— Мари?
— Что?
— Я люблю тебя.
И ушел.
Вот так просто! Взял и ушел, оставив меня переваривать эту фразу.
Я люблю тебя…
Эта фраза засела в голове и сердце. И я не знала, что теперь делать, как реагировать.
До этого момента, честно говоря, всё было намного легче и проще. Да, мы теперь вместе, спали друг с другом, испытывая что-то большее, чем симпатия и взаимное влечение. Но «люблю». Это было слишком сложно. И требовало гораздо большего.
Два часа дня. Кафе «Рапсодия» на третьем этаже торгового центра.
Не стоило сюда приходить. Не надо было позволять этой женщине играть со мной. Я понимала это, но всё равно продолжала стоять у входа, с отчаяньем понимая, что уже проиграла.
Мне надо было знать правду. Жизненно необходимо. Узнать всё, чтобы потом жить долго и счастливо. Несмотря ни на что. Надо было убедиться, что всё ложь и Стив не такой. Что я не ошиблась!
Я нашла их сразу. Реган и незнакомый человек в капюшоне, который он надвинул на лицо, так низко, что черт не разобрать.
— А вот она, — радостно улыбнулась женщина.
Словно и не сомневалась, что я приду сегодня.
— Добрый день, — произнесла в ответ, не сводя взгляда с незнакомца.
Именно он волновал больше всего и внушал самый большой животный страх. Не Реган, хотя она несомненно была очень опасна. А он.
Поворот головы, лёгкое движение, от которого капюшон сполз назад, открывая лицо, и я вдруг поняла, что это была женщина.
Только это невозможно.
— К…Кейт?
— 48-
Кейт
— Ты уверена, что она придёт? — спросила я, поправляя капюшон, который так и норовил сползти с головы.
Мне не нравилось это кафе. Не могла избавиться от чувства, что на нас всё время кто-то смотрит. Я помнила слова Стива, если кто-то из Омару увидит меня здесь — беды не миновать.
И всё равно рисковала. И ради чего спрашивается? Ради призрачной возможности проститься с Рейфом, посетив усыпальницу? Что боль уйдет, а любовь, которую я так и не смогла искоренить за эти два года, рассыплется пеплом?
Звучало еще более бредово, чем было на самом деле.
Но это единственное, что не давало мне сорваться в пропасть отчаянья и горя. Побуждало вставать каждое утро и просто жить. Без него.
— Конечно, не переживай, — отозвалась Реган, широко улыбаясь.
Настроение у женщины было более чем прекрасное. Она шутила, улыбалась и всё время что-то рассказывала. Что-то незначительное и ненужное.
Реган была несомненно рада мне, хотя, когда я позвонила ей вчера, всё было совсем иначе.
— Это Кейт, нам надо встретиться, — произнесла я без обиняков, когда Реган взяла трубку.