И Юлиан обнажил меч.
Глава 15
Я не мог поверить в то, что услышал.
Не анализируя, что делаю, я взлетел по ступеням и мгновенно отразил удар. Наши мечи громко лязгнули друг о друга.
— Ты думаешь, что делаешь?! — закричал я и оттолкнул Юлиана. Все же я был военным, а брат фехтовал ради сохранения формы. — Ты мне ребенка поранишь!
Я отвернулся, чтобы посмотреть, где Сирена. Представлял, как сильно она испугалась!
— Ей все равно не жить! — взревел Юлиан и пихнул меня, отчего я едва не упал с лестницы, однако поймал равновесие и отразил удар, оттесняя брата.
— Очнись! Она дочь дракона! Единственная!!! — я пытался достучаться до брата, а он запульнул в меня заклинанием обездвиживания. Я уклонился, и оно с громким треском врезалось в каменную колонну.
— И что?!
— Ты совсем головой поехал?! Уничтожишь мою дочь — уничтожишь будущее Огненных драконов! — я отпрыгнул в сторону, когда другое заклинание летело в мою сторону.
— Дерись! — требовал Юлиан. — Дерись, предатель!
Я с остервенением отбросил меч.
— Я не буду с тобой драться. На сегодня я ухожу с дочкой, дам твоему огненному нраву остыть. Если захочешь поговорить, зови, — рявкнул я.
Нашел забившуюся за диван Сирену и подхватил ее на руки. Юлиан не стал бросать заклинания мне в спину, все же в нем есть достоинство. Дочка доверчиво прижалась ко мне и тихо всхлипывала от испуга. Она многое не поняла из наших слов, кроме того, что дядя ей откровенно был не рад. Да я за одну ее слезинку готов растереть весь мир в порошок. Пусть только попробует Юлиан еще раз пойти против меня!
У ворот дворца меня ждал оруженосец и верный конь. Я посадил Сирену и взлетел сам, пришпорил коня и понесся подальше от места, которое давно возненавидел всей душой.
Никогда не был настоящим принцем, как хотел отец и мечтала мать. С детства я дрался с Юлианом и всегда побеждал, хоть и был младшим. В какой-то момент парламент даже пророчил мне престол, но отца эти мысли повергли в ужас. Так меня отдали в военную академию, где дрессировали с утра до ночи.
Лишь когда родители вдвоем по велению шамана отправились в лаву на вечный сон, я исполнил их волю: подчинился Юлиану и стал генералом.
— Папотька, а потему дядя так клитял? Потему махал метем? — спросила Сирена спустя время. Мы как раз подъезжали к моему особняку на самой окраине Ксарийса. Здесь еще тихо и спокойно, хотя обещали плотную застройку в этом столетии.
— Потому что он у нас нервный. Все же король, большая ответственность. Мало спит, устает.
Сирена серьезно кивнула.
— Дедуфка тозе много клитял.
— А баловал?
Я осторожно спустил Сирену на землю и отдал поводья слуге.
— Нет, — малышка помотала головой и тяжело вздохнула, как умеет вздыхать далеко не каждый взрослый.
— А бабушка баловала?
— Нет.
— А кто-нибудь баловал? — я искренне еще больше невзлюбил ту родню дочери.
— Лиала только. И Ной, — лицо Сирены просветлело.
И вот как быть, если этих двоих я на дух не переношу?
— Малыш, может, найдем тебе новую няню? Более опытную? — предложил я. Хотя стоило бы взять в расчет, что вопрос с Юлианом не закрыт и очень быстро наберет страшный масштаб. Я почти устроил революцию. Впрочем, дело этим и закончится, если брат не одумается. Парламент будет на мой стороне: никто не откажется от драконицы, когда уже давно ни одной не рождалось.