Только это понимаешь не сразу, а со временем.
В двадцать пять же, да, соглашусь, кажется, что всё лучшее уже почти произошло, и если сейчас не хвататься за красивого и богатого самца руками, ногами и зубами, то лет через пять-десять ты точно останешься одна, потому что будешь уже дряхлой и никому ненужной бабенкой.
Ох уж эти стереотипы!
– Я тебя предупредила, – раскосые глаза блондинки пытаются прожечь в моем лбу дырку, но ее «корова» сзади справляется намного лучше. Моя попа снова подгорает.
Да что ж такое-то?!
– А можно мне уже перейти к шавасане? – обращаюсь к тренеру с мольбой в глазах.
Как-то подниматься, сматывать коврик и уходить, когда вокруг все старательно трудятся, не совсем красиво, да и не в моем стиле. А вот намекнуть, что пора бы и полежать, отдохнуть, – это запросто.
Улыбнувшись, девушка-организатор добродушно кивает и дает добро:
– Поза трупа у многих любимая. Если устали, конечно, давайте полежим.
Смотреть, как выполняется это упражнение мне не нужно. Я его вызубрила самым первым, потому что очаровалась им с первого взгляда.
Укладываюсь на спину. Немного развожу в стороны ноги и руки. Прикрываю глаза.
Ка-а-а-йф!
Вот бы так всегда в спорте. Полежал трупиком – и минус пять килограммов жира. Эх, мечты-мечты!
В каюту возвращаюсь в отличном настроении и весьма бодрая. Принимаю душ, сушу волосы, надеваю бриджи и блузку в горох и отправляюсь на завтрак.
На выбор гостям предоставлены несколько бесплатных ресторанов с самообслуживанием и более изысканные места, где вам всё принесет официант, но за денежку.
Что ж, я не гордая и экономная. Вполне смогу сама себя обслужить и совершенно точно при этом не переломлюсь. Заодно и ассортимент изучу в естественном виде, а не по картинкам.
А еще почти на сто процентов уверена, что никто мне там не помешает нормально поесть. Ни любители глазеть на старые попы, ни дамочки, караулящие этих самых любителей. Такие ходят только в вип-места.
Глава 25
Ассортимент представленных блюд приятно радует. Выглядит всё тоже аппетитно. Свежо, горячо, не заветрено.
Наполняю поднос всем понемногу. Брать десерт или нет – даже не раздумываю – естественно беру. Я же в отпуске, отдыхаю, расслабляюсь, напитываюсь положительными эмоциями. А как же релаксировать без сладкого?!
Подцепив щипцами, выкладываю на блюдечко несколько видов восточных сладостей и делаю мысленную пометку, что в следующих раз обязательно попробую вон то беленькое пирожное, похожее на «Наполеон», а потом шоколадное с вишней, и еще мне нравится желтенькое с синим цветочком и синенькое в белую полосочку… Хотя с синеньким, пожалуй, повременю. Судя по почти целому подносу, мало кто рискнул отведать.
На что по привычке обращаю внимание – так это на пищевые лотки, они не пустуют. Все заполнены минимум наполовину, но в основном на две трети или целиком, хотя я пришла абсолютно точно не в числе первых и даже не в числе вторых завтракающих.
Вспоминаю нашу столовую рядом с больницей и усмехаюсь. Там неизменно действует только одно правило: кто успел – тот и съел. А тот, кто протянул резину и пришел к середине трапезы: подгребает остатки.
Окончательно определившись с выбором, занимаю свободный столик подальше от раздачи, расставляю тарелки, присаживаюсь и приступаю к дегустации. От ароматов уже во всю слюнки текут.
– Не хосю касю!
– Ешь! Она полезная!
– Неть!
– И я не буду!
Картина за соседним столиком притягивает внимание. Мама двух девочек, похоже, погодок лет трех и четырех, пытается накормить своих чад кашей. Но та оказывается где угодно, только не в детских ртах. На скатерти, на одежде, на полу, в волосах. Очередной «шмяк» ложкой по тарелке, и овсянка отлетает в стакан с соком.