– Хозяин-барин, – пожимаю плечами. – Бросаться на шею и кричать «Ура!», уж извини, не стану. Как и сочувствовать твоему горю.
– Горю? Ты о чем? – улавливаю недоумение и не сдерживаю ехидства.
– Ну кто ж знает, чего ты свою любимку вдруг сегодня ночью игнорируешь? Вдруг на каждый день мужской силы уже не хватает?!
Приторно-печально вздыхаю, играя бровями, и теперь точно ухожу.
– Да ты вообще что ли?!
Бардин разоряется непечатными фразами, но я пропускаю их мимо ушей. Пусть повоняет немного или много, ему в любом случае полезно.
А мне уже все равно.
– Мама, и что теперь будет? – своих девчонок нахожу в спальне Ришки.
Как и предполагала, обе в слезах. Сидят в обнимку, и кто кого успокаивает – тот еще вопрос.
– Развод, девочки, будет, – не скрываю от них очевидного.
– Но как же так?
– А другого выхода нет?
Перебивают они друг друга.
На лицах обеих я вижу отражение собственных эмоций, что преследуют меня вот уже несколько дней – неверие, страх, беспомощность, разочарование.
Но помочь тем, на что они пусть и молчат, но глубоко внутри рассчитывают, я не могу. Потому отвечаю твердо:
– Для меня – точно нет. Я вторых шансов предателям не даю.
– А для нас? – спрашивает Марина. – Есть другой выход?
Подсаживаюсь к младшенькой, обнимаю ее одной рукой, а вторую протягиваю старшенькой.
– Так это ж не вы, дочь, разводитесь. Не ты, ни Лана, а я. Вас отец как любил, так и будет любить дальше. Тут все остается неизменным.
– Но он… он уйдет? Он нас бросит?
Снова пожимаю плечами.
Последнее время я часто так делаю. У меня на столько вопросов нет ответов, будто я не взрослая тётя, а маленькая испуганная девочка. Потерянная и дезориентированная.
Только это не так. Я взрослая. И я непременно со всем разберусь.
– Он не хочет уходить, Риша, – отвечаю в итоге, как есть, – но… мне некомфортно с ним жить под одной крышей. Тем более, если он когда-нибудь решит привести в этот дом свою любимку.
– Её? Сюда?
– Зачем, мама?
Восклицают обе девочки одновременно.
– Может, чтобы с вами познакомить. Может, чтобы тут жить вместе с ней. Это лишь предположение.
– Какой ужас! Я сойду с ума! – восклицает Света, обнимая свой заметно округлившийся животик.
– И я тоже! – вторит ей Риша.