Мой взгляд встретился с ее, и я уверена, по выражению моего лица она поняла, что подобная мысль не приходила мне в голову. Было слишком много вещей, над которыми следовало подумать, а я даже не вспомнила о них. Я едва ли осознавала саму мысль о браке до церемонии, и я не поняла намерений мужа в нашу первую брачную ночь, до тех пор, пока она не наступила. Я была просто не готова, но как к такому вообще можно быть готовой. Все эти люди, зависящие от меня?
— Как я буду знать, что делать? — мой голос превратился в хриплый шепот.
— Я собираюсь научить тебя, — просто ответила Суннива. Прежде чем она продолжила, послышался стук, и дверь медленно открылась. Вошел Бранфорд и увидел, что мы с Суннивой уже заканчиваем нашу работу.
— Мама, — произнес он, на его губах заиграла полуулыбка, — могу ли я получить назад свою жену этим вечером? Мне бы хотелось показать ей наши комнаты, если ты еще этого не сделала.
— Еще нет, — ответила ему Суннива. — Мы здесь почти закончили. Когда она получит платье, которое ей подойдет, можешь забирать ее. Ты что вообще не задумался о том, что ей нужна подходящая одежда?
— На это не было времени, — пожав плечами, сказал Бранфорд. Суннива повернулась и уставилась на него. Бранфорд посмотрел на нее, отвернулся, сделал глубокий вдох, прежде чем снова посмотреть на нас. — Мои извинения, Александра. Я должен был позаботиться о том, чтобы собрать для тебя больше вещей перед нашим отъездом.
Смотря ему в глаза, я не могла определить, действительно ли он искренне извиняется, или просто говорит то, что хочет услышать от него Суннива. Я всегда считала, что лишь представители моего класса вынуждены говорить то, что от них хотят услышать, а дворяне всегда говорят то, что у них на уме. Очевидно, этот случай был не из таких.
— Если бы я не испачкала свое платье, это не имело бы никакого значения, — тихо сказала я, но Бранфорд прорычал, и я моментально пожалела о произнесенных словах, которые могли вызвать воспоминания.
— Возвращайся через полчаса, Бранфорд, — сказала Суннива, махнув рукой. — К этому времени мы закончим.
Его взгляд на короткое время встретился с моим, прежде чем он согласился с просьбой Суннивы и закрыл за собой дверь. Мы с королевой закончили последние стежки и встали. Она приложила платье к моим плечам и проверила длину.
— Может, давай попробуем его примерить? — предложила Суннива, протягивая мне прекрасное платье. Я прошла к ширме для переодевания, сняла платье, которое было на мне, затем через голову натянула то, которое мы подшивали. Я была признательна за то, что оно не было сложным, и я смогу одевать и снимать его без посторонней помощи. Я вышла назад в комнату, и Суннива повозилась с воротничком, пока не была удовлетворена результатом.
— Ты выглядишь прелестно, — улыбнулась Суннива и снова взяла меня за руки. — Твой муж скоро будет здесь, и у него определенно перехватит дыхание. Ты прекрасная молодая женщина, Александра.
Я опустила глаза и вспыхнула, разумеется. Прежде чем я успела ответить, раздался очередной стук в дверь и вошел Бранфорд, спрашивая, готова ли я увидеть комнаты, в которых мы будем жить вместе. Когда шла по направлению к нему, я видела, как он рассматривает платье, и что улыбка снова коснулась его лица. Если бы я не порозовела от комментариев Суннивы, то теперь я бы точно вспыхнула. Мы с Суннивой пожелали друг другу доброй ночи, и Бранфорд вывел меня из комнаты.
— Надеюсь, тебе понравятся наши комнаты, — сказал Бранфорд, беря мою руку и продевая ее под локоть. Мы проделали короткий путь по коридору, и подошли к последней группе дверей – тех, на которые Суннива указывала ранее. Бранфорд открыл дверь и, положив руку мне на талию, пропустил меня перед собой.
— Это утренняя комната, — тихо произнес Бранфорд. Продолжая придерживать меня, он сделал несколько шагов вперед. Здесь размещалась пара длинных, изогнутых, стоящих параллельно друг к другу кушеток, которые создавали проход в чуть большую комнату перед нами. В углу ярко пылал камин, создавая тепло в комнате ранним весенним вечером. Бранфорд провел меня дальше по комнатам, указывая на гардеробы, и место для принятия ванны, которое включало огромную, в полный человеческий рост ванную из кожи натянутой на деревянную рамку. Возле этой зоны располагался небольшой камин и еще один, чуть больший, в другом конце комнаты. По одну сторону камина лежал большой мягкий валик, но я не смогла понять, для чего он предназначен. Он был слишком велик, чтобы быть обычным мягким стулом, и у него не было спинки.
Бранфорд продолжал стоять прямо за мной, когда показывал мне все вокруг. Я могла слышать каждое его движение, но не осмеливалась повернуться и посмотреть на него. Разговор с Суннивой безусловно дал мне некоторое представление об этом человеке, который сейчас был моим мужем, но я все еще не была уверенна, каковы его намерения в отношении меня. Я почувствовала, как его рука соскользнула с моей талии, поднялась вверх по моей руке к плечу. Он слегка меня развернул, и я оказалась лицом к лицу перед огромной, гигантской кроватью.
— А вот здесь мы будем спать, — мягко сказал он, наклонившись, чтобы прикоснуться губами к моему уху. Я почувствовала, как после его прикосновения по моей спине пробежала дрожь, и на миг закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Снова открыв их, я осмотрела прекрасное золотистое покрывало и шелк, каскадом спускавшийся с четырех столбиков кровати. Занавеси были привязаны по всем четырем сторонам, но открыты достаточно, чтобы можно было все увидеть с любого угла. Я чувствовала горячее дыхание Бранфорда на своей щеке, когда он наклонился и поцеловал меня за ухом. Он пробежался руками по моим рукам, бедрам, опустился ниже, и снова коснулся бедер. Он слегка сжал их и потом снова поцеловал мою шею.
— Она... прекрасна, мой... Бранфорд.
— Это ты прекрасна, — произнес Бранфорд. Он тихо хмыкнул и рукой убрал волосы с моей шеи. Его губы прочертили линию на коже. — Я не припоминаю, чтобы я видел это платье раньше, но оно идеально тебе подходит.
Его слова роились в моей голове. Я знала, что мой страх удержал его оттого, чтобы взять меня в первую ночь, и я знала, что для него лгать человеку, которого он считал королем и своим отцом относительно консуммации нашего брака крайне тяжело, как и для кого бы то ни было другого. Несомненно, он пересмотрел свое решение об ожидании пока я сама не приду к нему, на что, вероятно, ушло бы очень много времени, учитывая его вкусы.
Суннива сказала, что я должна быть... какое слово она использовала? Настойчивой? Я не была уверена, что именно это значит, но я догадывалась, что я должна говорить то, что хочу сказать и тогда, когда хочу. Я не знала, оценит ли Бранфорд подобные качества своей жены, так что мне придется проявлять настойчивость постепенно. Если ему это подойдет.
— Бранфорд?
— Да, Александра?
— Ты собираешься взять меня сегодня ночью? — я попыталась говорить так, чтобы мой голос не дрожал, но я не смогла скрыть свои тревоги. Движения его губ у моего горла остановились, и он откинулся назад.
— Как сказала моя мать, у тебя был тяжелый день, — со вздохом сказал Бранфорд. Он сделал шаг назад и отпустил меня. — Я думаю, она, скорее всего, права, и хотя мне ничто не доставило бы большего удовольствия чем твое наказание за то, что ты выставила меня слабаком перед кучером и практически отвергла меня перед королем Камденом. Думаю, что брать твою девственность сегодня, когда я все еще зол на тебя, не слишком хорошее решение.
Я почувствовала, как мое тело напряглось, а зубы чуть не прокусили губу. Я не повернулась, чтобы посмотреть на него, испугавшись того, что могу увидеть в его глазах. Он хочет наказать меня, так он сказал. Что он со мной сделает?
У него вспыльчивый характер...
— Прости... — моя речь походила на писк. — Это не входило в мои намере...
— Молчи, — его голос снова стал спокойным. Как он может так быстро меняться? Я позволила себе выдохнуть. — Я знаю, что ты этого не хотела. Я все еще злюсь, но я знаю, что ты не хотела, чтобы все выглядело так, как выглядело. Если бы я думал, что ты хотела меня унизить... ну, у нас был бы совсем другой разговор.
— Да, мой лорд, — автоматически произнесла я. Бранфорд подошел ко мне ближе, и снова дотронулся до меня. Я чувствовала его пальцы под подбородком, поворачивающие мою голову. Я посмотрела на него, увидела его приподнятые брови и быстро поправилась. — Бранфорд.