– Вы первый офицер, который мне попался за последние сутки. Живым и относительно невредимым, сэр. Что происходит? Где наша авиация?
Логану, очень не понравился тон вопроса и сам вопрос, но одергивать Трескотта он не стал. По двум причинам. Во первых‑ MGS излучал буквально волны агрессии, во вторых – он производил впечатление смелого и жесткого человека. Это не хныкающий слизняк Пратт…Лучше поддерживать в людях злость, чем отчаяние.
– Не знаю, Трескотт. Я уже третьи сутки здесь по лесам лазаю. Меня еще до наступления "Хокумы" перехватили у этой….Бляховни. Ничего не знаю.
– Понятно…Извините, сэр, просто накипело. Никогда такого не видел..
– Да что произошло, Трескотт, черт вас возьми..!
– Что произошло?! За всю дивизию, говорить не буду, отвечу за своих "серых волков". Нас разорвали, сэр. Бригада‑ уперлась в минные поля, потом русские, выключили нам весь свет.
– Это как?
– Не знаю, сэр. В науках не силен, но как говорил наш босс, первый лейтенант Бродяга Ларссон – что это электромагнитный импульс. Короче, вся электроника, вернее почти вся – накрылась. Пока в штабе дивизии и корпуса, решали чего делать‑ русские ударили нам во фланг. Навалились танками при поддержке вертолетов и РСЗО..Откуда эти твари взялись в таком количестве‑ не знаю. Перед наступлением нам говорили, что русские наиболее боеспособные танковые бригады отправляют на китайскую границу. А как мы перешли в наступление, так они сразу появились…
– Что сделали вы? Спросил Логан уже зная ответ заранее..
– Ничего, сэр. Мы ничего не смогли сделать. Их танки, тяжело подбить, а артиллерия бьет очень точно…Голос Трескотта сорвался и он замолчал…
– Бригадная группа "Grey Wolf" разбита, сэр. Вдребезги. Меньше чем за пять часов…
– Где ваш командир, Рональд?
– Ларссон, убит, сэр. В самом начале, когда мы отбивали атаку русской мотопехоты. Чертова мина…
– Принимайте командование у Итона, Трескотт. Задача следующая – пробиваться к своим.
– Понял, сэр!
Логан подошел к брошенному автомобилю и осмотрел трупы русских. Ничего интересного, головы разбиты, кругом кровь и сгустки мозга… Затем обшарил автомобиль, в надеже найти чего‑ то полезное. Ему снова повезло. На переднем сиденье, шелестя, лежала свежеотпечатанная, спутниковая карта местности с многочисленными пометками…Карта размещения постов. Теперь их можно обойти..
Его отвлек, какой то посторонний но назойливый звук. В ту же секунду, один из солдат Итона, маленький и щуплый мексиканец Пинеда прыгнул на Роджера, сбивая на землю.
– Ложись, ложись…!!! Обстрел!
Мины сыпались на пролесок густо, вздымая бурые взрывы и выбрасывая вверх кубометры земли, сразу видно, корректировщик у русских – толковый. Несмотря на то, что стреляли не больше пяти минут, Роджеру показалось, что прошла – вечность, заполненная грохотом, пылью, страхом и дрожью земли.
Повезло практически всем, кроме двух рядовых из многострадальной роты "Чарли"‑ Моррисона и Глэбба. Первого, ярко выраженного WASP,убило наповал – второго, здоровенного чернокожего здорово посекло осколками.
Положение спас Трескотт – зычно заорав, что пора выдвигаться. Подхватив стонущего Глэбба – маленький отряд кинулся в пущу. День за днем, ночь за ночью они пробивались на запад, обходя расставленные ловушки русских и избегая серьезных боев. В мелких стычках, которые случались каждый день, гибли и американцы и русские, но к отряду ежедневно присоединялись все новые отставшие от своих частей. Русские‑ постоянно весели на хвосте, взвинчивая темп преследования. Четверо из отряда, не выдержав гонки, специально отстали, желая сдаться в плен.
Были и дезертиры. Два дня назад, их отряд потерял только что присоединившегося к ним сержанта Фрэдди Галузо, схлестнувшись с шайкой дезертиров, человек в восемь. С ручным пулеметом М249 и очень серьезно настроенных. Потеряв в ходе перестрелки двоих, дезертиры отвалили, осыпая нас проклятиями. На испанском.
– Поганые латиносы, твари, хуже хаджей. Выругался Трескотт.
Чем ближе к Одре, тем реже попадались русские патрули, но чаще – брошенная и разбитая техника, выжженные леса, изрытая воронками и перепаханная гусеницами земля. Каждый день к нашему маленькому отряду, присоединялись новые бойцы, принося свежие новости. Одну, хуже другой. Танковые колонны "иванов",не задерживаясь, рвутся вперед, в Германию, гоня перед собой остатки третьего армейского корпуса армии США. Поляки, блокированные в Кракове, уже, сдались на милость победителям, а наш пятый корпус, сидящий в Варшаве и не дождавшись помощи – тоже готов капитулировать. Там – тысячи раненных и иссякли боеприпасы.
Логан и его люди, сдаваться не собирались. Заросшие, грязные, вонючие и одуревшие от бесконечной гонки по польским лесам, они хотели дойти, наконец до своих и влиться в ряды отступающей армии.
– Последний рывок остался, капитан. Еще рывок и все…Как думаешь, наши ещё Ополе удерживают?
– Не знаю, не знаю. Судя по канонаде – еще удерживают.
Осталось, выдвинутся по ближе к передовой и постараться прорваться к своим. Здесь мы на "оборотней" и напоролись. Передовой дозор, в составе сержанта Итона, рядового Пинеды и капрала Самуэльссона, встретил неизвестных англоязычных бойцов.
– Сэр, похожи на SAS. Только акцент какой‑то дерьмовый. То ли кенгуру, то ли киви[178]. Вероятно‑ частники, сэр.
– Какого черта им здесь надо? Спросил Трескотт, недоуменно вращая головой. Еще англов или наемников, здесь не хва…