– Ну тебя, – иронично фыркнув, понимаю, что настроение, чуть понизившееся из-за очередного заскока Царицы, вновь стремительно поднимается вверх. – Идём, я дам тебе свой второй ноут.
– Да он и так у меня, – напоминает Марат. – Оба! И большой, и маленький. Мы играли. Забыла?
– Точно, – поднимаюсь за ним и, глядя на крепкий зад мужчины, ловлю себя на желании хлопнуть по нему ладонью. – Заберу и вернусь к себе.
– У тебя кровать сломана, – Марат распахивает передо мной двери и подмигивает. – К тому же у меня заложники.
Покачивает тарелкой с бутербродами.
– У меня ещё стул есть, – вхожу, намереваясь забрать ноутбук и уйти, предчувствуя, что если останусь, никакой учёбы не выйдет.
– Сломать? – услужливо предлагает мужчина.
– Очень смешно, – хмыкнув, иду с добычей к выходу, но Марат преграждает мне путь. – Пусти. Царёва и так ко мне по-особенному относится, а если не отмечусь на первой удалённой лекции, и вовсе с цепи сорваться может.
– И что она тебе сделает? – он выгибает бровь.
– Двойку влепит ни за что, – пожимаю плечами.
– От этого ещё никто не умирал, – Марат тянет меня к кровати. – А вот от тоски по любимой женщине, говорят, такое происходит сплошь и рядом. Вот, садись!
Усаживает меня на кровать, а я и не думаю сопротивляться, ошарашенная словами. Он шутит или?.. Смотрю на мужчину во все глаза, но тот будто не замечает моего оцепенения. Садится рядом и, сунув в рот второй бутерброд, открывает ноутбук.
– Всем привет, – жуя, машет рукой с бутербродом. – Ахматгариев тут. Отключаю камеру и звук.
Смотрит на меня, и я спешу отметиться.
– Ковка на месте.
Лекция Царёвой проходит быстро… Для меня.
– Тыковка, – шепчет Марат, и я вздрагиваю. Распахнув глаза, понимаю, что уснула. Мужчина смеётся: – Когда я приглашал тебя в свою постель, имел в виду несколько другое.
Бормочу извинения, но ответа от меня и не требуется.
Улыбка Марата тает, глаза наполняются непроглядной тьмой, и у меня замирает сердце, когда мужчина тянутся ко мне и целует в губы. Закрываю глаза, когда он касается моей груди, и выпаливаю то, что меня мучает и не отпускает:
– Ты действительно этого хочешь? Я же не такая, как другие, а…
Практически выпаливаю:
– Толстая!
Секунды молчания для меня как бесконечный путь по битому стеклу, и я слышу хруст под ногами, а может, это осколки моего разбитого сердца? Ну почему Марат молчит?! Не выдержав пытки, приоткрываю один глаз.
Ахматгариев улыбается, хитро поглядывая на меня.
– Да.
Начинаю злиться.
– Что «да»?
– Ты не такая, как другие, – спокойно соглашается он, и у меня всё обмирает в груди.
Ну зачем я подняла эту тему? Надо было сначала переспать с Маратом, было бы, о чём вспомнить. Я же влюбилась в этого человека! Или правильно, что не довела до постели?
«А-а-а!» – в панике я была готова лезть под кровать или прыгать в окно.