— Готово! — выдохнула я, чувствуя, как силы покидают меня, оставляя лишь звенящую пустоту. — Гони! Но не по дороге, бери правее, через малинник!
Телега дернулась. Девушка на козлах, проявив неожиданную смелость, хлестнула лошадь.
Я рухнула на дно рядом с дочерью. Мир превратился в калейдоскоп из тряски, хруста веток и тяжелого дыхания моих спутниц. Двадцать минут беспомощности пошли.
Я подхватила Сирену на руки — она лишь сонно причмокнула, даже не осознавая, какая тень накрыла лес. Белый дракон. Редкая порода, ледяная знать или высокопоставленный каратель. Если это тот самый «главный», о котором говорили девушки, то его визит сегодня явно не входил в расписание «раз в день вечером».
Я скользнула вниз с дерева, стараясь не задевать ветки. Ноги коснулись земли бесшумно, но сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.
— Быстрее! — прошипела я, выбегая к телеге.
Девушки вжали головы в плечи, завидев в небе стремительно растущую белую точку. Юная веснушчатая девчонка на козлах побелела так, что её веснушки стали похожи на просыпанную гречку. Она уже замахнулась вожжами, но я перехватила её руку.
— Рано. Заметит движение — сожжёт или заморозит на месте.
Я уложила Сирену на дно телеги между тюками с сеном и, прикрыв её своим плащом, шепнула: «Спи, маленькая, мама рядом». Затем я закрыла глаза и начала ткать Иллюзию.
Это было похоже на то, как если бы я вытягивала из собственных вен раскаленные нити. Магия элийцев тонка, она требует концентрации, которой у меня сейчас почти не осталось. Я накрыла телегу и испуганных пленниц «пологом безразличия». Для любого смотрящего сверху мы должны были стать просто грудой старого хлама, припаркованного у забора.
— Не дышите, — приказала я, чувствуя, как перед глазами поплыли черные круги.
Дракон пролетел над нами. Поток холодного воздуха от его крыльев едва не опрокинул телегу, в нос ударил запах озона и древней силы. Он приземлился во дворе дома с тяжелым глухим звуком, от которого вздрогнула земля. Послышались крики людей и испуганный лай собаки, который тут же оборвался коротким скулением.
— Сейчас! — выдохнула я, чувствуя, как силы покидают меня, оставляя лишь звенящую пустоту. — Гони!
Телега дернулась. Девушка на козлах, проявив неожиданную смелость, хлестнула лошадей. Мы сорвались с места в тот самый момент, когда во дворе раздался яростный рев дракона, обнаружившего пустые клетки.
Я рухнула на дно телеги рядом с дочерью. Мир превратился в калейдоскоп из тряски, хруста веток и тяжелого дыхания моих спутниц. Двадцать минут беспомощности пошли.
Мы рванули по единственной дороге, которой, видимо, пользовались похитители девушек. Я только лежала на боку, наблюдая за небом. Скорее всего дракон приземлится прямо возле дома, а значит раскусит иллюзию не слишком быстро. Хотя он может направиться сразу к пленницам, и тогда очень быстро почувствует мою магию.
Этот момент наступит вот-вот…
— А я Холли, — заявила веснуштачатая, врываясь в мысли. Она даже повернулась, чтобы ободряюще улыбнуться, но ни на секунду не выпускала вожжи из рук.
Холли ловко управляла телегой, лошадь бежала что есть мочи, а нас даже не качало. После столь сильной магии мне было так плохо, что даже дышать тяжело, поэтому Сирену держала на руках приятная девушка с черными, самая старшая из всех. Кажется, они даже представились, но я не запомнила. Хороша королева, конечно…
Только я расслабилась, когда заметила в переливе солнца тонкую нить защитного периметра.
— Осторожно! — закричала я слишком громко для лесной тишины.
Испуганная Холли резко натянула вожжи, лошадь резко дернулась в сторону, и мы едва не перевернулись. Зато подпрыгнули на кочке так неожиданно, что я прикусила себе губу. Сразу же на языке проступил соленый привкус крови.
— Простите, — залепетала Холли, наконец совладав с управлением лошадью.
Теперь периметр располагался параллельно нам. Вытяни руку — и дотронешься до него. И тогда конец конспирации.
— Все в порядке, — отозвались из глубины телеги.
— Что делать? — спросили уже меня.
Я бросила взгляд на Сирену, чтобы убедиться, что она не пострадала. Ее защитница покрылась ссадинами, зато на дочке ни одной царапины. Только большие глаза наполнены слезами и губа мелко дрожала.
— Тише, маленькая, всё позади, — я коснулась щеки дочери, и магический откат отозвался в пальцах мелкой дрожью.
В этот момент лес позади нас взорвался.
Это не был просто крик зверя. Это был низкочастотный, вибрирующий рев, от которого заложило уши, а верхушки вековых сосен качнулись, словно от штормового порыва. В этом звуке смешались ледяная ярость и осознание того, что драгоценная добыча ускользнула прямо из-под носа.