– Не боись, Викусь. Налопаешься до отвала еще и домой с собой для Ришки заберешь, – успокаивает с улыбкой в голосе. – Я правильно понимаю, что мелкая отказалась ехать?
– Ага, отказалась. К свекрам надумала смотаться. Подарком они ее заманили.
– Да ладно?! – Соболева, как и я, не скрывает сарказма. – Давно ли из Бардиных старших щедрость выпирать стала? Неужто совестливостью на старости лет заразились?
– Сама в шоке, – смеюсь, соглашаясь с мнением подруги. Замечаю Иринку, уже обходящую шлагбаум, машу ей рукой и все же возвращаюсь к тому, из-за чего позвонила. – Галь, вы с Егором не будете против, если я к вам на дачу Ромку приглашу?
– Какого из двух? – тут же уточняет вредина.
Я даже на секунду зависаю.
– Моего.
Хихиканье в трубку. И следом пояснение:
– Твоего адвоката или твоего горячего ночного телефонного маньяка? Окружила себя, понимаешь ли, одними Романами, как падишах невольницами из гарема, еще и роман с Романом закрутила.
– Ах ты зараза завистливая! – чихвощу ее, а сама лыблюсь почти до слёз. – Я про капитана вообще-то говорю. Если предположительно он в гости в нашу компанию чуть позже нагрянет, катастрофы не случится?
– Мать, какая катастрофа? Окстись! Случатся исключительно смотрины и охренительно интересный допрос с пристрастием. Больше ничего. Но не переживай. Вместо наручников и дубинки будем использовать коньячок и сочные куски шкворчащего мяса. Он же у тебя не веган, надеюсь?
– Нет, мясоед. Проверено, – хохочу в голос и на вопросительный взгляд Федоровой только мотаю головой. – Галь, с твоим подходом он не устоит.
– Так на то и будет прицел, Вика.
Сообщив раздухарившейся Галинке, которая уже принялась кричать мужу, чтобы он мчался в магазин за еще одним Джеком Дениелсом, что Иринку забрала, и мы выдвигаемся, сбрасываю вызов и вкратце обрисовываю второй подруге причины Соболевского веселья.
– О-хо-хо-нюшки, – потирает ладошки Федорова. – Вечерок ожидается интересненьким.
– Я еще не знаю, согласится ли Ромка, – пытаюсь остудить яркий блеск в ее глазах.
Но Иринка отмахивается и командует:
– А что тут знать? Пиши ему и не парься.
Легко сказать: «Пиши». Впрочем, сделать тоже несложно.
Немного подрагивающими пальцами набираю Роме сообщение с предложением присоединиться к нашему загородному отдыху на природе, отсылаю и мысленно считаю секунды. А всего пару минут спустя читаю ответ:
«С удовольствием, Викусь, присоединюсь. Пришли мне только адрес».
– Ну вот и классно! – подмигивает Федорова, которая будто и не сомневалась, что капитан скажет «да».
– А мне что-то страшно, – признаюсь, поворачивая к ней голову вместо того, чтобы тронутся с места.
– Почему, Вик? Нас стесняешься или в нем не уверена? – становится серьезной подруга.
Прислушиваюсь к себе и отрицательно качаю головой.
– Не знаю. Не то, не другое, Ир. Но волнение не отпускает.
Федорова отщелкивает ремень безопасности, который только что успела закрепить, и подается ко мне ближе. Обнимает и, поглаживая по спине, с видом знатока негромко произносит:
– Переживания – это нормально. Просто кто-то, не будем показывать на нее пальчиком, влюбился и переживает за еще хрупкие, только начинающиеся отношения.
– Думаешь?
Отклоняюсь и заглядываю в ее понимающие глаза.