– Э-э-э… ну давай…
Усмехаюсь. Моего сына сложно удивить, но тут мне удается. Понимаю почему. Ни разу за всю его карьеру я не обращался к нему по поводу посторонних напрямую. Был такой уговор, да и в принципе повода не было.
Но… всё течет… всё меняется…
– Виктория Бардина. Что по ее делу скажешь?
– Оп-па! А с какой целью интересуешься?
– С той самой, что она – твоя будущая мачеха, – припечатываю, даже не задумываясь.
Свист слегка оглушает.
– Бать, ты трезв?
– Как стеклышко, – фыркаю и тут же снова становлюсь серьезным. – Так что там? Дело медленно будет двигаться?
– Да нет. Я вчера с ее муженьком встречался. Подробности разглашать не буду. Но он – не дурак, согласится на быстрое расторжение брака, иначе потеряет слишком много.
– Вот как… уверен?
– Да, – припечатывает Ромка и тоже становится серьезным. – И бабки там пилятся не хилые, бать.
– К чему ведешь? – тоже напрягаюсь.
– К тому, что нет человека, нет проблемы. Понимаешь, о чем я?
– Вике нужна охрана?
– Верно. Я как раз собирался с ней вечером пересекаться и об этом говорить.
– Ясно. Говори, – соглашаюсь. – И скажи, что у тебя есть на примете толковые. А я сам дальше разберусь.
– Хм… – усмехается Ромка. – Видать, реально ты, бать, запал…
– Запал-запал, мелкий, – фыркаю. – И это… еще момент… Романыч, не говори ей, что ты мой сын.
– О как даже?
– Ну да. Я сам признаюсь… попозже… – усмехаюсь, – кто ж знал, что мир такой тесный, млин.
– То есть, – смекает детеныш, что ростом чуть выше меня, – это не ты ей меня рекомендовал?
– Не-а, не успел. Она мне про тебя сама неделю назад поведала. Хвасталась, что подруги лучшего из лучших ей нашли.
– Прикольно! Я усек.
Смеемся на пару.
Еще несколько минут обсуждаем графики и прощаемся.
А уже с утра следующего дня моя Викуся находится под круглосуточным наблюдением спецов.
На хер риск! Я пятьдесят лет ждал, чтобы такую охрененную женщину встретить. И не собираюсь ее терять.
Никакие форс-мажоры мне нафиг не упали!
С ней всё будет в порядке.