— В чем дело? — спрашивает Александр низким и рычащим тоном.
Схожу с тротуара, надеясь спрятаться в тени его большого тела, когда они пройдут мимо нас.
— Наконец-то, — говорит Кортни. — Я думала, она никогда не уйдет.
Я прячусь еще дальше за Александром.
Линкольн со смешком соглашается.
— Лучше бы она никогда не возвращалась.
Мои легкие сжимаются.
— Какого хрена? — Я выхожу из своего укрытия.
Линкольн и Кортни резко останавливаются и отскакивают друг от друга, как будто их ударило электрическим током.
— Черт, Джо, — бормочет Линкольн. — Ты меня напугала.
— Джордан… эй… — беззаботно говорит Кортни. Ее взгляд скользит к Александру, который стоит, как великан, и выглядит совершенно разъяренным.
— Ты бы хотел, чтобы я никогда не возвращалась? — Жгучая потребность поднимается во мне, но я не могу сказать, хочу ли ударить его или раствориться в слезах. — Что я тебе сделала?
Он заикается, спотыкается и падает на своих словах.
— Это… это не то… что я…
— Я слышала, что ты сказал! — Я бросаюсь вперед, чтобы толкнуть его или ударить, причинить ему боль любым возможным способом, но мужская рука обхватывает меня сзади и прижимает к стене мускул.
Линкольну приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть Александру в лицо.
— Эй, убери от нее свои руки.
Я ловлю себя на том, что крепко прижимаюсь к Александру, молча умоляя его не отпускать меня.
Гризли сильнее притягивает меня к себе, крепко обнимая за талию. Намек на злую ухмылку кривит его губы.
— Создатель обещаний, — рычит он.
Линкольн переводит взгляд с Александра на меня.
— Вы двое знаете друг друга?
— Да, это Александр Норт, — говорю я, чувствуя себя немного самодовольной от восхищения, сияющего в глазах Кортни, когда она смотрит на него. — Человек, который спас меня.
Глаза Линкольна расширяются, когда он оценивает весь рост и ширину Александра.
— Ни хрена себе... — выдыхает он. Он протягивает руку. — Ну, я в долгу перед тобой за то, что ты вернул мою девочку в целости и сохранности.
— Твою девочку? — Александр хмуро смотрит на руку Линкольна, а затем переводит взгляд на Кортни.
Ее глаза наполняются слезами, и мне жаль, что я не могу предостеречь ее от влюбленности в Линкольна. Судя по ее виду, я бы сказала, что уже слишком поздно.
— Думаю, мы оба знаем, что наши отношения закончились на той горе. — Когда я вижу, что Линкольн и Кортни не улавливают моего тонкого намека, я жду еще несколько секунд, надеясь, что они не заставят меня сказать это.
— Давай, Джо. — Линкольн протягивает мне руку. — Поехали домой.
Воздух потрескивает от напряжения, и Александр отпускает меня, чтобы сделать шаг вперед. Я хватаю его за бицепс, и затвердевшая мышца дергается под моей ладонью.