Я едва удержалась, чтобы не напомнить этому чернокрылому его недавние слова, что договор недействителен, поскольку я — поддельная мэйс Вирт.
— Ты прекрасно меня понял, лорд Орияр, — недовольно прищурился король.
— Недостаточно хорошо, но уместнее будет продолжить разговор не здесь, ваше величество.
Граф указал на Лаори-Эрль. И процессия отправилась обратно. Король и некромант шествовали впереди, перебрасываясь колкими репликами, выдававшими бурное детство в одной песочнице, а я тащилась сзади хвостиком, совершенно убитая. Закат так близко, и не важно, что еще утро, начавшееся так рано и так бурно.
Глава 20
ПОЛЕТ КОРШУНА
У вольера с петухами нас поджидал Кенз. Он согнулся в поклоне, пропуская короля с некросвитой, потом пристроился рядышком со мной в качестве охраны, и я поневоле замедлила шаг, посматривая на удаляющиеся высокородные спины.
— Кенз, это что за петушиных выродков ты притащил? — спросила я, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.
— Что значит — выродков? — немедленно возмутился рыцарь, почуяв радостную пикировку. Видимо, тоже хотел развеять тоску, в какую вогнало нас утреннее происшествие с вражеским големом, замаскированным под душевнобольную девушку. — Это отличные петухи. Лучших отбирал! Самых зверюг! Знаешь, какая это редкость?
— То есть они бывают нормальной величины и не зубастые?
— Бывают, но нам такие не нужны.
— Ладно. Выживу — разберемся, — махнула я рукой.
Тоска не развеивалась. До петушиных боев я не доживу, так зачем беспокоиться?
— Кстати, на тебя уже ставки делают, — шепотом сообщил рыцарь. — И почти все — на то, что ты не доживешь до заката.
Добрые они тут, еще сильнее помрачнела я. А Кенз, оглянувшись по сторонам, совсем тихо сообщил:
— Одна только Лин поставила две тысячи золотых. Небось все накопления бухнула.
Ого! Я воспрянула духом. Ограбить Лин? Только ради этого стоило выжить!
Отставить грусть, она непродуктивна и еще ни одному делу не помогла! Одна из нас троих точно сегодня выживет. Правда, девочки? И выжившая отомстит за всех.
— Значит так, Кенз. Я пока занята, но ты в курсе, сколько денег мне передал. Ставь все золото на то, что доживу!
Потому что, если не доживу, зачем мне деньги?
— До заката или до полуночи? — уточнил первый брокер мира Айэры.
— А что, еще и по часам ставят?
— На то, что протянешь до рассвета, пока никто не ставит. Известно же, что демоны соблазняют и убивают ночными мыслями и снами. Все сомнамбулы к утру не просыпались, и все графские невесты… короче, девушек наутро в замке уже не было.
И отвел глаза, стервец.
— Так-так, а что с невестами, говоришь, происходило?
Хитрые зеленые глаза пройдохи стали кристально чистыми и честными:
— Понятия не имею, мэйс.
Вот и меня, похоже, наутро тут не будет, опять помрачнела я. И, спохватившись, что спины моего работодателя уже давно не видно впереди, рванула догонять.
— Так мне-то что посоветуешь, мэйс Тайра? — крикнул вдогонку рыцарь.
Я притормозила на повороте.
— Раздели ставки, Кенз. Половину на одно, половину на другое.