расстреливать или на дыбе подвешивать перестали‑ всё, конец державе. Хотя Леонид не задавался вопросом что бы сделали с ним его любимые правители – попадись он на мародёрстве в их суровые времена. Хотя себя, понятное дело, в столь позорном преступлении Леонид виноватым не считал. Подумаешь, приказал ребятам обчистить несколько особняков трусливых нуворишей, которые сбежали от отрядов Ахмадова бросив всё имущество. Полковник Духов приказал тщательно обыскать несколько домов и наиболее ценные вещи отправил к себе, во Владикавказ. Кто‑то стукнул в особый отдел и насладиться честно заработанным имуществом‑ не удалось, полковника вызвали в штаб корпуса где, предъявили доказательства обвинения. Вернулся во Владикавказ он уже на суд чести. Выгнать его выгнали но за былые заслуги перед Россией оставили награды и полковничью пенсию.

Теперь судьба распорядилась так – что Духову предстояло на деле доказать, что он прежде всего командир а не мелкий мародер. За сутки он укрепил позиции уральцев, подготовил артиллерийские позиции, огневые точки, провёл минирование местности. Окопал бронетехнику и личный состав. Всё по советским учебникам тактики – которые он считал лучшими в мире.

Несмотря на общее двукратное превосходство в силах Духов атаковать не стал, хотя момент был весьма соблазнительный. Единственная танковая бригада «федералов» пёрла по шоссе в походном порядке прикрытая лишь с воздуха «Аллигаторами». Одним танковым ударом можно было решить всё, но Духов знал, что встречный бой самый сложный вид противостояния, и всегда чреват неожиданностями. Часто фатальными неожиданностями. В своих «турах» он был уверен, но как поведут себя контрактники и тем более срочники из мотострелковой дивизии – было не известно. Так, что пусть лучше наёмники Стрельца сами лезут на рожон, под огонь артиллерии, окопанных Т‑90, самоходные ПТУРы «Штурм», лезут на минные поля и отсечные позиции. Обороняться, имея численное превосходство‑ самый надёжный способ боевых действий. Именно так, кумиры полковника Духова добивались побед. Сталин под Сталинградом и Курском и Пётр Первый в битве у Полтавы. В первом эшелоне встали три мотострелковых полка усиленные немногими уцелевшими нацгвардейцами. Во втором танковый полк и отряд «Тур» в полном составе. В общем резерве находился милицейский спецназ ГУВД области и эскадрилья вертолётов Ми‑24 с противотанковыми ракетами.

Всё хорошо было в плане – да только не было учтено, что ещё один сильно уважаемый Духовым политик Саддам Хусейн в компании 1991 года расположил свои войска таким же образом, привязав к полевым укреплениям и полностью лишив манёвра. Это ему стоило потери Кувейта и почти всей военной техники.