- Вы поженитесь?
- Нет, - прозвучало немного резко и вопросов больше не последовало. Бетти опустила глаза и сложила на коленях руки. Мне стало стыдно за себя. Сама в её жизнь лезу, а на подобные вопросы не отвечаю. - Бетти, извини. Всё просто слишком неожиданно произошло. Время покажет. Если вернусь, тогда и буду что-то решать.
- «Если»? - вскинула она на меня удивлённый взгляд.
- Когда, - поправилась я. Ни к чему ей было знать о моих планах.
***
Ехали мы до самого вечера, лишь раз сделав короткий привал. Ридгарн своей выходкой взбудоражил, но постепенно я успокоилась. Однообразный пейзаж за окном убаюкивал, и мы задремали с Бетти. Сквозь сон я чувствовала зуд в запястьях, но точно утверждать не могу. В любом случае, тревожить меня не стали.
Проснувшись, увидела холмы, покрытые цветущим вереском. Хотелось остановиться и выйти размяться, но представив, что придётся останавливать весь кортеж, сдержалась. В начале пути ещё встречались деревеньки, обнесённые высоким частоколом и постоялые дворы, но чем дальше мы отъезжали, тем более пустынной становилась местность. Власти привечали крестьян на ничейной территории и налоги с них не взимали. Конечно, если тварям из разлома удавалось зайти далеко, именно они становились первым пушечным мясом. Водились и разбойники, но их отлавливали, да и не так уж много их было. Этот рисковый народ предпочитал грабить в обычных лесах, где требовалось сражаться лишь с людьми.
Я не вредничала в дороге, хотя путешествие в карете не самое приятное: нудно, неудобно, трясёт. Понимала, что за светлое время требуется преодолеть как можно большее расстояние. К вечеру, когда мы остановились на ночлег на постоялом дворе, с облегчением покинула карету, мысленно окрестив её средневековым орудием пытки и с ностальгией вспоминая современные автомобили с их удобствами.
Сам двор, вместе с хозяйскими постройками, был обнесён высоким частоколом. Тяжёлые ворота распахнуты, но, несомненно, в тёмное время суток их запирают. Во дворе колодец. Дом бревенчатый, двухэтажный.
Мальчишки лет одиннадцати и тринадцати принимали лошадей. Я не спешила заходить в дом, осматриваясь по сторонам, и с удовольствием ощущая под ногами твёрдую почву.
- Позвольте вас проводить, - подошёл ко мне Варгос.
- Мне бы ещё минутку воздухом свежим подышать, - улыбнулась ему я. Несмотря на долгий путь верхом, он ещё довольно прилично выглядел.
Ох, лучше бы я сразу зашла, так как принесло азгарна, который холодно поинтересовался, где я потеряла прах супруга. Так и хотелось ответить, что по дороге развеяла.
- Остался в карете. Или вы считаете, что ему тоже необходим отдых? - не удержалась от шпильки я.
- Драгоценности вы же не оставили в карете. Выходит, что прах для вас менее ценен? - уколола меня в ответ блондинистая гадюка.
- Бетти? - спохватилась я, посмотрев на неё.
- Ой! - пискнула та, и побежала к карете.
- Как видите, ценности я тоже там оставила, - обернулась к азгарну. - Если же вы опасаетесь, что кто-то может покуситься на прах - я не против, если вы поставите в караул своих людей возле экипажа.
- Своих людей вы тревожить не желаете? - ядовито поинтересовались у меня.
- Люди из моего сопровождения выделены лишь для моей охраны, - отрезала я. Ещё не хватало, чтобы они караулили урну!
- Все сегодня довольно сильно устали, давайте не будем надумывать проблемы и дадим ногам отдых. Наши дозорные останутся во дворе, и будет кому присмотреть за каретой, - миролюбиво заметил Адрин Сейн, подходя к нам. - Виктория, позвольте вас сопроводить? - предложил он мне руку.
- Благодарю, - признательно улыбнулась мужчине. С ним я после выхода из трёхдневного заточения больше не встречалась, но впечатление о себе он оставил приятное.
Кроме нас, гостей больше не было. В доме жили хозяин с женой и детьми. Два сына были совсем взрослые и имели свои семьи. Девчушки лет десяти и восьми помогали матери и сновали между столами, подавая напиться с дороги. Сама хозяйка, немолодая женщина с повязанным на голове платком, скрывающим волосы, появилась лишь ненадолго узнать, сколько нас и скрылась на кухне готовить.
Больше всего мне хотелось помыться, и я попросила показать мне комнату, а так же наполнить ванну. Правда, поднявшись на второй этаж по скрипучей лестнице и посмотрев выделенные покои, я бы сказала, что деревянную бадью за ширмой ванной назвать можно лишь с большой натяжкой. Внутри номера было хоть и чисто, но по спартански мало мебели: кровать, тумбочка, на которой стоял таз с кувшином для умывания и подсвечник. Ещё был сундук с брошенным поверх матрасом. Наверное, на нём предлагалось сидеть или спать служанке. Возле кровати лежали домотканые дорожки. Окно, выходящее во двор, было без занавески и закрывалось ставнями. Что ж, хоть что-то, а то не хотелось бы мелькать в неглиже перед людьми внизу.
Я подошла к тазу и, полив себе из кувшина, умылась и помыла руки.
Предупреждающий стук и в комнату тут же вошли Бетти с Варгосом. Он окинул взглядом обстановку, подошёл к окну, выглянув.
- На ночь обязательно закройте ставни, - сказал он. - Моя комната рядом, если что.
- Хорошо, - согласно кивнула я.
- Отдохните, я пришлю сообщить, когда ужин будет готов, - произнёс он и посторонился, пропуская в комнату молодую женщину с вёдрами.
Варгос ушёл, а я с сочувствием наблюдала, как молодка корячится с вёдрами и недобрым словом вспоминала всех мужиков. Даже в поместье аттана воду для мытья носили женщины. Но там была иерархия слуг, а здесь обычная семья.