📖 Читать книгу «Цветные карандаши» онлайн

– Сейчас мы тебя протестируем. Кажется, при мне есть одна штука, на которой раньше было кое-что розовое.

Жильбер раскрыл бумажник.

– Права у тебя розовые! – обрадовался Артюр.

– Не держи меня за дурачка, я не вчера родился, всем известно, что водительские права раньше были розовыми. Посмотри на эту фотографию, – велел Жильбер, вытащив ее из бумажника.

Парочка, которую хоть сейчас на свадебный торт, позировала в окружении двух десятков принаряженных гостей, в том числе дам в шляпках, большей частью – азиаток, как и сама невеста, которая красовалась в пышном белом платье. Артюр перевел глаза на Жильбера, сравнивая.

– Похоже, алкоголь неплохо помогает сохраниться. Это ведь ты?

– Да, так что ты видишь розовое на снимке?

– Никто в розовое не одет, – ответил Артюр, снова взявшись за бокал.

– Посмотри как следует!

– Ну да… ты тут в розовых носках!

Ошарашенный Жильбер впился в него взглядом, разинув рот.

– Он не просто так ляпнул, – запинаясь, промямлил наконец Жильбер, потрясенно глядя на Момо.

– Да-да, на тебе вырвиглаз-розовые носки, примерно такого цвета, – добил его Артюр, вытащив рисунок Луизы. – Это мне дала дочка соседки из дома напротив.

– Блин! – завопил Жильбер, увидев рисунок.

– Что? – не понял Артюр.

– О, черт… – выдохнул Толстяк.

– Да иди ты! – в тон остальным вставил Момо.

– Что?

– Я вижу, что она розовая, твоя картинка! – пробормотал Толстяк с таким видом, будто узрел Пресвятую Деву, Царицу Розария.

– И я тоже! И божоле теперь стало розовым! – изумился Момо.

– А я вижу свои розовые носки на фотографии! – завопил Жильбер.

Артюр забрался на стойку и, вскинув рисунок над головой, показывал его десятку собравшихся вокруг него выпивох. Как модель года «Плейбоя», которая вышла на боксерский ринг объявить о начале нового раунда.

– Угощаю всех! – проблеял Толстяк, тренькая колокольчиком.

Из новостной ленты сайта газеты lemonde.fr

Картина Пьера Сулажа из серии «Сверхчерный цвет» была продана за 310 миллионов долларов и стала самой дорогой картиной в мире.

Артюр никак не мог уснуть. Ему было душно, кружилась голова. Он открыл окно, чтобы подышать. Холод в конце концов добрался-таки до Парижа, но Артюр, совершенно голый, обливался потом. «Мне надо бросить пить», – в энный раз за неделю твердил он про себя, с омерзением принюхиваясь к запаху выступающих на лбу капель, отдающих винной бурдой. В руках он бережно держал совершенно измятый и скомканный рисунок. Один из посетителей QG пытался его выкрасть. Они поругались. Артюр, хотя и не прочь был подраться – это напомнило ему времена, когда он играл в регби, – не решился на бой в таком состоянии. Он сбежал, «позабыв» заплатить за выпивку. Пронзительный звонок выдернул его из полудремы. Звонок? Последним, кто звонил ему в дверь, был судебный исполнитель, явившийся вручить ему письмо. Кто же это к нему пожаловал в одиннадцать вечера? «Может, приперся Толстяк, чтобы я заплатил по счету?» Артюр лежал в постели голый, чувствуя онемение во всем теле.

– Кто там? – закричал он.

– Извините за беспокойство, я журналист, – произнес голос с иностранным акцентом.

– Приходите завтра. Я не очень хорошо себя чувствую.

– Позволю себе настаивать.