- Чем вас не устраивают ваши покои?
- Наличием в них посторонних людей. У меня болит голова, думала полежать немного в тишине, а тут вы. Что-то случилось? - в свою очередь спросила его. Ведь по идее я не должна знать, что сработала поставленная им сигнализация.
- Да. Эти комнаты закрыты до совершеннолетия наследника.
- Уверена, Филипп не будет против, если я иногда здесь полежу.
- Он пока даже говорить не может, и сейчас распоряжаюсь здесь я.
- Вам жалко?
- Пойдёмте, я поставлю у вас в спальне полог тишины, чтобы вы могли отдохнуть, - несколько устало предложил Ламмерт, расщедрившись, но так и не ответив на мой вопрос.
Нехотя я встала с постели и поправила подушку, расправив за собой покрывало. Провела по атласной материи рукой. Я чувствовала, что за каждым моим движением следят и заговорила:
- Знаете, мне кажется, я совсем не знала своего мужа. Здесь он стал совсем другим, и я задаюсь вопросом, какой он настоящий. Ведь не мог он больше года притворяться? Или мог? - я посмотрела на азгарна. - Каждый день, каждую минуту, не выходя из образа любящего мужа ни разу... Только зачем?
Ламмерт молчал, а я обвела взглядом комнату:
- Здесь отпечаток его личности, его вещи... мне кажется, так я ближе к нему настоящему.
- Вы же говорили, что его не простили. Зачем вам это? - прохладно, но с любопытством, спросил мужчина.
- Хочу понять, кого любила, - оборвала я свои откровения и прошла мимо него.
Мы вышли и вернулись в мои покои. Проходя мимо охраны, я не сдержала усмешки.
В моих комнатах при виде азгарна все служанки всполошились и стали кланяться, но, не останавливаясь, мы целенаправленно прошли в спальню.
- Что вас так забавляет? - спросил он, когда за нами закрылась дверь.
- Подумать страшно, что нафантазирует себе охрана: я посетила вашу спальню, затем вы за мной прошли в спальню Владслава, после чего мы заперлись в моей .
- Боитесь пересудов? - насмешливо поинтересовался Ламмерт, а потом, замкнувшись, холодно произнёс: - Здесь слуги держат свои мысли при себе. За любые сплетни о хозяевах следует наказание.
- Ставьте полог, - махнула рукой я.
Как современному человеку для меня было дикостью слушать рассуждения о наказании обслуживающего персонала. Я просто понимала, что совсем не рублём их наказывают за провинности.
Аттан переключился на магическое зрение, и я увидела, как от Ламмерта расходятся голубые линии, оплетая стены и двери спальни сложным узором.
«Он не только полог тишины ставит, но и прослушку внутри комнаты», - просветил меня Ридгарн.
От таких новостей я испепелила спину излишне любопытного обманщика, который продолжал творить своё чёрное дело. Чтобы ещё раз приняла его помощь...!
Остановить творимый беспредел я не могла, пришлось молча скрипеть зубами. Когда азгарн закончил, у меня язык не повернулся поблагодарить его.
- Вот и всё. До завтра он продержится, - обернулся ко мне Ламмерт.
«Врёт, слишком много силы влил», - опроверг его слова голос у меня в голове.
Я невольно скривилась, и пришлось оправдывать свой кислый вид:
- Извините, у меня болит голова.
- Ваш хозяин впервые наказал вас?
- Наказал? - напряглась я. - Мне сказали, что это произошло случайно из-за сильных негативных эмоций.