- Вы общаетесь с вашим хозяином? Пусть убедится, что мы доставили вас в целости и сохранности, - подпустил ядовитую стрелу мужчина.
- Аттан Корнуилса попросил напомнить, что его титул не ниже, чем у моего почившего супруга, и он требует, чтобы ко мне обращались «Ваша светлость».
- Забавно, он «просит» свою собственную Тень, - скривился Ламмерт, никак не прокомментировав само озвученное требование.
- Не вижу ничего забавного том, что аттан Корнуилса благородный человек и ему не чуждо уважительное отношение к женщине, - парировала я.
При других обстоятельствах я бы даже посмеялась над тем, как сильно изменилась жизнь, раз заявляю о благородстве того, кто обманом сделал меня Тенью.
Спина впереди идущего лакея, освещавшего нам путь, была напряжена, и я уверена, что он не пропускал и слова из нашей пикировки. Можно было только представить, какие слухи теперь начнут бродить среди слуг.
- Несколько странно, что вы превозносите того, от чьей руки погиб ваш супруг.
- На всё воля богов. Это была честная схватка. Даже вы не можете оспорить этого. К тому же аттан Корнуилса и Его Величество всеми силами старались избежать поединка.
Не знаю, до чего бы мы договорились, продолжи азгарн цепляться ко мне, но мы достигли детской, и всё остальное потеряло для меня значение, стоило услышать детский плач.
Я рванулась в комнату, не видя ни лекаря, ни нянек, толпившихся вокруг, стремясь к колыбели сына. Увидев родное покрасневшее личико, я забыла обо всём на свете. Осталось одно лишь желание - взять на руки и прижать к груди. Не схвати меня азгарн, я бы сделала это.
- Держите себя в руках! - процедил он, крепко впившись пальцами в предплечья. Потеряв голову, забилась в его руках, но хватка была железная.
- Где можно помыть руки? - рыкнул над ухом Ламмерт и буквально оттащил меня от колыбели.
Чувствуя, что меня опять разлучают с сыном, я сошла с ума, ополчившись против азгарна и видя в нём врага. В себя пришла в ванной комнате от хлёсткой пощёчины. С удивлением увидела на щеке мужчины свежие царапины. На меня как затмение нашло, я даже не помнила, когда это сделала. Сам же он был в ярости.
- Я не подпущу вас к ребёнку в таком состоянии! Прекратите истерику!
- Спасибо. Дайте мне пару минут, - тихо произнесла я, заставляя себя собраться и думать. Пощёчина отрезвила. Филиппу нужна помощь, а я расклеилась. - Пришлите сюда служанку. Мы сделаем ванночку с травами.
- Купать ребёнка при жаре не самая лучшая идея, - заглянул в ванную лекарь. Видимо дворецкий объяснил, кто мы такие, и говорил тот почтительно, старательно не замечая наш взъерошенный вид и расцарапанную щёку азгарна.
- Поверьте, я знаю, что делаю, - уверенно ответила ему. - Мне ещё нужен крос, чтобы сделать отвар.
- Я отвечаю за здоровье наследника и не могу вам позволить что-либо готовить для него без моего присмотра.
- Значит, буду делать под вашим присмотром, - не стала спорить я. - Скажите, как давно у него жар?
- Сегодня с утра. Я бы не советовал сейчас купать ребёнка.
- Под мою ответственность, - подал голос азгарн и, бросив неприязненный взгляд в мою сторону, вывел лекаря, оставляя меня одну. Вскоре пришла служанка, которая захлопотала вокруг меня, пока я умывалась. По моей просьбе принесла нечто вроде белого фартука поверх платья, подобный был на ней, и помогла мне его надеть. Я не хотела, чтобы ребёнок соприкасался с пыльной одеждой. Когда я была готова, сделала глубокий вдох и вышла, пряча в складках платья дрожащие руки.
Лекарь что-то говорил дворецкому, азгарн стоял с ними, но следил за мной глазами. Сдерживая себя, уже спокойно подошла к колыбели и взяла, наконец, плачущего сына на руки.
- Филипп, - прошептала я, горло сжалось и голос сел. Дотронулась губами до его лба, который был обжигающе горячим. Осыпала поцелуями его лицо, желая прогнать жар. Ребёнок затих, смотря на меня. Я заметила, что цвет глаз у него потемнел, став более насыщенным. Наверное, будут карими, как у Влада. - Мальчик мой...
- Кто кормилица? - спросила я у окруживших меня слуг.
- Я, - выступила вперёд дородная женщина.
- Как он сегодня ел?
- Мало. Капризничает, плачет целый день.
- Ничего, - посмотрела на сына и заворковала над ним, - сейчас мы тебя покупаем с травками, напоим, и ты у меня покушаешь. Да? Солнышко моё! Мама теперь рядом и прогонит температуру. Ты у меня больше никогда не будешь болеть.
Нужно было идти варить отвар, но я не могла расстаться с сыном. Подошла с ним к лекарю и спросила:
- Вы пойдёте со мной на кухню?