Мои груди качаются в ритм его толчков, и я опираюсь на локти, чувствуя, как на коже выступает испарина. Его пальцы скользят между моих ног, находя клитор, и начинают массировать его круговыми движениями.
Я кричу, моё тело дрожит, и волна оргазма накатывает, сжимая его член внутри меня. Мои внутренние мышцы пульсируют, сжимая его, и он стонет, ускоряя темп.Заставляя меня выгнуться и закричать от удовольствия.
Он наклоняется, целуя мои плечи и шею, его щетина царапает кожу, и это добавляет новый слой ощущений.
И я шепчу его имя, теряя себя в этом сладком ритме. Его толчки становятся резкими, почти животными, и я чувствую, как оргазм накатывает.
Мои ноги дрожат, и я сжимаю бёдра, пока волна удовольствия захлёстывает меня, заставляя кричать.
Марк следует за мной, его тело напрягается, и я чувствую, как он кончает на мои ягодицы, горячие струи стекают по коже. Его стоны эхом отдаются в комнате, и он падает на меня, тяжело дыша, его вес прижимает меня к дивану.
Мы лежим, запыхавшись, потные и липкие, его член упирается мне в попку, медленно смягчаясь. Моя кожа горит, между ног пульсирует от пережитого, и я впервые понимаю, что такое настоящая страсть.
Он целует меня нежно, его губы мягкие, и я чувствую, как слёзы текут по щекам — не от боли, а от того, что это было моим первым разом, и с таким страстным мужчиной. Засыпаю я со счастливой улыбкой на губах.
Просыпаюсь я в огромной кровати, утопая в мягких простынях, которые пахнут его парфюмом.
Тело ноет сладкой усталостью, кожа всё ещё помнит его прикосновения, но когда я открываю глаза, понимаю, что лежу абсолютно голая.
Марка рядом нет. Простыни на его стороне холодные, а мои вещи просто исчезли. Сердце сжимается от смутного беспокойства, и я сажусь, озираясь по роскошной спальне с высокими потолками и панорамными окнами, через которые пробивается мягкий утренний свет.
Решив не паниковать, я выбираюсь из постели, чувствуя, как ноги ноют после вчерашнего. Иду к гардеробной, где нахожу чистую, белую рубашку Марка.
Надеваю её, ткань мягко обволакивает моё тело, едва доставая до середины бёдер. Закатав рукава, я босиком ступая по паркету, иду искать его.
Шум доносится из конца коридора, и я подхожу к открытой двери спортзала. Марк бегает на беговой дорожке, его тело покрыто тонким слоем пота, мускулы напряжены, а движения ритмичны и мощны.
Его футболка прилипла к спине, обрисовывая каждый рельеф, и я замираю в проходе, не в силах оторвать взгляд. Пот стекает по его шее, капая на грудь, и я ловлю себя на том, что любуюсь им — его силой, его дикой энергией, которая вчера принадлежала мне. Сердце бьётся быстрее, и я чувствую тепло, поднимающееся от живота, пока наблюдаю за ним.
Он вдруг останавливается, выключает дорожку и вынимает наушники из ушей, оборачиваясь. Его взгляд падает на меня, и на мгновение я вижу в нем досаду. Я улыбаюсь, стараясь разрядить напряжение.
— Доброе утро, — говорю мягко, переминаясь с ноги на ногу в его огромной рубашке.
Он вытирает пот со лба полотенцем и грубо, почти отрывисто, бросает мне:
— Ты ещё здесь? Я думал, ты уже уехала.
Его слова ударяют как холодный душ, и я замираю, не зная, как ответить, чувствуя, как все волшебство ночи растворяется в его резком тоне.
Глава 25
Я смотрю на Марка, и в его глазах вижу только стальную холодность, отстранённость, которая обрушивается на меня, как ледяной водопад.
Он стоит передо мной — мощный, потный, с напряжёнными мускулами, истинное воплощение мужской брутальности, которая вчера так манила, а сегодня кажется угрожающей.
И в его взгляде нет ни намёка на ту нежность, ту заботу, что была ночью. Только... досада.
— Я… я проснулась и тебя не было, — бормочу я, щёки краснеют.
Мне вдруг становится невыносимо стыдно за свою наивность, за то, что я позволила себе поверить в сказку.
Марк отбрасывает полотенце и подходит к стойке с водой, наливая стакан. Его движения резкие, отрывистые, в них нет той медленной, завораживающей грации, которая была вчера.
— Я уже говорил, что ты наивна, Лиза, — бросает он с неприкрытым цинизмом, делая большой глоток воды. — Думала, что после ночи в моей постели мир перевернётся? Это просто секс. Хороший, не спорю. Но не более.
Эти слова бьют меня наотмашь, словно пощёчина. Я чувствую, как в глазах закипают слёзы, но я стискиваю зубы, не давая им вырваться.
— Тебе пора домой, — продолжает он, указывая на открытую дверь спортзала. — Твои вещи уже собраны.